Русский скандал на Каннском фестивале

Что будет, если Никиту Михалкова победит дебютант Сергей Лозница

Свежий пост Ю.Гладильщикова по итогам Каннского фестиваля читайте здесь.

На Каннском фестивале назревает серьезный русский скандал. Сегодня стало ясно, что одной из главных тем Каннского фестиваля (его итоги подведут в воскресенье, 23 мая) окажется русская. В 22:30 состоится единственный конкурсный показ в главном зале «Люмьер» фильма Сергея Лозницы «Счастье мое». Лозница — один из самых известных в мире документалистов 2000-х. Это его дебютная игровая картина. Сам он родом из Белоруссии времен СССР (родился в 1964-м), окончил ВГИК, живет в Германии. Это вводные детали. Вот главное: 1) фильм Лозницы, пожалуй, самый пока сильный в каннской конкурсной программе; 2) он демонстрирует сверхжесткий взгляд на российскую провинциальную действительность и ментальность (да, есть «Груз-200» Балабанова, но там все-таки не Россия, а СССР). 3) именно отношение жюри к этому фильму предопределит в конечном счете каннскую судьбу «Утомленных солнцем — 2» Никиты Михалкова. То, что этот фестиваль стратегически (и больше того: жизненно) важен для Михалкова, было ясно изначально. После провала в российском прокате, после того, как его фильм опозорили ветераны войны и проигнорировали первые лица государства (последовав, вероятно, совету помощников: замарываться не стоит), у Михалкова остался последний шанс сохранить не только лицо, но и контроль над российским киносообществом и кинобизнесом. Надо выиграть в Канне. Тогда Россия вновь падет ниц. Тогда он размажет по стенке и раздавит каблуком всех оппонентов. Задача выглядела трудновыполнимой. Мировая пресса в дни Канна скептически настроена по отношению к Михалкову. Оба ведущих голливудских бизнес-издания — Variety и The Hollywood Reporter — уведомили читателей в каннские дни о провале фильма в России, а Reporter вдобавок опубликовал статью об издевательских переделках плакатов михалковского фильма в русском интернете и пропечатал самые злые из них. С кем из иностранных коллег ни встретишься, все спрашивают: а почему фильм вообще в конкурсе? Как его удалось продавить? Ведь нарушен каннский регламент. Канн включает в конкурс только мировые премьеры. В редких случаях (Коэны, Альмодовар) — фильмы, которые успели выйти в национальный прокат, но нигде больше не засветились. А фильм Михалкова уже месяц в прокате не только в России, но и в Эстонии, Латвии, Литве, на Украине? Что за двойной стандарт? С другой стороны, с каждым днем фестиваля шансы «Утомленных солнцем — 2» на каннский триумф все более возрастали, ведь программа, пожалуй, самая слабая на моей памяти, а я езжу в Канн с 1992 года. Михалков тоже не дремлет: председатель каннского жюри — 2010 Тим Бёртон уже приглашен в качестве почетного гостя на Московский кинофестиваль. Существует версия, что ему даже обещан главный почетный приз фестиваля — имени великого Станиславского. И тут некстати возник Лозница, чей фильм «Счастье мое» показали мировой прессе вчера ночью. Фестиваль, кстати, словно бы побаивается этого фильма. Единственный официальный показ в 22:30, когда камер на красной лестнице будет уже мало, — знак того, что фестиваль не хочет ссориться с Кремлем. Но «Счастье мое» только и будут обсуждать в России в ближайшие дни. Ведь фильм германо-украино-голландский, то есть его можно упрекнуть в антипатриотизме и русофобстве, а также иностранном заказе. И еще потому, что он успел разделить находящуюся здесь нашу прессу (в разговорах — публичных комментариев пока нет) на две половины. Интересно, что все противомихалковские люди за фильм, а все замихалковские — против. И это не игры. Это действительно демонстрация противоположного мышления. Фильм, в котором русская провинция (не больших городов, конечно, но городков и сел), а заодно русская милиция выглядит не просто ужасающей, а истинно монструозной, многие у нас объявят политической провокацией. Но с Лозницей трудно спорить. Он же документалист. В фильме есть сцена не рынка даже, а этакой полурыночной тусовки на площади какого-то провинциального местечка. Ясно, что кадры реальные. Огромное количество зафиксированных лиц. Ни одного трезвого. Ни одного разумного. Ни одного доброго. Спивающаяся и деградирующая в провинции нация. Фильм Лозницы заставляет вновь задаться вопросом, что такое патриотизм: жестокая правда или ее сокрытие во имя государственного и национального имиджа? У жюри во главе с Тимом Бёртоном теперь трудноразрешимая задача. Ему придется принимать не просто эстетическое, а политическое решение. Либо не награждать оба фильма, чтобы не дразнить гусей в России. Либо награждать оба, выразив уравновешенное мнение. Либо награждать только один, фактически принимая сторону одной из российских политических элит.

Новости партнеров