Связываем корпорации со стартапами

Андрей Королев: «Мне повезло с учителями»

Профессор Андрей Королев – доктор медицинских наук, хирург-ортопед-травматолог, главный врач и медицинский директор ECSTO Фото: Максим Новиков
Главный врач и медицинский директор ECSTO (Европейская клиника спортивной травматологии и ортопедии — входит в состав Европейского медицинского центра), хирург-ортопед-травматолог, профессор и доктор медицинских наук рассказал о том, почему не стал космонавтом, почему не остался в Германии и почему не берет в клинику врачей, которые не занимаются спортом.

О выборе профессии
Я с детства хотел стать космонавтом. Я ведь рос в среде, которая была тесно связана с космосом. У нас дома постоянно были инженеры-конструкторы, которые работали с моим дедушкой, Сергеем Павловичем Королевым (главный конструктор ракетно-космических систем СССР. — Прим. ред.). Космонавты, в том числе и первого отряда, были близкими друзьями семьи. Я планировал учиться в Московском авиационном институте. Но в те времена, когда решался вопрос о моей профессии, я не подходил по росту. В космонавты брали людей не выше 172 сантиметров — исходя из размера кресла в спускаемом аппарате. А мой рост уже тогда был 187 сантиметров.
Мои мама, бабушка и прабабушка были врачами. Но меня не готовили к этой профессии. Все произошло случайно. В девятом классе у меня развился острый аппендицит. В больнице я понял, что космос — не для меня, я хочу быть хирургом.


Об учителях
Мне очень повезло с наставниками. Моим непосредственным учителем был академик Михаил Израилевич Перельман — выдающийся советский хирург. Чем старше я становлюсь, тем больше понимаю, насколько блестящим врачом он был. Михаил Израилевич говорил на нескольких языках, что встречалось довольно редко в советские времена. Он был одним из немногих ученых, которых приглашали читать лекции на европейских конгрессах.
В Германии, где я работал несколько лет, мне тоже повезло с учителем. Моим наставником был профессор Леонард Швайберер, выдающийся специалист из плеяды хирургов старой школы. Он блестяще выполнял и общехирургические, и травматологические операции. К слову, позже я узнал, что он не брал в клинику врачей, которые не умели кататься на горных лыжах. Сам профессор был в сборной ФРГ по горнолыжному спорту. Наука наукой, но, если ты не катался на горных лыжах, шансов попасть в клинику к Швайбереру не было никаких.

Об обучении и работе в Германии
В 1992 году меня пригласили прочесть лекции для хирургов в трех европейских городах: Мюнхене (Германия), Базеле и Куре (Швейцария). После этого мне поступило предложение пройти стажировку в Германии. Я согласился и начал работать под руководством профессора Швайберера в одной из ведущих хирургических клиник Европы – клинике Инненштадт Мюнхенского университета Людвига-Максимилиана.
Немецкий подход в сфере травматологии и ортопедии существенно отличался от российского. Зарубежные коллеги были на несколько шагов впереди. В Германии в то время активно развивалась артроскопическая хирургия. Это мини-инвазивный метод, без которого в настоящее время не мыслима ни одна адекватная хирургическая практика.
Я работал в Мюнхене несколько лет. Там же выучил немецкий язык в Гете-институте — занимался пять дней в неделю по пять часов, причем одновременно с работой в клинике. Через два месяца я свободно общался с немецкими коллегами, а через четыре — с ужасом увидел свою фамилию в списке преподавателей по медицине в Университете Мюнхена.
Когда я только оказался в Германии, я подумал, что никогда отсюда не уеду. Но прошло несколько месяцев, и я передумал. В России я бы мог принести большую пользу, применяя на практике все полученные навыки. Я вернулся и сразу получил предложение от Российской Медицинской Академии Последипломного образования. Я преподавал, оперировал и вел прием пациентов. Позже меня пригласили на должность профессора на кафедру травматологии и ортопедии РУДН, где я работаю до сих пор.

О сложностях работы в частной клинике
Когда я только планировал создать частную клинику, мне казалось, что ко мне будут приходить состоятельные пациенты с самыми простыми проблемами. Но оказалось, что в частную клинику обычно обращаются люди, которые не получили адекватного лечения или которым отказали в других медицинских учреждениях. У нас в ECSTO много таких пациентов. Помню, как отцу одного из наших близких друзей, пожилому человеку, трижды отказали в госпитализации. Фактически для него это был смертный приговор. А мы его вылечили. Сейчас этому пациенту 90 лет, и он ходит на своих ногах.
В частной медицине высокие требования к врачам и персоналу. Это касается не только России, но и всей мировой медицины. Наши пациенты, как правило, состоятельные люди, которые понимают, что время — это деньги. И они хотят получить адекватное лечение и быстрый результат.
Работа в сфере частной медицины сопряжена с большой ответственностью. Мне нравится, что у нас есть возможность принимать серьезные решения. В нашей клинике работают высококлассные специалисты: кардиологи, анестезиологи, травматологи, неврологи, терапевты и реабилитологи. Все они находятся в одном здании, что удобно — при необходимости мы собираем консилиум в течение пяти минут. Мы проводим осмотр пациента, изучаем результаты обследований и принимаем решение, как наиболее эффективно ему помочь. Для этого у нас есть все необходимое оборудование: и диагностическое, и операционное, и реабилитационное. Опыт моих коллег вместе с техническим оснащением клиники помогают поставить на ноги многих пациентов, в том числе пожилых людей. В общем, к нам лучше не попадать, но если уж попадать — то только к нам!


О самообразовании
Сегодня в ECSTO работают 3 профессора, 3 доктора медицинских наук, 17 кандидатов медицинских наук. Большинство из них мои ученики. В штате клиники около 20 врачей-реабилитологов. Все наши сотрудники говорят как минимум на английском языке. Всех профессоров, которые работают в ECSTO, включая меня, регулярно приглашают выступить с лекциями на крупных международных конгрессах. Наши врачи проходят стажировки в ведущих зарубежных клиниках, посещают медицинские конференции, публикуют научные работы. Мне особенно приятно, когда мои ученики выступают с докладами.
Врачи ECSTO не просто хорошо осведомлены о последних мировых достижениях в своей области – они постоянно используют эти знания на практике, благо технические возможности это позволяют.


О пациентах
В ECSTO проводится около двух тысяч операций в год. Порядка 20% наших пациентов — профессиональные спортсмены. 30 % — это люди, которые интенсивно занимаются спортом. Остальные пациенты попадают к нам по разным причинам: совершают неосторожные движения, оступаются, падают. Наши пациенты — не только жители Москвы и Санкт-Петербурга. К нам приезжают лечиться люди из самых отдаленных уголков страны. И, на мой взгляд, правильно делают. Я всегда провожу аналогию с Mercedes-Benz. Гипотетически, если бюджет позволяет, можно перевезти машину на самолете в Германию и пройти там техобслуживание. Но логичнее отдать машину на ближайшую авторизованную станцию. Ровно такая же ситуация и с медициной. Зачем ехать за границу, если в Москве есть клиника, которая работает на высоком мировом уровне? Где есть хорошие врачи, инструменты и оборудование, а лечение проводится согласно международным стандартам.
Более того, такой «гастролирующий» пациент — находка для любой клиники. Он не владеет языком, оставляет 20 тысяч евро, улетает, и больше его никто никогда не увидит. А что делать, когда что-то заболит или что-то не так будет работать? Хирургия не ограничивается операцией. Это комплексная история. Пациенту нужно грамотное послеоперационное наблюдение и реабилитация под контролем хирурга.


О спорте
У нас не работают люди, которые не занимаются спортом. Мои сотрудники — хорошие спортсмены. Среди них есть даже мастера спорта. Потому что, на мой взгляд, человек, занимающийся спортом, заведомо занимает активную жизненную позицию.
Мы регулярно проводим внутриклинические спортивные мероприятия: в прошлом году, например, около ста сотрудников приняли участие в велопробеге ECSTO 4 Sport в национальном парке Завидово. Дистанция составила 40 километров.
Лично я регулярно играю в теннис, люблю хоккей, получаю огромное удовольствие от велосипедных поездок и пеших прогулок в горах. Когда-то играл в сборной института по волейболу. Также мы всей семьей записались в школу гольфа. Но мой самый любимый вид спорта — горные лыжи, на которых я катаюсь с четырех лет.

Справка:

1992 — 1995 гг. стажировка по хирургии и ортопедии-травматологии в клинике Инненштадт Мюнхенского университета Людвига-Максимилиана.

1995 — 2001 гг. работал на кафедре травматологии и ортопедии Российской медицинской академии последипломного образования.

В 2001 году перешел на кафедру травматологии и ортопедии Российского университета дружбы народов, где работает по сей день.

В 2004 году защитил докторскую диссертацию на тему «Комплексная реабилитация пациентов с повреждениями коленного сустава».

2001 — 2009 гг. оперировал и преподавал на клинической базе кафедры травматологии и ортопедии РУДН (больница № 31).

С 2009 г.- главный врач и медицинский директор ECSTO

С 2010 г.- президент Ассоциации Спортивных Травматологов, Артроскопических и Ортопедических хирургов, Реабилитологов (АСТАОР)

С 2016 г.- официальный посол Европейского общества спортивной травматологии, артроскопии и хирургии коленного сустава (ESSKA) в России, посол комитета по спортивной медицине ESSKA-ESMA

Профессор Андрей КОРОЛЕВ — один из наиболее авторитетных спортивных травматологов и хирургов-ортопедов в России. Консультирует в области ортопедии и травматологии многие профессиональные спортивные клубы России и других стран.
Направления работы: артроскопическая хирургия суставов, ортопедическая хирургия, спортивная медицина, спортивные травмы, хирургия суставов.

Новости партнеров