Не место для прогулок | Forbes.ru
сюжеты
$56.72
69.3
ММВБ2286.33
BRENT68.78
RTS1270.92
GOLD1331.94

Не место для прогулок

читайте также
День расходящихся тропок: как праздник переиграл протест +1 просмотров за суткиПутин в послании Федеральному собранию: «Борьба с коррупцией — это не шоу» +1 просмотров за суткиВсе о Дональде Трампе — в бесплатном еженедельнике Forbes для iPad +3 просмотров за суткиГайзер пошел на сделку со следствием Золото партий: почему на выборах в Госдуму не будет новых игроков Что обещали своим избирателям Дональд Трамп, Хиллари Клинтон и другие кандидаты в президенты Анатомия Яровой: одиозный депутат в цифрах и фактах Субъект недоверия: чем заканчивались уголовные дела губернаторов Инвестиция или взятка: что известно об аресте губернатора Белых Brexit в переводе на русских Юрий Шефлер: в Лондоне с налогами будет еще лучше, чем раньше Жизнь после спорта: кто из бывших спортсменов стал политиком Анатолий Чубайс: «Я никогда не окажусь в списке Forbes» Верхняя и Нижняя Панама: 20 офшоров Федерального собрания По панамскому счету: почему законодатели не спешат закрывать свои офшоры Игорь Чайка: «В первую очередь это связано с принципиальной позицией моего папы и его должностью» Голод в городе: что происходит в Венесуэле Борис Титов: «Если мы дадим дорогу бедности, мы дадим захлопнуться двери к свободе на десятки лет» Бронзовые миллиардеры: почему Тимченко и Ротенберги получили медали Инструкции по выживанию: как чиновники советуют справляться с кризисом В США продана яхта Михаила Лесина

Не место для прогулок

Вадим Новиков Forbes Contributor
Почему сегодня судят Эдуарда Лимонова, а не Владимира Колокольцева

Оказывается, бывают «гуляния» и «гуляния». Некоторые на Новый год гуляют просто так, а некоторые потому, что, по их мнению, у них есть на это конституционное право. Неподалеку от моего дома у елки на площади Академика Вишневского люди свободно гуляли просто так. Те, кто пошел по «конституционным соображениям» к новогодней елке на Триумфальной площади, оказались в отделении милиции, а сегодня над одним из них, Эдуардом Лимоновым, будет суд.

«Административное правонарушение», — охарактеризовал действия неправильно гулявших начальник ГУВД Москвы Владимир Колокольцев. Пусть главный милиционер столицы имел в виду нечто совсем иное, он верно описал происшедшее — административные органы нарушили права граждан — и при этом предложил характеристику, которая располагает к более взвешенному разговору, чем при условии, если те же события были бы названы «административным произволом».

Можно допустить, что Эдуард Лимонов и его единомышленники нарушили закон. Согласно закону, если граждане присутствуют в определенном месте не просто так, а «для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем» — такая цель, несомненно, была, — то это «митинг», а митинг требует «согласования». Именно отсутствие этого согласования (впрочем, вернее было бы говорить о «разрешении») Колокольцев и назвал административным правонарушением.

Но почему это правонарушение? Ответ на этот вопрос кажется очевидным: потому что закон нарушен. Так думают и первые лица страны, для которых «правовой нигилизм» — это отрицание законов, а по существу, их повелений. Однако право и закон не одно и то же. Закон может быть неправовым или даже противоправным, правонарушающим. «В неправовых культурах, — писал про это известный российский конституционалист Владимир Четвернин, — само законодательство служит формой проявления правового нигилизма». Отказ от соблюдения нарушающих права законов — форма уважения к праву, а не его нарушение или отрицание.

Различие права и закона особенно очевидно на примере нацистской Германии. В 1942 году немецкий чиновник Иосиф Путфаркен донес на предпринимателя Карла Геттинга, который написал в туалете: «Гитлер — организатор массовых убийств и виновник войны». В том же году суд приговорил Геттинга к смертной казни. В 1946 году подсудимым оказался сам Путфаркен. Отдавая Геттинга в руки произвола, пусть и прикрывавшегося правом, Путфаркен отдавал себе отчет, что его действия приведут к смерти человека, объяснял суть обвинения прокурор. Суд поддержал прокурора и признал Путфаркена виновным в пособничестве убийству, причем убийцами были признаны вынесшие противоправный приговор судьи Кассельского земельного верховного суда. В ходе этого и многих других судебных процессов гитлеровскую Германию признали преступным государством, в котором закон и госаппарат были инструментом преступлений — массовых нарушений прав граждан.

Вопрос в том, нарушает ли права граждан норма закона о митингах, касающаяся их согласования. В прошлом году на этот вопрос по-разному ответили Конституционный Суд и заявивший особое мнение судья Анатолий Кононов. Он писал, что «попытки представить нарушение прав заявителей как явление случайное и нехарактерное, как эксцесс исполнителя» несостоятельны, что повсеместность и массовость нарушений свободы мирных собраний показывает: дело в норме закона, которая дает властям возможность «без весомых на то причин» ограничивать право на мирные собрания. Это мнение нашло еще одно подтверждение в предновогодних событиях на Триумфальной площади. Вряд ли кто найдет «весомые причины» для запрета этого митинга и вряд ли кто решит, что происшедшее есть вещь «случайная и нехарактерная». Налицо административное правонарушение, только совершают его не граждане, а представители государства.

Автор — старший научный сотрудник Академии народного хозяйства

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться