Прокатиться на $300 млрд: история рынка агрегаторов такси

Арам Аракелян Forbes Contributor
Фото Антона Денисова / РИА Новости
Однажды Uber произвел революцию в мире такси, не предложив, впрочем, ничего нового: сервис частного извоза существовал во многих странах и до него

В мае картографический сервис Mapbox провел анализ международного рынка такси-агрегаторов. Исследование получило название A Game of Rides (отсылка к сериалу «Игра престолов»). Разобраться, кто кого и как финансирует на этом рынке, действительно, не намного проще, чем во взаимоотношениях персонажей вселенной Джорджа Мартина. Например, Softbank в разные периоды вкладывал средства в Uber, в китайский Didi Chuxing и в индийский Ola. Didi Chuxing, в свою очередь, в 2015 году инвестировал в Ola, а в 2016 году слился с Uber на китайском рынке. Uber же теперь может объединиться с Ola в Индии.

Мировой рынок агрегаторов такси развивается бешеными темпами: в 2017 году Goldman Sachs оценивал его в $36 млрд, прогнозируя рост до $285 млрд к 2030 году. Пока что на мобильные сервисы такси приходится 15 млн поездок ежедневно, но через 12 лет их количество должно вырасти до 97 млн. Однако исторически сложилось так, что в отдельных странах и регионах он растет неравномерно.

США

Для Америки первой важной вехой в истории «самозанятых таксистов» можно назвать разгар Великой депрессии. Тогда оставшиеся без работы жители Нью-Йорка массово начинали заниматься частным извозом. В итоге машин в городе стало чуть ли не больше, чем пассажиров. Контролировать индустрию было сложно, и власти решили вмешаться. С 1937 года все такси в городе обязали иметь лицензию. Так с улиц пропали «частники».

Спустя 40 лет на фоне нефтяного кризиса власти США начали поощрять концепцию совместных поездок (т. н. «райдшеринг» или «карпулинг»). Водителям, которые берут с собой попутчиков, разрешили пользоваться выделенными полосами на трассах. Благодаря этому и другим мерам к восьмидесятым почти четверть американцев практиковала совместные поездки на междугородних маршрутах.

И агрегация «частников», и совместные поездки — концепции не новые, однако оба этих рынка заметно изменились с приходом технологий. Сейчас таким ИТ-первопроходцем на рынке США многие считают Uber. Однако, как видно, компания, созданная Трэвисом Калаником и Гарретом Кэмпом в 2009 году, ничего нового не придумала и стала посредником между пассажирами и «частниками» далеко не сразу — cервис вообще задумывался как служба совместного бронирования лимузинов.

Еще в 2007 году в США запустился проект Zimride. Он связывал друг с другом пользователей Facebook для совместных междугородних поездок. Именно из Zimride в 2012 году вырос Lyft. Сейчас он главный конкурент Uber на американском рынке.

Основные функции современного агрегатора — заказ через приложение, связь с ближайшим водителем, геолокационные сервисы — определились в первые годы конкуренции Lyft и Uber. Тогда же оттачивались бизнес-модели. В битве за клиентов компании начали выделять разные тарифы в отдельные услуги. Доступные из одного приложения, они строились на разных механиках. Для каких-то сервисов компании заключали партнерства с целыми таксопарками, а для других привлекали к работе в такси «независимых» водителей на автомобилях разного класса.

Капитал играл важную роль с первых дней существования современной индустрии агрегаторов. Один из крупнейших игроков в США — Sidecar — в 2015 году проиграл эту гонку и закрылся. Основатель компании позже рассказал, что Sidecar не смог конкурировать с Uber, который к 2016 году привлек более $5 млрд инвестиций.

В 2012 году представители транспортных ведомств впервые на высоком уровне обсудили проблемы сервисов-агрегаторов. Главные вопросы, которые всех тревожили, — насколько законна их бизнес-модель и не подвергают ли они риску пассажиров. Пока вопрос решался, отдельные штаты выносили агрегаторам первые штрафы и запрещали им работать на своей территории. В 2013 году Калифорния первой разрешила агрегаторам связывать пассажиров и «частников». К операторам выдвинули определенные требования по проведению проверок и обучению водителей. Примеру Калифорнии последовал Колорадо и другие штаты.

Тем временем лидеры расширялись в США и завоевывали новые рынки. У некоторых из них база водителей увеличилась с нуля в 2012 году до более чем 140 000 за 2014 год. К тому времени таксисты Uber зарабатывали в среднем по стране $19,19 в час. Заявленный Lyft уровень оплаты был приблизительно в 1,5 раза выше. Сервисы развязали ценовую войну — стоимость оплаты работы водителей падала. На этой почве негодование лицензированных таксистов вылилось в протесты. Летом 2014 года водители в Вашингтоне устроили забастовку и преградили движение на части городских дорог. Они выступали против несправедливой конкуренции с нелицензированными коллегами. Последние, хоть и получали меньше на льготных тарифах, но не оплачивали сборы и налоги. Такие протесты прошли и в других городах Америки.

Европа

Американские операторы начали европейскую экспансию в 2011 году. Задолго до этого, в 2003 году, водителей и пассажиров в Лондоне посредством мобильных технологий связывал стартап Zingo. Он предоставлял автоматическую систему поиска ближайшего таксиста. Пользователю достаточно было позвонить по мобильному телефону на номер службы, а та передавала данные водителю. Таксисты не оценили достоинства нового сервиса, так как им приходилось платить за подписку. У Zingo накопились миллионные убытки, и вскоре компания ушла с рынка.

В 2011-м в Европе появились первые местные агрегаторы. Они переняли бизнес-модели американских конкурентов и успешно реализовали их у себя дома. Локальным сервисам, знакомым с ситуацией, было легче завоевать доверие пользователей и расположение таксистов.

В Лондоне, знаменитом своими кэбами, действуют строгие требования к таксопаркам. С учетом этой особенности в 2011 году был выстроен сервис Hailo, связывающий пассажиров с водителями кэбов. Hailo привлекал инвестиции и достаточно быстро рос. Ему даже удалось выйти на американский рынок, где компания продолжила работать с лицензированными таксистами, но эта модель не принесла успеха. В итоге Hailo был поглощен другим европейским сервисом — MyTaxi, принадлежащим Daimler. Эта компания растет на подобных сделках: помимо Hailo она приобрела греческий Taxibeat и румынский Clever Taxi.

В 2013 году 19-летний предприниматель из Эстонии запустил стартап Taxify. Сейчас у сервиса 10 млн клиентов в 40 европейских и африканских городах. Он оценивается в миллиард долларов, и его смело можно назвать одним из лидеров европейского рынка.

Экспансия агрегаторов стала стрессом для лицензированных европейских таксистов. Как и в США, их нарастающее недовольство привело к протестам. В 2014 году таксисты в крупнейших европейских городах заблокировали дорожное движение, требуя «прогнать Uber». Жалобы таксистов не остались без ответа: в 2017 году Высший суд ЕС приравнял Uber к транспортным компаниям. Это значит, что сервис должен подчиняться тем же правилам, что и все операторы такси, в том числе лицензировать водителей. В том же году власти Лондона запретили работу Uber как не отвечающего требованиям безопасности.

Азия

Как и в Европе, в Азии местные лидеры появились почти одновременно с приходом международных агрегаторов. У азиатского рынка, однако, есть и свои особенности. Во-первых, концепция совместного использования здесь с самого начала распространялась не только на автомобили, но и на байки и велосипеды. Во-вторых, зарубежным сервисам в Азии пришлось особенно несладко. Власти разных стран устраивали рейды в их офисы и запрещали работать, пока местные таксисты бастовали вместе со всем миром.

Главная особенность Юго-Восточной Азии заключается в том, что на сегодняшний день «иностранцы» здесь проиграли местным. В этом году стало известно, что местный лидер — сингапурский сервис Grab — приобретает весь региональный бизнес Uber.

Grab появился в 2012 году в Малайзии. Сервис работал по уже известной модели агрегатора, обеспечивая водителей заказами, но брал меньшую комиссию, чем таксопарки. И теперь на горизонте у него крупнейшая сделка для индустрии — Toyota собирается вложить в Grab миллиард долларов.

Россия

Приблизительно то же, что и по всему миру, происходит на российском рынке. В 2017 году «Яндекс.Такси» и Uber запустили крупную сделку по слиянию, а в этом феврале закрыли ее. Mail.Ru Group за последнее время провела целую серию инвестиций на рынке такси: в апреле финансирование получил «Ситимобил», а в июне — «Везет».

Российский рынок такси во многом развивался по собственному сценарию. В России исторически сложилась культура частного извоза. Но у нас не было зарегулированного рынка и необходимости покупать лицензию за большие деньги, как в США. Водителям достаточно было иметь машину, а также желание и возможность иногда подрабатывать. Весь этот сегмент годами находился в «серой» зоне. Отсюда — проблемы с безопасностью. Рынку нужны были инструменты, соединяющие клиентов с водителями и гарантирующие безопасность пассажиров, — мобильные приложения с функциями геолокации, службы мониторинга и рейтинг таксистов.

Такие решения стали разрабатывать местные игроки — они выросли из сервисов «старой закалки», работали в России уже долгие годы и крепко держались за свою долю рынка. Многие из них начинали с приема заказов по телефону и постепенно переходили к модели агрегации такси, знакомой нам сейчас. Конкуренцию им составили зарубежные сервисы, появившиеся в России в начале 2010-х.

Бурный рост российских пользователей приложений-агрегаторов произошел в 2014 году. Произошло это по нескольким причинам. Во-первых, к 2014-му сформировался основной костяк игроков в этой сфере. С одной стороны, выросла конкуренция, с другой — конкуренты общими усилиями стали активно продвигать заказ такси через приложения. Благодаря этому практически каждый москвич понял, что это удобно. В итоге выросло ядро активных пользователей, которые рекомендовали приложения агрегаторов такси друзьям и близким. Во-вторых, на руку рынку сыграл рост проникновения мобильного интернета. Ну а переломный момент произошел ближе к концу года. Рекламные бюджеты, зима, холод, новогодние праздники сделали свое дело — за тот сезон одно только приложение «Ситимобил» пережило двукратный рост клиентской базы.

С появлением агрегаторов в России «голосующие» с улиц пропали, а «частники» стали «легализовываться» — регистрироваться в приложениях в качестве водителей. Впрочем, когда мы говорим о зарождении агрегаторов в России, как правило, мы имеем в виду именно столичный рынок. В регионах тоже активно идет развитие отрасли такси, но конкуренция между агрегаторами здесь началась позже. К тому же темпы проникновения мобильного интернета в среднем по стране отличаются от московского показателя. В 2013 году общенациональный уровень проникновения находился на отметке ниже 20%. К 2018 году этот показатель достиг 73%. Тем не менее Москва до сих пор опережает другие регионы как по объему мобильного трафика и проникновению интернета, так и по уровню сервиса услуг такси.

Новости партнеров