Правильный сплав. Как однокурсник Фридмана и Хана заработал на производстве сейфов

Предприниматель Евгений Петров начинал с торговли импортными сейфами. Сегодня выручка его заводов в Москве, Туле и Болгарии — 7,5 млрд рублей

После «чермета» МИСиС Петров не ушел из металлургии, а заработал на этом капитал

В начале 1988 года недавние студенты Московского института стали и сплавов (МИСиС) Михаил Фридман и Евгений Петров, случайно встретившись в метро, спорили, куда податься после выпуска. «Была перестройка, престиж образования падал», — объясняет Петров, сооснователь компании по производству сейфов «Промет». Тогда он решил: сначала наука, а потом предпринимательство, а тремя годами позже основал с партнерами компанию по продаже (а впоследствии и производству) сейфов. Сегодня у «Промета» несколько заводов в России и Европе мощностью более 6 млн изделий в год, он занял заметную долю рынка.

Люди из стали

Евгений Петров вырос в Усть-Каменогорске, промышленном городе на востоке Казахстана, который был центром цветной металлургии СССР. В 1982 году поступил в Московский институт стали и сплавов. «Я попал на факультет черных металлов, по слухам, один из самых непрестижных. После него, как правило, шли на завод», — вспоминает он. Хотя сам вуз считался престижным. «По советским меркам МИСиС все-таки был блатным. Здесь учились приблудившиеся отказники лучших вузов страны», — рассказывал Forbes выпускник факультета цветных металлов, основатель «Альфа-Групп» миллиардер Михаил Фридман. Он был на год старше Петрова и его однокурсника Германа Хана, впоследствии акционера «Альфы».

По словам самого Петрова, друзьями они не были, но Фридмана и Хана он, конечно, знал. «Мы ходили в бар «Земляничная поляна», — вспоминает Петров. Попасть туда было непросто, но Петров был вхож.

Окончив институт в 1987 году, Петров захотел остаться в Москве. Такую возможность давала только целевая аспирантура, попасть туда помог научный руководитель. Кандидатскую Петров защитил одним из первых на своем курсе. «В любом деле для успеха не нужно быть самым умным, — говорит он. — Это всегда определенный сплав: хорошая тема, сильный научный руководитель и немного везения».

В начале 1990-х многие выпускники вузов встали перед выбором, что делать дальше. Бывшие однокурсники Петрова (шестеро во главе с Фридманом) к 1989 году зарегистрировали «Альфа-Эко», которая торговала много чем, в том числе компьютерами. В это время Петров с коллегами по лаборатории «чермета» взялся за частные заказы на научные разработки и исследования. На этом ему удалось подзаработать — например, попался контракт с ленинградским вузом на 300 000 рублей. «Сумма по тем временам была колоссальная, но подобный заработок не был регулярным», — говорит Евгений Петров.

Сейфы и ананасовый компот

После защиты диссертации Петров с товарищами пытались заработать разными способами — варили заборы вокруг общежития МИСиС, торговали китайскими майками, а весной 1991 года выкупили у Московского объединения «Московский строительный отряд» по балансовой стоимости предприятие «Промет». «Мы даже не знали точно, чем будем заниматься, но сразу решили, что контора будет серьезная», — говорит Петров.

Приятели сняли комнату в общежитии под офис, наняли двух сотрудников и решили обзавестись сейфом. Купили его у первой попавшейся по объявлению российской компании «Кросна-Сейф». «Пока тащили сейф до офиса, наши соседи попросили его им продать», — рассказывает Петров. Сделка состоялась прямо в коридоре, с нее молодые предприниматели выручили вдвое больше, чем стоил сейф. Решили купить еще два, потом еще 15 — все тут же разлетелось.

«В советское время рынка сейфов, по сути, не существовало. Вся металлопродукция, которую в основном производил рязанский завод «Банктехника», не продавались, а распределялись через систему Госснаба», — рассказывает Надежда Баженина, исполнительный директор компании «Трезор». После распада Союза многие госпредприятия этого сектора прекратили работу, это позволило выстрелить частному сектору. В результате реорганизации появилось подмосковное Научно-производственное предприятие «Модуль» в Балашихе, которое выпускает сейфы, бронированные двери, мебель для банков и офисов. Бывший оборонный «Завод Новатор» в Белгороде также был вынужден перепрофилироваться. Компания «Трезор» с 1991 года импортировала сейфы таиландского и южнокорейского производства из Голландии, позже — из Великобритании, Финляндии, Италии.

В 1992 году Петров поехал на первую крупную закупку в Сингапур, где заказал 300 сейфов марки Aiko у дистрибьютора крупного производителя сейфов Eiko с заводами в Японии и Таиланде. «Импортный товар был более качественный по сравнению с российским, а цена в четыре раза ниже, чем у «Кросны», — говорит предприниматель. Кроме сейфов, он закупил на пробу еще партию кроссовок и контейнер с консервированным ананасовым компотом, чтобы торговать в России этой «экзотикой».

В итоге кроссовки продали без прибыли из-за ошибки на таможне, консервы тоже пошли плохо — пришлось съесть все самим, а вот сейфы выстрелили. В рекламе в газете «Экстра-М» сообщалось: «Продаем сейфы и ананасовый компот в банках». По словам Бажениной, сейфы были очень востребованы в новой России: «Первые покупатели — кооператоры, которые только начинали зарабатывать деньги. Их было очень много».

Быть торговцем

В 1996 году Петров приехал в Бангкок и, сидя с местным партнером в лобби отеля с видом на реку, за кружкой пива обсуждал, чем жизнь торговца лучше жизни производственника. Сингапурец уверял Петрова: «Мы здесь с тобой сидим отдыхаем, пока мистер Ли на своем заводе до ночи делает новую партию сейфов для нас. Мы ее потом продадим в несколько раз дороже, а он так никогда и не решит всех своих проблем».

Тогда Петров еще не думал о собственном производстве, у него хорошо получалось продавать. Благодаря свободному рынку и высокому спросу продажи постоянно росли. К середине 1990-х сейфами Aiko в России пользовались Сбербанк, Автобанк, Нефтехимбанк, посольства, коммерческие структуры и частные лица. И, как писал тогда «Коммерсантъ», продукция считалась качественной: служащие отеля «Метрополь» уверяли, что «с похмелья сейф Aiko не откроешь». В I квартале 1994 года оборот «Промета» составлял около $150 000, к декабрю месячную выручку компании предполагалось утроить.

В 1996 году выручка «Промета», которой удавалось ставить наценку более 100%, составила $3 млн. У компании появился собственный склад и несколько филиалов в Краснодаре, Новосибирске, Казани. «Дилерскую сеть построили мгновенно, партнеров привлекала бизнес-модель и бешеная маржа. Покупали сейфы по $100, а продавали по $240», — объясняет успех Петров.

Дистрибьютор из Тюмени «Архив Комплект» начал сотрудничать с «Прометом» почти сразу после открытия филиала в городе. «Мы закупали сейфы с 2002 года и быстро нарастили объемы, став крупным продавцом в регионе», — рассказывает гендиректор «Архив Комплект» Павел Борисов. Сегодня «Промет» поставляет ему товар на сумму 200 млн рублей в год.

Быстрый рост дилерской сети позволил «Промету» даже покрыть убытки от пожара на складе, который произошел в 1996-м. Так, по итогам 1997 года выручка компании достигла $17 млн. В планах на будущий год было $25 млн, но вышло лишь $8 млн.

Время производить

В августе 1998 года случился кризис, был объявлен технический дефолт, а через пару месяцев у Инкомбанка, где Петров держал все свои деньги, отозвали лицензию. «Количество покупателей резко снизилось, продажи упали в 10 раз, остались лишь долги перед поставщиками, — говорит предприниматель. — На несколько месяцев мы впали в ступор».

Рынок к этому времени сильно изменился. Если раньше «Промет» считал конкурентами только импортеров, то теперь долю рынка забирали мелкие российские производители за счет низких цен, пусть и в ущерб качеству. Петров решил запускать свое производство.

Полгода предприниматель потратил на поиск подходящей площадки, которая могла бы исполнять заказы на сейфы и металлическую мебель по его чертежам. Не договорившись ни с кем, он решил действовать самостоятельно: перегородил стеной склад в Подмосковье, закупил оборудование. Инвестиции в проект составили около €10 млн. К апрелю 2000 года производство заработало. Несколько лет понадобилось, чтобы полностью отладить процессы и выйти на мощность несколько тысяч изделий в день. К 2007 году «Промет» заработал $120 млн, 6–7% дохода обеспечивал экспорт в страны СНГ.

Когда спрос на сейфы и мебель превысил возможности подмосковного производства, «Промет» попытался запустить завод в Арабских Эмиратах, но этот проект оказался провальным. По словам Петрова, арабские партнеры его обманули. Несмотря на убытки, от идеи открыть завод за границей бизнесмен не отказался: «Рассматривали и Турцию, и Египет, но в итоге остановились на Болгарии, где у нас уже был филиал». Третий завод построили в городе Узловая Тульской области. Оба производства заработали в 2008 году.

В Подмосковье и Болгарии производят исключительно сейфы. Самая мощная площадка — тульская — производит сейфы и мебель (5,9 млн изделий в год) и обеспечивает львиную часть дохода компании, в том числе за счет оборонзаказа. Сырье «Промет» закупает на российских заводах в Череповце, Липецке, на Магнитке, перерабатывая ежемесячно более 3000 т стали. Общая выручка в 2017 году составила 7,5 млрд рублей, из них 4 млрд заработало предприятие в Узловой.

Том Круз и Масленица

В 2013 году представители американской кинокомпании Warner Bros. обратились к британскому продавцу сейфов Phoenix Safe. Они хотели купить большой огнестойкий шкаф для съемок в Лондоне боевика «Грань будущего» с Томом Крузом в главной роли. Сейф марки Phoenix попал в кадр, хотя на самом деле ящик стандарта ECB-S (Европейской ассоциации систем безопасности) был сделан на заводе в Узловой. Только в России фильм, по подсчетам «Кинопоиска», посмотрело почти 3 млн зрителей. «Вот было бы здорово, если бы там промелькнуло наше имя», — шутит Петров.

В Европу «Промет» экспортирует сейфы с 2009 года. По словам Евгения Петрова, у компании крепкие позиции в Великобритании, Австрии, Голландии, постепенно укрепляются в Скандинавии и Германии. Другая британская компания-партнер, Burton Safes, закупает сейфы в России, красит, меняет дизайн, добавляет внутрь вставки из натурального дерева, ставит свой лейбл — и продает богатым русским, живущим в Англии.

В компании «Архив Комплект» довольны российским продуктом. «В отличие от импортных поставщиков у «Промета» скорость поставок выше, а цена в закупке на 30–40% ниже», — перечисляет Борисов. По его словам, характеристики сейфов тоже выше, чем у некоторых зарубежных производителей: ящики «Промета» выдерживают 1,5 часа горения при температуре 1010 градусов. Борисов рассказывает, как проводил эксперимент во время празднования Масленицы: установил под чучело сейф «Промет», положив внутрь собственный паспорт. «Когда достал документ из сейфа, он даже не нагрелся!», — хвастается тюменский предприниматель.

Надежда Баженина уверена, что делать качественные сейфы в России пока невозможно. Проблема качества связана с высокой долей госзаказов. «При выборе поставщика на первом месте стоит низкая закупочная цена», — говорит она.

Так, в 2012 году в военный госпиталь ФСБ была поставка сейфов для хранения лекарств. Но они оказались бракованными: медикаменты в них отсыревали, завелась плесень, грибок, ржавчина. «Выяснилось, что стенки сделаны из жести непонятного происхождения и гнилых досок», — рассказывает Баженина.

Несмотря на сложности рынка, «Промет» продолжает искать пути для развития. Сегодня его крупные клиенты — «Сколково», Газпромбанк, ВТБ, «Магнит», Альфа-банк. Однако после кризиса 2008 года спрос на сейфы начал падать — внутренний рынок насытился, многие клиенты стали экономить. Тогда Петров переключился на мебель для офисов, медучреждений, заводов (кушетки, тумбочки, верстаки, технические шкафы и пр.) и металлические двери. Сейчас это 2/3 продаж «Промета».

Многое продается в розничных сетях, например, «Леруа Мерлен» в 2017 году продала более 100 000 стеллажей «Промет» (30% продаж в этой категории всей сети). «Это единственный поставщик сборных стоек, — подтверждает Александр Левон, руководитель направления «Хранение» сети. — Их преимущество — компактная упаковка товара, который занимает мало места при транспортировке».

Логистика — камень преткновения для бизнеса Евгения Петрова. И чтобы наладить продажи мебели в Европе, нужен еще один завод ближе к основным рынкам сбыта. Кроме того, для европейцев мебель российского производства — пока экзотика, сокрушается Петров: «Когда появятся конкуренты, готовые экспортировать, как и мы, на Запад, вот тогда начнется самое интересное».

рейтинги forbes
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться