Пища богов: как черная икра, символ богатства и роскоши, стала бизнесом на $50 млн

Статья о том, как российский бизнес по продаже икры укрепил свои позиции на рынке США после ухода с него иранских конкурентов, была опубликована в американском Forbes 14 ноября 1988 года

Армен Петросян в своем знаменитом парижском бутике.

Наряду с шампанским икра является символом богатства и роскоши. Это неудивительно: осетровая икра с Каспийского моря по цене от $17 до $38 за унцию в розницу является самым дорогим продуктом питания, который можно купить. Странно: сам осетр — ужасно уродливая рыба, которая, еще и ко всему прочему, питается падалью. Но поскольку икра столь желанна, то это вопрос большой политики и немного интриги.

В 1987 году США запретили весь импорт из Ирана, включая икру, но за последние два года российский улов осетров в Каспийском море был невысоким. Там просто не было достаточно икры. Это было результатом сумасшедшей гонки между дилерами.

При всей своей славе и блеске икра — это не большие деньги. Американцы съели в прошлом году всего лишь 103 000 фунтов первоклассной импортированной икры общей стоимостью ориентировочно $20 млн, а также еще около 2 млн фунтов по $2 за унцию импортированной и отечественной икры, ориентировочно на $30 млн.

В связи с эмбарго на иранскую икру и плохим уловом на Каспийском море самая дорогая икра белуги стала почти недоступной в прошлом году, а цены на более дешевую осетровую и севрюжью икру выросли почти на 30%. Чтобы получить товар, импортеры стали нарушать закон. Был обнаружен незаконный ввоз иранской икры весом 3400 фунтов, закамуфлированный под легальный советский продукт. Конфискованная икра хранилась на льду в качестве доказательства. Она, конечно же, испортилась задолго до разрешения этого вопроса и так и не попала на рынок.

Даже в идеальных условиях икра достаточно редкий продукт. Самка белуги, у которой самая лучшая икра, не размножается, пока ей не исполнится 20 лет. В ожидании половой зрелости она лежит на дне Каспийского моря и питается водорослями, головастиками и даже маленькими лобстерами. Она вырастает в длину до 30 футов и весом до 3000 фунтов.

Десятилетиями Иран, который омывается Каспийским морем на севере, удовлетворялся тем, что позволял России контролировать рыбную ловлю, обработку и торговлю всей рыбой, пойманной в Каспийском море. Но в 1952 году Мохаммед Мосаддык, премьер-министр Ирана, отказался возобновлять 30-летнее соглашение, регулирующее права на икру на Каспийском море. Он решил, что Иран должен начать развивать свою собственную промышленность. После того, как шах снова пришел к власти в 1953 году, американцы помогли зарождающейся промышленности. В ответ американские покупатели получили от иранцев лучшую цену и выбор по сравнению с тем, что они получали из России.

Через три года, с 1958 по 1961 год, американский рынок, который раньше получал 90% российской икры, стал получать 95% иранской икры. Иранская икра продолжала доминировать здесь до свержения шаха в 1979 году. Затем, в связи с неопределенностью иранских поставок и отсутствием интереса у фундаменталистского правительства в Тегеране к продукту, который противоречил мусульманскому закону, российская икра вновь укрепила свои позиции на американском рынке.

Армянская семья Петросянов является самым известным поставщиком икры в США на сегодняшний день. Семья сбежала из России после революции и основала икорный бизнес в Париже в 1920 годах. Они появились на американском рынке в 1980 году, и сейчас является известным поставщиком икры, фуа-гра и копченого лосося по всеми миру, с ежегодным доходом $50 млн.

Семья Петросянов гордится своим исключительным правом импортирования российской икры в США. Кристиан Петросян часто говорит, что иранская икра не сравнится с российской икрой: «Вы не можете быть настолько уверены в продукте, покупая его в Иране». В целом, средства массовой информации подтверждали это. Но по факту российская исключительность — это миф. Такие оптовики, как Hansen Caviar Co., покупая российскую икру напрямую и через европейские источники, поставляют ее по всему миру, от Phil's в Беверли-Хиллз до Russ & Daughters в Нижнем Ист-Сайде в Нью-Йорке.

Но семья Петросянов является крупным поставщиком. В 1984 году семья открыла шикарный ресторан «Манхэттен» в стиле ар-деко. Они также убедили Bloomingdale открыть бутик икры и дегустационные кафе в Нью-Йорке, Чикаго и Бока-Ратоне. Ресторан «Манхэттен» переполнен приезжими на выходных, которые покупают продукцию Петросянов.

Петросян, как и другие поставщики, знает, что политический ветер может снова подуть в другую сторону. Если эмбарго на иранскую продукцию будет отменено к моменту весеннего улова осетров, то иранская икра сможет снова вернуться в США. Вопрос состоит только в том, будет ли сотрудничать сама мать-природа. Поставщики уже скрестили пальцы, чтобы улов осетров в Каспийском море был больше, чем в последние два года.

Если это случится, цены снизятся, что может опечалить семью Петросянов, но осчастливить других импортеров. Они смогли бы получить больше высококлассной икры на продажу, а с более низкими ценами они смогли бы расширить рынок. Хотя икра никогда не станет дешевой, она может стать такой же распространенной, как шампанское.

Перевод Натальи Танюк

Новости партнеров