В списках не значатся. Почему некоторых не взяли в «кремлевский доклад»

Максим Артемьев Forbes Contributor
Эльвира Набиуллина Фото Владимира Андреева / URA.ru / ТАСС
Действия администрации США направлены на раскол российской элиты. Если чиновники и бизнесмены будут бояться попасть под санкции, их лояльность Кремлю окажется под вопросом

Итак, совпали два события — публикация так называемого «кремлевского списка», составленного Минфином США, и обвинения уже лично Владимиру Путину в том, что он стоял за допинговой программой в российском спорте из уст Григория Родченкова. Совпадение, думается, неслучайное, хотя и непреднамеренное. Просто, чем ближе выборы президента России, тем сильнее будет прессинг на руководство страны.

Выход в свет «кремлевского списка» является элементом психологической войны, не более. Никакие реальные санкции автоматически за ним не следуют, да и не предусмотрены. Зато западная пресса пестрела накануне сообщениями о том, что ведущие русские бизнесмены задергались, заерзали, опасаясь попадания в него. Собственно, на это и было все рассчитано. Идет война нервов, и в ней важно заставить противника дрогнуть первым, испугаться, поддаться панике. Это тоже, так сказать, элемент proxy-war.

Принятие Конгрессом в августе прошлого года закона «О противодействии противникам Америки посредством санкций», против которого Дональд Трамп не посмел выступить, показало, как мало влияет личность президента на внешнеполитический курс в США. Трамп не был его инициатором, но смирился, и теперь его администрация выполняет положения закона, одним из которых и является публикация пресловутого списка.

Если оглянуться назад, то начиная с 1999 года отношения Россия — США катились вниз по наклонной плоскости, причем еще со времен Бориса Ельцина. Сперва Кремль разошелся с администрацией Клинтона из-за Косово, затем последовала Чечня. Избрание Буша, Обамы, а теперь и Трампа ничего не меняет. Приход каждого из них порождает кратковременные иллюзии о возможном улучшении отношений, но затем все быстро возвращается в привычную колею ухудшений. Так что дело не в конкретных фигурах в Белом Доме, а в глобальных причинах, которые им не подвластны.

Санкции и политика

Если вкратце, то позиция России заключается в том, чтобы от нее отстали и оставили в покое. Ее внешняя политика подчинена этой задаче: и Украина, и Сирия, и возможное вмешательство в американские выборы, которое и послужило причиной принятия упомянутого закона, — все это продиктовано целью, чтобы от РФ «отвязались». Позиция же Запада в целом и США в частности, напротив, в том, чтобы продолжать и наращивать давление, требуя «свободных выборов», «борьбы с коррупцией», «соблюдения прав человека» и т.д.

Еще сто лет назад никому в Вашингтоне и в голову не пришло проповедовать «демократические ценности» по всему миру и исходя из их внедрения выстраивать свою политику по отношению к тому или иному государству. Но в XXI веке Америка уже не может сойти с этого пути. Впрочем, подобная политика порой приводит к конфузам. Нарендра Моди, нынешний премьер-министр Индии, тоже в свое время попал под санкции Госдепа, и ему был запрещен въезд в США. Когда же Моди стал главой правительства крупнейшей демократии мира, Вашингтон оказался в неудобном положении и пришлось срочно снимать наказания.

Расчет данного вида психологического воздействия состоит в надежде на раскол российских элит. Если чиновники и бизнесмены будут бояться попасть под санкции, их лояльность Кремлю окажется под вопросом. Так было и в Ираке в 2003-м, и в Сербии в 2000-м, и на Украине в 2014-м, когда страх перед Западом парализовал многих представителей правящих режимов, что облегчило их свержение.

Разумеется, для большинства фигурантов очередного списка пребывание в нем ничем не грозит юридически, даже по американским законам. Ну кто будет вводить реальные санкции против главы Росархива — курам на смех? Или как можно ввести санкции против министра иностранных дел Лаврова? С кем тогда вести переговоры?

Список богатейших

То же самое касается олигархов. Начнем с того, что многие из попавших в перечень находятся в непростых отношениях с Кремлем – Владимир Евтушенков, братья Ананьевы, Елена Батурина, Дмитрий Каменщик, например. Другие известны как люди вполне либеральных политических взглядов – Петр Авен, Вячеслав Кантор или Борис Минц. Так что для подавляющего большинства из них пребывание в числе 210 человек, отмеченных американским Минфином, всего лишь следствие механической работы бюрократической машины. Ведь никаких сенсаций не случилось, ни одной фамилии, которая бы вызвала интерес или переполох, мы не узнали. Американцы просто тупо переписали телефонный справочник Кремля и правительства, а также список миллиардеров Forbes.

Более того, можно предположить, что когда первоначальный испуг пройдет, то произойдет то же, что было с публикацией первого перечня российских миллиардеров Forbes в 2004 году. Тогда, напомним, иные из олигархов поначалу протестовали против включения своего имени в список, зато после, раскусив всю сладость пребывания в нем, стали проситься в него. Так и теперь богатые люди будут, посмеиваясь, спрашивать: «А ты уже включен в список?». И это станет свидетельством некоего статуса и уровня.

Впрочем, это будет после. Сегодняшняя же реакция как бизнеса, так и чиновничества весьма примечательна. За редкими исключениями, они либо предпочитают не комментировать, либо отделываются ничего не значащими бессмысленными заявлениями: мол, это было ожидаемо. Это говорит о том, что люди не желают лезть на рожон и не хотят ни в коем случае усугубления ситуации.

О ком забыли

Что касается «непримкнувших» — Эльвиры Набиуллиной, Татьяны Голиковой, Анатолия Чубайса и Алексея Кудрина, то их непопаданию я бы также не придавал особого значения. Возможна чисто бюрократическая ошибка. Возможны некие критерии, которых мы не знаем, например, что ЦБ не входит в правительство, равно как и Счетная палата. Конечно, можно заняться конспирологией и увидеть в выпадении из списка Чубайса и Кудрина их подготовку к роли агентов влияния, но это несерьезно. Даже если в Вашингтоне кто-то и видит в них гипотетических «союзников», это никак на политику в целом не повлияет. Кроме того, не забудем, что существует и закрытый список, недоступный для широкой публики, и кто в нем, нам неведомо.

Отметим, что бывают в истории и случаи, когда санкции перетекают в войну – так нефтяное эмбарго Америки против Японии в 1941 году спровоцировало атаку на Перл-Харбор. Но нынешние угрозы явно не того уровня. Если посмотреть американские СМИ, то данная тема вовсе не в числе основных заголовков. В Вашингтоне сейчас актуальнее другие, внутриамериканские проблемы.

Это только в России механическое исполнение закона вызвало такой большой интерес и шумиху — следствие того, что потрафили чувству нашей собственной значимости. Реальных последствий публикация списка иметь не будет, но она важна как свидетельство того, что ухудшение отношений с Западом — всерьез и надолго, и исходя из этого и следует планировать свои намерения как большому бизнесу, так и маленькому человеку.

Новости партнеров