Три года одиночества Донбасса. В чем главный урок? | Forbes.ru
$59.14
69.77
ММВБ2131.91
BRENT62.74
RTS1132.45
GOLD1292.57

Три года одиночества Донбасса. В чем главный урок?

читайте также
+27 просмотров за суткиЧерный список. Какие российские компании попали под новые санкции Украины +3 просмотров за сутки«Преемница Украины»: глава ДНР объявил о создании Малороссии +1 просмотров за сутки$50 млрд прямых убытков: Украина подсчитала потери от войны в Донбассе +3 просмотров за суткиКардинальный шаг: Киев пообещал конфисковывать уголь Донбасса +1 просмотров за суткиКиевский торт. Есть ли на Украине привлекательные еврооблигации? Смена режима в Киеве: глава ЛНР назвал условие примирения с Украиной +1 просмотров за сутки«Отторжение Украиной территорий»: Россия обеспечит ЛНР электроэнергией после блэкаута «Шокированы»: США призвали Россию вмешаться в расследование гибели американца в ЛНР +14 просмотров за суткиСхема с Росрезервом? ДНР и ЛНР смогут получать руду для металлургов из России +1 просмотров за суткиБизнес в зоне обстрела: выведет ли Россия Донбасс из блокады? Деньги Донбасса: похищенная на Украине валюта приехала в Москву Язык обмена: как Кремль превратил дело Савченко в свою проблему Надежду Савченко приговорили к 22 годам лишения свободы Два года санкций: как Россия и Запад привыкли к новой реальности Реставрация репрессий: к чему приведет «дело Минкульта» Ни мира, ни войны: как Россия и Запад прожили год после Минска "Почувствуйте разницу": что сказал Путин об Украине Модель для России: как Донбасс живет без государства Ближневосточный твист: причины и последствия новой сделки Путина с Обамой Новосирия вместо Новороссии: с чем Путин едет в США
Бизнес #Донбасс 12.05.2017 18:27

Три года одиночества Донбасса. В чем главный урок?

Максим Артемьев Forbes Contributor
Фото Валентин Спринчак/ТАСС
Цепь ошибочных и преступных решений весны 14-го года определили сегодняшнее положение дел на востоке Украины. Время делать выводы

Три года назад на Юго-Востоке Украины произошли одно за другим два события. 11 мая состоялся референдум, а на следующий день, 12-го мая, были провозглашены, в соответствии с его итогами, Донецкая и Луганская «народные» республики. Это стало кульминацией тенденции, обозначившейся в регионе сразу после победы Евромайдана в Киеве.

Предпосылки

Начиная с начала марта 2014-го, на Донбассе протекала сложная игра с участием четырех сторон. Первую представляли местные олигархи, струсившие во время т.н. «съезда депутатов» в Харькове 22-го февраля, когда они сдали Януковича, и попытались договариваться с победителями в Киеве.

Вторую – новые киевские власти, которые вовсе не собирались терпеть самостоятельное княжение Ахметова и К, и готовы были сокрушить местные кланы во чтобы то ни стало. Третьей стороной явились народные массы и их самозванные вожди наподобие Павла Губарева и Дениса Пушилина, почувствовавшие для себя возможность подняться и сделать стремительную карьеру. «Ширнармассы» же хотели по примеру крымчан присоединиться к России.

Четвертой стороной была Москва, цели которой хоть и постоянно менялись, но в целом соответствовали следующему вектору – не допустить силового разгрома сепаратистских движений, держать новую украинскую власть в постоянном напряжении, при этом не связывать себя никакими обязательствами перед представителями Донбасса, но создавать у них иллюзию «Россия нам поможет».

Сегодня на Украине много говорят о том, что никаких предпосылок для «автономизации», и, тем более, для сецессии Донбасса не имелось. Что противостояние было раздуто искусственно. Действительно, в советское время Донецкий регион не выделялся значимо своей спецификой, как не выделялся Крым, Харьков или Одесса (за исключением каких-то анекдотических мифов, как, например, про тех же одесситов). Но вот после распада СССР, его специфичность начала формироваться и проявляться. В то время как часть регионов Украины переориентировались на Запад – как в плане экономики, так и в плане культуры, Донбасс оставался плотно связанным с Россией по тем же параметрам. Трудовая миграция шла в РФ, русский язык доминировал на всех уровнях, и насильственная украинизация воспринималась в почти что стопроцентно русскоязычном регионе весьма отрицательно. Рубежным стал 2004 год, когда состоялись президентские выборы и связанная с ними «Оранжевая революция».

Виктор Янукович, выходец из Донбасса, считавшийся представителем местных кланов, потерпел тогда поражение, которое впервые сопровождалось демонизацией его земляков, начиная с кричалки «Спасибо, жители Донбасса, за президента-пид…са!» В обиход вошли уничижительные термины – «доны», «Даунбас» и прочие — предшественники нынешних «ватников», «колорадов», «Лугандона». Политическое противостояние перетекло в межрегиональное, в ходе которого жителям Донецкой и Луганской областей постоянно напоминали об их «неполноценности».

Таким образом, к марту 2014 года жители Донбасса имели уже почти десятилетний опыт негативного отношения к себе. В период кризиса декабря 2013-го  — февраля 2014-го, когда основные события протекали в Киеве, они демонстрировали аполитичность и безразличие, как бы не всерьез воспринимая, происходившее в столице, считая, что это не имеет к ним отношения. Но когда «их» президент, за которого они подавляющим большинством голосов в свое время проголосовали, был незаконно свергнут, когда обозначилась реальная перспектива не просто дрейфа украинского государства в сторону от России, но и разрыва с ней связей, полного переформатирования привычных рамок жизни (начиная с пресловутого языкового закона, поспешно утвержденного Радой), тут было достаточно спички, чтобы вспыхнул весь регион.

«Ни мира, ни войны»

Евромайдан стал классическим примером, когда организаторы протестных действий не задумываются об их последствиях для населения, или же заранее считают все «издержки» приемлемыми. То же самое можно сказать о лидерах «русской весны». Иными словами, сперва была совершена трагическая ошибка в Киеве, когда ради амбиций отдельных политиканов, был распахнут ящик Пандоры, затем ее повторили уже в Донбассе, когда люди были выведены на улицы, но результат оказался прямо противоположным желаемому. Вместо присоединения к России с ее пенсиями и зарплатами, население получило войну. И там и там толпа служила лишь орудием для организаторов протестов, преследовавших свои цели. И потому сегодня забавно читать полемику в сети, когда каждая сторона считает, что она захватывала органы власти «законно» и во имя благих целей, а их противники, соответственно, незаконно и с дурными намерениями.

Цепь ошибочных или преступных решений весной 14-го года была бесконечной. Когда на свержение Януковича (напомним, подписавшего с оппозицией компромиссное решение по которому предусматривались досрочные выборы) ответили провозглашением ДНР-ЛНР, в Киеве опять сделали худший выбор из возможных, решив ликвидировать их вооруженным путем. Это только усугубило ситуацию, и привело к многотысячным жертвам. При этом сепаратистские образования укрепили свое положение, и получили подтверждение, что с «киевской хунтой» дел иметь нельзя.

На сегодняшний день ситуацию можно описать словами Троцкого – «ни мира, ни войны». Точнее говоря, вялотекущий вооруженный конфликт продолжается, ежедневно унося жизни по обе стороны фронта, причем и там и там  -  украинских граждан. И в этом отличие от Приднестровья и прочих непризнанных территорий на постсоветском пространстве. Украина потерпела военное поражение, но признавать этого не желает и ведет себя так, словно ДНР-ЛНР вот-вот рухнут, почему и не идет ни на какие уступки и прямые переговоры. Потери на уроне 1-2 человека в день для ее правительства вполне приемлемы, ибо не порождают массового недовольства. Население, взбудораженное Евромайданом, и воспринимающее конфликт в черно-белых красках, не готово смириться с мыслью, что для его урегулирования придется идти на обширные компромиссы. Ему легче считать все происходящее следствием коварного вмешательства России, и не видеть глубинных причин гражданского противостояния.

Если бы Порошенко действительно желал блага украинцам, то ради предотвращения гибели людей (солдат и мирных жителей), он должен был бы незамедлительно отправиться на переговоры в Донецк. Но пока это из области фантастики. Расчеловечивание противника, hate speech  продолжается – «террористы» (тем самым уничтожая самый смысл слова, что это за террористы, имеющие на своем вооружении сотни танков, и ведущие третий год окопную войну?), «российско-оккупационные войска» и т.п.

Но мировой опыт свидетельствует, в условиях примерного равенства сторон подобные конфликты кончаются рано или поздно компромиссом. Французы в Алжире аналогично демонизировали своего противника, а сегодня извиняются за «колониальную войну». РФ никогда не допустит военного поражения сепаратистов, и в Киеве это прекрасно понимают, помня уроки Иловайского котла, но признание этого было бы политическим самоубийством для любого в украинском политикуме, доказательством чему служит судьба Надежды Савченко, менее чем за полгода прошедшей путь от национальной героини до предательницы нации.

К тому же важная составляющая войны на Донбассе – маргинализация донецких кланов вполне достигнута, Ахметов лишился значительной  части своих активов и влияния, а блокада поспособствовала конфискации ряда его предприятий. Теперь влияние «донецких» в Киеве окончательно закончилось. Плюс Порошенко может уверенно заявлять: «Украина окончательно оформила развод с Российской империей… Речь идет о возвращении Украины к историческому месту в составе европейских стран».

Вывод из произошедшего

Руководство ДНР-ЛНР ведет себя не менее безответственно, не предлагая для населения подопечных территорий ясной картины желаемого будущего. Разговоры про «карателей» и «киевскую хунту» служат исключительно для сплочения на основе образа врага, но они не способны прикрыть ожесточенную борьбу за влияние и материальные и финансовые активы. После де-факто введения блокады и эмбарго на торговлю с Украиной, перед руководством ДНР-ЛНР встала проблема – как прокормить население и не допустить коллапса экономики. Переориентировать ее на связи с Россией невозможно ни в скорой временной перспективе, ни в отдаленной. Продукция останавливающихся заводов и шахт не находит сбыта в РФ, но для верхушки непризнанных образований удержание власти важнее иных соображений.

Единственным выходом остается полагаться на дотации из России, но для последней ДНР-ЛНР давно уже превратились в «чемодан без ручки». В условиях затянувшегося экономического кризиса нести его все сложнее, но бросить нельзя, поскольку на поддержке сепаратистов Юго-Востока во многом держится популярность «режима». Точнее, Кремлю бы ничего не стоило отказаться от ДНР-ЛНР, «сдать» их,  — и население бы это проглотило, но ему важнее козыри в сложной геополитической игре с Западом, и поддержание реноме на постсоветском пространстве. «Задешево« Донбасс не отдадут. И потому его жители  обречены в обозримой перспективе нести все тяготы и неопределенного политического статуса, и необъявленной войны, и постепенного разрушения инфраструктуры вкупе с экономикой.

История про референдум на Донбассе – это история про то, как население становится заложником плохой политики, которую формируют самые худшие его представители, но которые прорываются во власть под самыми привлекательными лозунгами. Главный вывод из произошедшего — не стоит искать лучшего в условиях, когда и на «хорошее» существует устойчивый дефицит. Постсоветские условия, увы, не допускают иного варианта развития событий.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться