Догнать спрос: выдержит ли Россия конкуренцию на рынке СПГ
Фото Ruaridh Stewar / Zuma / TASS

Догнать спрос: выдержит ли Россия конкуренцию на рынке СПГ

Татьяна Митрова Forbes Contributor
Фото Ruaridh Stewar / Zuma / TASS
К 2030 году четыре крупнейших поставщика СПГ — Катар, Австралия, США и Россия — будут обеспечивать более половины всего предложения на планете. Это создаст жесточайшую конкуренцию на рынке. Прямо сейчас Россия может застолбить за собой несколько важных направлений

Рынок сжиженного природного газа (СПГ) растет намного быстрее всех остальных направлений газового бизнеса. Россия, вошедшая в список производителей СПГ в 2009 году с проектом «Сахалин-2», держала паузу восемь лет. Только в декабре 2017-го в стране запустили новый проект в этом сегменте — «Ямал СПГ». Сейчас министр энергетики Александр Новак заявляет об амбициозных планах по строительству новых мощностей и превращению «в одного из мировых лидеров по поставкам СПГ». Какие изменения в глобальной конъюнктуре, а главное — в самих фундаментальных принципах работы мирового рынка СПГ стоит учитывать при разработке российской стратегии экспорта СПГ? Этому вопросу посвящено новое исследование энергетического центра московской школы управления «Сколково» «Трансформирующийся глобальный рынок СПГ: как России не упустить окно возможностей?».

Глобальный рынок СПГ сейчас переживает период небывалой турбулентности из-за кратных скачков цен: стоимость СПГ в Азии с $15/ МБте в 2012-2014 годах упала до $5/ МБте к 2016-2017 годам, а затем опять удвоилась. Сказывается и стагнация глобального спроса на СПГ в 2012-2016 годах, вдруг сменившаяся резким ростом на 11% в 2017 году, и ожидание почти 50%-го роста мировых мощностей по сжижению с 2015 по 2020 год. Сейчас глобальный спрос на СПГ и перспективы предложения на рынке характеризуются высокой степенью неопределенности.

Почему меняется спрос

Спрос постоянно преподносит сюрпризы. Китай в 2017 году продемонстрировал 46%-ный рост спроса на СПГ: государство начало массовый переход с угля на газ в городском отоплении. На данный момент непонятно, какими темпами будет развиваться газификация Китая. Одновременно на рынке появились новые импортеры СПГ — Пакистан, Бангладеш, Таиланд, Кувейт, ОАЭ, Индонезия, Египет, Иордания и другие. В 2017 году новые покупатели обеспечили больший скачок спроса, чем наблюдался в 2011 году после аварии на АЭС «Фукусима» в Японии.

Структура спроса на СПГ при этом меняется на глазах: если раньше это было только топливо «для богатых», то уже к 2022 году суммарный объем импорта СПГ развивающимися странами Азии — Китаем, Индией и другими более мелкими импортерами — превысит потребление со стороны Европы, Японии, Кореи и других развитых стран, прежде определявших всю картину спроса. Экспортерам придется учиться работать с новыми сложными клиентами.

Радикальные изменения ожидают предложение СПГ. В первую очередь это резкое превращение США из «потенциального крупнейшего импортера» СПГ в его «потенциального крупнейшего экспортера»: с запуском в 2016 году первого завода по сжижению Sabine Pass Соединенные Штаты стали нетто-экспортером газа, а к 2020 году суммарная мощность уже строящихся американских заводов СПГ достигнет 68 млн тонн в год. Суммарный объем следующей за этим волны заявленных в США проектов колоссален — свыше 115 млн тонн в год. Далеко не все будут реализованы, однако до 100 млн тонн американского сжиженного газа все же может выйти на международный рынок в срок до 2030 года.

Для сравнения: мощности глобального лидера по производству СПГ — Катара — сегодня составляют 77 млн тонн. Но Катар тоже не собирается оставаться в стороне и уже заявил о планах по расширению своих мощностей до 100 млн тонн в год. Одновременно Австралия запускает свои строящиеся заводы суммарной мощностью 88 млн тонн. По нашим расчетам, к 2030 году четыре крупнейших поставщика СПГ — Катар, Австралия, США и Россия — будут обеспечивать более половины всего предложения, создавая на рынке жесточайшую конкуренцию.

Как доходы России уходят за границу

Под давлением усиливающейся конкуренции стремительно меняются сами правила игры. Рынок становится более гибким, идут изменения контрактов на поставку СПГ сразу по четырем направлениям. Это сокращение длительности и объема контрактов, отмена условия destination clause (условие, запрещающее перепродавать СПГ на других рынках), а также уход от исключительно нефтяной привязки в пользу смешанного ценообразования с привязкой «газ-газ». В свою очередь, это может выражаться в привязке к ценам крупнейшего газораспределительного центра в американском штате Луизиана Henry Hub. Если раньше производитель мог заключить 20-25-летние контракты и после запуска завода не беспокоиться о маркетинге, то теперь поиск клиентов и продажа им небольших краткосрочных объемов становятся постоянным занятием, необходимым для обеспечения устойчивого денежного потока. Рынок СПГ становится все более похожим на нефтяной, активно растет трейдинг СПГ, которым уже стали заниматься самые разнообразные участники газового, а также смежного нефтяного рынка.

Еще один новый тренд: в условиях борьбы за потребителя трейдеры и производители СПГ начинают инвестировать в downstream-инфраструктуру импортеров СПГ, с тем чтобы создать дополнительный спрос на газ и закрепиться на новых рынках, выстраивая «особые» отношения с покупателями. Выход новых российских проектов СПГ на мировые рынки будет идти именно в этой высококонкурентной среде. Анализ конкурентоспособности нашего СПГ говорит о том, что российский природный газ является крепким «середнячком» среди конкурентов: новые австралийские, восточноафриканские и даже американские проекты имеют более высокие затраты, в то время как СПГ с действующих заводов в Катаре и Алжире заметно дешевле.

Дешевый в добыче газ — важнейшее преимущество российского СПГ. Слабой стороной следует назвать относительно высокую стоимость доставки на рынки Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) для проектов в Арктике, где ожидается основной прирост мощностей. Еще одно слабое место российского природного газа — отсутствие собственных технологий сжижения и производства необходимого сопутствующего оборудования. В результате значительная часть стоимости экспортируемого СПГ возвращается на зарубежные рынки в виде оплаты за оборудование для его производства. И это не говоря о возможных новых санкциях, которые могут поставить под вопрос даже покупку необходимого оборудования.

Все это актуализирует разработку собственных технологий сжижения СПГ или локализацию зарубежных решений. Стоит отметить, что оба иностранных партнера, с которыми по ближайшим проектам планируют сотрудничать ПАО «Газпром» (Shell) и ПАО «Новатэк» (Linde), имеют небольшую долю на мировом рынке сжижения, а потому заинтересованы в расширении своей доли и создании новых референтных производств.

Второй путь решения проблемы технологической зависимости — это организация крупнотоннажного экспортного производства на основе собственных линий из среднетоннажного сжижения. Четвертая линия завода «Ямал СПГ» (0,9 млн тонн) будет полностью основана на российской технологии сжижения «Арктический каскад». Эта технология, запатентованная «Новатэком» в марте 2018 года, позволяет оптимальным образом использовать холодный климат в регионе. В дальнейшем это решение можно использовать на новых арктических проектах «Новатэка» — Арктик СПГ-1 и Арктик СПГ-3. В сочетании с другими способами оптимизации затрат, среди которых строительство новых заводов СПГ на основаниях гравитационного типа с удаленным монтажом основного оборудования, это может позволить на 30-40% снизить капитальные затраты по проектам.

Однако здесь ключевым фактором является экономия на масштабах. Разрабатывать новую технологию для двух-трех новых линий будет нерентабельно, а значит, необходимо массовое строительство новых линий по сжижению. Таким образом, заявленный масштабный рост доли России на мировых рынках СПГ становится не столько амбициозной целью, сколько необходимым условием успеха в этой сфере. Заниматься развитием собственных технологий имеет смысл только для больших объемов производства СПГ. Тем более что «эффект масштаба» нужен и в смежных областях: рост производства СПГ в Арктике позволит создать экономически рентабельную загрузку Северного морского пути (СМП), что в перспективе привлечет на этот маршрут прочие грузопотоки из Азии в Европу. В перспективе большие объемы транспортировки позволят снизить себестоимость проводки по Северному Ледовитому океану с использованием ледоколов и тем самым решить проблему использования этого маршрута зимой.

Что можно сделать

Помимо технологических решений российским компаниям стоит присмотреться к новым подходам своих зарубежных конкурентов в области маркетинга. В первую очередь это развитие активного собственного трейдинга СПГ. Второй важнейший компонент — стратегия «создания спроса» и развитие «особых отношений» с потребителями совместно с иностранными партнерами. Первые примеры уже появляются: в декабре 2017 года «Новатэк» подписал меморандум о взаимопонимании с Total и Siemens о сотрудничестве во Вьетнаме в области поставок СПГ и развития инфраструктуры для вновь создаваемых мощностей по выработке электроэнергии для рынка Вьетнама.

В перспективе важной составляющей успеха у потребителей может стать формирование собственного СПГ-хаба. «Новатэк» уже объявил, что планирует инвестировать в перевалочный пункт на Камчатке. В настоящее время основной задачей перевалочного пункта является снижение расходов на транспортировку сжиженного газа в Азию (то есть перевалка с газовозов ледового класса на традиционные танкеры). Однако в перспективе Камчатка может стать реальным СПГ-хабом для северной части Тихоокеанского бассейна: пока остальные распределительные центры не демонстрируют активного развития, у России сохраняется определенное окно возможностей.

Ставки высоки, нацелившихся на этот рынок много, но успеха добьется только тот, кто сможет наиболее эффективно работать и предложить покупателям самые привлекательные условия. Адаптивность, креативность, скорость — вот залог успеха на этом трансформирующемся рынке.

Новости партнеров