Требуйте невозможного

Народу и стране нужна не амнистия жертв государства, а их реабилитация

Колонка опубликована в журнале «Русский Newsweek» №49 (268) за 2009 год

Как это уже бывало в истории России, строй, установившийся, казалось бы, на долгие годы, в считаные месяцы перестал внушать уважение и страх. На прошлой неделе министр внутренних дел Рашид Нургалиев порекомендовал гражданам, чья совесть чиста, давать отпор агрессивно себя ведущим сотрудникам милиции. Глава МВД, апеллирующий к священному праву народа на восстание, — до такого не додумался даже Салтыков-Щедрин в истории города Глупова.

Руководители страны не справляются с армией своих подчиненных в погонах и без, которая грабит и убивает мирное население. Возьмите гибель адвоката Сергея Магнитского, замученного в московском следственном изоляторе. Невозможно не согласиться со следователями, судьями и тюремщиками, которые утверждают, что смерть невиновного не входила в их планы. Следствие, например, не удосужилось внятно сформулировать обвинение даже после того, как человек умер, проведя год за решеткой.

Государство, дошедшее до такого состояния, — это, конечно, не государство в привычном смысле слова. В политологии есть термин «анократия». Им описывается политический режим, при котором власть на территории с атрибутами государственности — конституцией, флагом и членством в ООН — поделена между вождями формальных и неформальных группировок, разрывающих страну на клочки. Типичные примеры — Сомали или Ирак в первые годы после свержения Саддама. Скатывание к такому сценарию не сулит ничего хорошего ни обществу, ни элите.

Это, кажется, начинают понимать и в Кремле. У самых чутких просыпается инстинкт самосохранения, тем более что и требование общества — государство должно перестать убивать людей и калечить их жизни — в первом приближении не выглядит экстремистским. Перед страной открывается окно возможностей, вот только как им грамотно распорядиться?

Пока все сводится к поиску одного-двух-трех решений, которые позволят привести к норме наиболее запущенные сферы. Громче всех слышен голос подавляемого меньшинства. Крупный бизнес уговорил «Единую Россию» поддержать поправки в Уголовный кодекс, чтобы затруднить налеты правоохранительных банд на предпринимателей под видом борьбы с неуплатой налогов. Влиятельные «единороссы» заговорили о необходимости переписать одиозную статью УК об отмывании преступных доходов, которая в нынешнем виде позволяет посадить лет на десять любого совершившего экономическое правонарушение. МВД вяло сопротивляется, но это сопротивление сегодня не выглядит таким уж непреодолимым препятствием.

Предпринимательница Яна Яковлева, второй год сражающаяся с системой за права своего сословия, идет еще дальше. На прошлой неделе она призвала амнистировать всех, кто сидит за экономические преступления, имея в виду, что большинство осужденных не преступники, а жертвы.

Все эти предложения логичны, выглядят реализуемыми и не покушаются на основы. В этом их главный недостаток — они не гарантируют от возврата к худшим практикам. Я верю в талант наших следователей: потеряв возможность шантажировать заведением уголовного дела за неуплату налогов, они легко найдут другую золотую жилу, переключившись, например, на статью о мошенничестве. Я обеими руками за то, чтобы невиновные вышли на свободу, но амнистия невиновных — это одновременно и амнистия тех, кто их незаконно обвинил и засудил. У кого-то есть сомнения, что преступники в погонах и мантиях вернутся к своему бизнесу на следующий же день после того, как закончится амнистия?

Если мы хотим раз и навсегда раздавить эту гадину, нам нужна не амнистия, а реабилитация невиновных. Те, кто разрушил их жизнь, должны понести наказание. Это более долгий и затратный путь, чем выпустить всех чохом и забыть. Он требует другого уровня ответственности и от элиты, расстающейся с проклятым прошлым, и от гражданского общества, которое, как мы знаем, легко впадает в спячку. Но и выигрыш колоссален. Вот что пишут историки Александр Некрич и Михаил Геллер о хрущевской реабилитации жертв коммунизма: «Она была необходима не только тем, кого она непосредственно затрагивала… но имела огромное моральное значение для всего народа. Совесть как врожденное и необходимое качество человеческого бытия была пробуждена».

Я не вижу причин, по которым современное российское общество не могло бы справиться с задачей, которую полвека назад решил Никита Хрущев. Во второй половине 1950-х было реабилитировано более 700 000 человек.

Новости партнеров