Видимость применения | Forbes.ru
$58.59
69.31
ММВБ2131.94
BRENT62.75
RTS1141.50
GOLD1255.56

Видимость применения

читайте также
+12 просмотров за суткиЛицом к лицу: российские стартапы по распознаванию лиц выходят на мировой уровень +2 просмотров за суткиЗа работой - в чат: как стартап с российскими корнями Job Today трудоустраивает европейцев +5 просмотров за суткиШкольная программа: как Facebook меняет рынок спортивных трансляций +3 просмотров за суткиНарисованный мир: “Яндекс” нашел самые популярные мультфильмы +1 просмотров за суткиВойна технологий. Как Google и Microsoft пытаются догнать Amazon на триллионном рынке облачных хранилищ Стенка на стенку: как роботы спасли разработчика игр от краха Как два эстонца создали Skype для международных денежных переводов Андрей Стрелков: фраза “Яндекс врет” стала для нас метрикой Прогноз Евро-2016: система Microsoft предсказывает победу Германии Сломать систему: правда и вымысел о русских хакерах Жозе Невеш, основатель Farfetch: "Я влюбился в этот рынок, хотя и был типичным гиком" Страсти по прослушке: информационная безопасность или нарушение личной тайны После дождичка в четверг: как алгоритмы меняют метеоданные Чат с ботом: как бизнес использует искусcтвенный интеллект «Мои партнерские встречи очень короткие. Я, я и я ведем долгие дебаты» Сдвиг парадигмы: какое будущее у биткоина Виртуальный халифат: как Россия воюет с ИГ в интернете Опасная транзакция: пять актуальных киберугроз для банков и их клиентов Бот в помощь: как мессенджеры научились зарабатывать миллиарды Пара совпала: какие онлайн-сервисы для знакомств предпочитают инвесторы Лейка для Facebook: как стартап Sprinklr привел в соцсети крупнейшие бренды

Видимость применения

Сергей Карелов Forbes Contributor
Государство пренебрегает информационными технологиями. Но так ли далеко ушел от чиновников российский бизнес?

Пару месяцев назад я побывал в гостях у вице-президента крупной российской нефтяной компании. И, между делом, спросил, как у них применяются информационные технологии для решения управленческих задач. «У нас даже на совете директоров каждый сидит перед лэптопом», — с гордостью ответили мне. Просматривать на компьютере отчеты и графики — это понятно. А еще? «Ну, геофизику считаем, резервуары моделируем, документацию готовим. Что, разве мало?». Наверное, не мало. Но где же тут управление?

Когда у нас говорят о развитии IT, обычно обращают внимание на недофинансирование и неэффективное использование средств на информатизацию в госсекторе. Даже в последние тучные годы доля затрат на IT составляла всего 1,5% нашего ВВП, что вдвое меньше, чем, например, в США или Израиле — 3,4% и 3,3% соответственно. Причем доля государства в этих расходах составляет около трети. Все остальное — инвестиции частных компаний. И тут цифры также не обнадеживают. В России доля затрат на IT в таких, казалось бы, небедных отраслях, как нефтегазовая и химическая промышленность, транспорт и сфера услуг, по отношению к их выручке в три-четыре раза ниже, чем в США.

Недофинансирование информационных технологий — это только одна беда. Есть и другая, более существенная — неверные приоритеты. Для примера: доля расходов на системы управления ресурсами в общих затратах на IT в России в пять раз меньше, чем в США, на экспертные и аналитические системы — в 10 раз меньше. У нас в основном инвестируют в инфраструктуру (компьютеры, серверы, сети) и «софт», облегчающий работу конкретных специалистов (бухгалтера, проектировщика, кладовщика и т. д.). По моим наблюдениям, и для государства, и для бизнеса IT до сих пор остается просто техническим ресурсом, помогающим обрабатывать и передавать информацию. Компьютеры используются в качестве телефонов, факсов, калькуляторов, пишущих машинок, амбарных книг, кульманов и так далее.

Почему так происходит? Причину часто видят в коррупции в государственной и корпоративной среде. Да, это сильный тормозящий фактор. Под  простую поставку инфраструктуры и «софта» легче получить бюджеты, легче завысить смету, организовать фиктивный тендер. Однако по своему опыту работы в IBM и Silicon Graphics я могу сказать, что «откаты» и прочие трюки при заключении контрактов на IT практикуются и в других странах. Это, как говорится, общая болезнь, которой подвержены даже самые известные и уважаемые международные IT-компании.

Истинная причина другая. Информационные технологии у нас не осознаются как серьезный фактор повышения конкурентоспособности предприятий и экономики в целом. Коммерческим компаниям известны куда более простые и при этом результативные способы борьбы с конкурентами, чем развитие своих IT. Госсектору же вообще конкурировать не за что.

Не секрет, что наша экономика отличается страшной неэффективностью. В России производительностью труда в среднем вчетверо ниже западной. Именно поэтому по доле ВВП на душу населения мы не можем соперничать ни с одной хоть как-то развитой страной мира, хотя еще в 1960-е годы по этому показателю опережали Японию.

Эксперты компании McKinsey утверждают, что до 80% потерь производительности труда происходят из-за плохой организации управления. А повышение эффективности управления напрямую связано с глубиной внедрения информационных технологий — всевозможных систем управления ресурсами и бизнес-процессами. Но наши чиновники и руководители, по самым разным причинам, не видят или не хотят видеть такой связи. Даже если средства на информатизацию выделаются очень приличные, случается, что уходят они едва ли не в пустоту (достаточно вспомнить «Связьинвест», два года назад закупивший IT-системы на десятки миллионов долларов, но так их и не внедривший). По словам довольно известного российского бизнесмена, «все эти «айтишные» штучки не для нашей среды — тут реально работать нужно, а не с компьютерами баловаться».

«Лукойл» — лидер среди российских нефтяных компаний по широте применения IT — вкладывает в развитие технологий управления в четыре раза меньшую долю от своей выручки, чем американская ExxonMobil (сопоставимая с ней по масштабу). Эффективность бизнеса «Лукойла», по оценке  McKinsey, составляет не более 30% от аналогичных показателей ExxonMobil. И это одна из самых успешных компаний России!

Российские розничные сети тратят на IT вдвое меньшую долю от своего оборота, чем любая из американских сетей по торговле электроникой. В итоге эффективность их бизнеса в три раза ниже. Конечно, не стоит воспринимать информационные технологии как панацею. Увеличение инвестиций в управленческие IT — только одно из условий повышения эффективности управления. Но одно из важнейших. Сеть «Техносила» внедрила у себя систему планирования и управления ресурсами от крупного мирового разработчика. Система обошлась ей в $7 млн, причем на ее поддержание и развитие компании придется тратить около $1 млн в год. Результаты? Сейчас в «Техносиле» работает втрое меньше сотрудников в расчете на 1 кв. м, чем в среднем по российским сетям электроники и бытовой техникой. По этому показателю компания вплотную приблизилась к мировым лидерам сетевой торговли этими товарами. Другой результат: в рамках внедрения системы управления ресурсами в «Техносиле» был создан механизм оповещения торговых точек о допущенных ошибках, что позволило сократить время исправления ошибок с 1–2 месяцев до 1–3 дней. Отдачу от внедрения всей системы полностью оценить трудно из-за большого числа естественных улучшений в управлении бизнесом. Однако даже с учетом поддающихся измерению количественных улучшений срок ее окупаемости не должен превысить двух лет.

Но подобных примеров не так много. Пока приходится констатировать, что повсеместное пренебрежение в России управленческими IT приводит к низкому качеству принимаемых решений. В числе же последствий — новые решения, игнорирующие необходимость вложений в технологии управления. Круг замыкается.

Смогут ли у нас разорвать порочный круг — большой вопрос. Без прогресса в этой сфере не приходится рассчитывать на то, что в России перестанут работать глупо и неорганизованно, и на то, что качественно повысится уровень принимаемых решений и методов управления. Однако повод для оптимизма все-таки есть. Поскольку есть у нас одна отрасль, в которой производительность труда ниже, чем в США, всего лишь вдвое — это производство программного обеспечения. Собственными предприятиями «айтишники» управлять уже научились. Когда есть свой родной положительный пример — может возникнуть и желание ему подражать.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться