Ренессанс оппозиции: для чего власти понадобился спарринг-партнер

Михаил Карягин Forbes Contributor
Фото Константина Трубавина / Интерпресс / ТАСС
Любая власть без сопротивления начинает деградировать. При длительном отсутствии серьезного раздражителя она впадает в застой и оказывается неготовой при возникновении реальных альтернатив.

Дмитрий Песков заявил, что России пошло бы на пользу наличие реальной оппозиции с серьезным подходом, кроме этого, пресс-секретарь выразил надежду, что Путин примет участие в российских президентских выборах в 2018 году. Такие заявления не делаются просто так, а выражение надежд без предварительных согласований может быть неверно воспринято руководством, поэтому заявление можно считать стартом президентской кампании, в которой власти нужен спарринг-партнер.

Взлет и падение оппозиции

По-настоящему золотым временем для российской оппозиции можно считать межэлекторальный период 2011-2012 годов. Тогда оппозиционеры были воодушевлены многотысячными митингами в крупных городах, готовились к созданию координационного совета и с оптимизмом смотрели в будущее, но спустя 5 лет они даже не смогли поделить одномандатные округа на парламентских выборах 2016 года.

Главные причины, которые привели к провалу протестного движения, можно разделить на две большие группы: внутренние и внешние. Сами оппозиционеры больше любят говорить о внешних причинах: о том, что это власть за счет пропаганды препятствовала ее действиям, власть намеренно дискредитировала оппозицию и так далее. Конечно, новоизбранная власть была заинтересована в устранении явного общественного недовольства, но добивалась она этого не только методами, о которых говорят оппозиционеры, но и более тонкими и изящными способами. Например, были предприняты меры по либерализации партийного законодательства, которые моментально удовлетворили требования большой части протестующих, однако не дали реального эффекта в виде повышения конкуренции в политическом процессе.

К внутренним причинам следует отнести несостоятельность самого протестного движения. После первых относительных успехов оппозиционеры разругались при распределении мест в координационном совете, а главное – им так и не удалось разработать реальные предложения, не удалось изменить повестку. Лозунг «перевыборы» был актуален первые несколько месяцев, но на его место не пришла позитивная программа изменений.

Изменение подхода

Идея о том, что власти нужна реальная оппозиция не нова, о ней говорил Владислав Сурков, который выступал за создание некой альтернативы «Единой России» еще в 2013 году. Сменивший его Вячеслав Володин использует другие методы политической борьбы, принципы которой не изменились после его ухода в Госдуму, например, Володин и сейчас считает невозможным участие Навального в президентских выборах.

Приход в администрацию президента Сергея Кириенко изменил подход, который применялся при Володине, поэтому в ближайшем будущем можно ожидать активизация политических процессов внутри страны.

Легальный, но нелегитимный

Возможно, Вячеслав Володин считает предыдущие парламентские выборы своим триумфом. «Единая Россия» вернула себе конституционное большинство, заняв более 75% мест Госдуме. На выборах фиксировались нарушения, но, по общему мнению, их было гораздо меньше, чем на парламентских выборах 2011 года. То есть власть, в целом, можно назвать легальной, так как получена она была в рамках законных процедур. Но следствием перегиба системы стала рекордно низкая явка, общий интерес к выборам был намеренно погашен переносом даты голосования на «мертвый сезон». Властью были созданы даже слишком идеальные условия: низкая явка, использование административного ресурса для привлечения бюджетников на участки, массированная информационная кампания по дискредитации оппозиции в СМИ. Да, выборы выиграны, но побочным эффектом стало снижение реального доверия, как к институтам, так и к власти в целом. А легитимность – это важный ресурс, особенно в кризисные годы, так как власти приходится принимать непопулярные решения.

Баланс

Сложность заключается в соблюдении баланса между конкурентностью и стабильностью политического режима. Если слишком сильно открыть окно возможностей, то партия власти может потерять свое определяющее влияние, а чрезмерные перегибы приведут к истреблению альтернатив и оппозиционного движения как такового. Такая игра требует высокой квалификации и тонких инструментов от исполнителей, что было в дефиците последние годы.

Ведущий и ведомый

Досрочным объявлением своей президентской кампании Алексей Навальный поставил Кремль в неудобное положение. Дело Навального не было прекращено, а направлено на пересмотр, в рамках которого он мог получить новый обвинительный приговор, не позволяющий ему принять участие в выборах. Такой вердикт после старта президентской кампании Навального будет выглядеть как проявление трусости со стороны власти, поэтому Алексей играл на опережение сознательно.

На самом деле, сегодня Навальный в президентских выборах нужен больше, чем президентские выборы самому Навальному. Обеспечение прозрачных условий и честных выборов позволит значительно повысить уровень легитимности власти. Показать несостоятельность оппозиции в честном поединке представляется выигрышной стратегией. Программа Алексея никак не переворачивает повестку, а некоторые ее пункты («В России должен быть установлен минимальный размер оплаты труда — 25 000 рублей в месяц») выглядят не менее популистскими, чем заявления действующих властей.

Главная интрига заключается в том, распространится ли потребность в оппозиции и на партийное поле. Последние выборы показали, что «Единая Россия» может побеждать в условиях отсутствия реальных альтернатив, использовании административного ресурса и изменении избирательной системы под нужды партии власти, но сможет ли она действовать вне тепличных условий?

Определяющим фактором здесь являются альтернативы. Сможет ли оппозиция предложить что-то другое на политическом рынке, какой-то реальный продукт. Пока ни у одной из политических сил такая программа не просматривается. Для реализации потенциальной возможности оппозиционерам необходимо мобилизовать усилия не для борьбы между собой, как это случилось в сентябре 2016, а для разработки политической программы.

Новости партнеров