Справедливая приватизация | Forbes.ru
сюжеты
$56.49
69.21
ММВБ2297.47
BRENT68.86
RTS1279.28
GOLD1330.92

Справедливая приватизация

читайте также
Чиновников — в шахты: история госсобственности в добывающей промышленности Природа богатства и причины бедности: как ограбить неимущих или очерк о приватизации «Разговор надо отложить»: Костин исключил приватизацию 10,9% ВТБ до снятия санкций «Роснефть» течет на Восток. Китайская CEFC выкупает 14,2% акций у консорциума QIA и Glencore за $9,1 млрд Нерешительная приватизация. Активы РЖД должны быть проданы, чтобы начать конкурировать за потребителей Орден за приватизацию: Путин наградил главу Glencore, итальянского банкира и арабского шейха Фрахт пенсионеров: правительство хочет привлечь средства НПФ для приватизации «Совкомфлота» Глава Intesa исключил участие России в финансировании сделки по приватизации «Роснефти» Башкирский корнер: почему акции «Башнефти» за два дня выросли на 30% Российская «специфика»: что мешает приватизации госактивов Миссия невыполнима. Хроника «новой приватизации» +13 просмотров за суткиИтоги 2016 года в событиях. Чем запомнился уходящий год +11 просмотров за суткиДела Сечина. История главной приватизационной сделки года Полковника никто не помнит: как живет Ливия без Муаммара Каддафи Мафия бессмертна. К вопросу о национализации Приватбанка Южная Корея без президента: импичмент входит в моду «Роснефть» в новой реальности +2 просмотров за суткиПриватизация «Роснефти»: сделка века? Молись и кайся: что делать, если вы попались на допинге +14 просмотров за суткиЗвук цивилизации: почему музыка уходит в стриминговые сервисы Эффект помады: почему акции бьюти-компаний ведут себя лучше рынка

Справедливая приватизация

Сергей Гуриев Forbes Contributor
Госактивы можно продавать дорого и без социальных катаклизмов

Самая важная задача сегодняшней экономической политики в России — масштабная приватизация. В прошлом номере я писал о том, что нельзя откладывать приватизацию и ждать, пока возникнут институты. Институты не появляются сами собой — спрос на них предъявляют частные собственники. Справедливость этой связи отлично демонстрирует опыт последних пяти лет. Резкое расширение присутствия государства в экономике сопровождалось деградацией институтов.

Еще один аргумент против приватизации: приватизация 1990-х в России привела к нелегитимности частной собственности. По данным опросов, большинство россиян не принимают прав собственности владельцев приватизированных предприятий. Отмахнуться от этого факта нельзя. Если большинство граждан выступают за пересмотр итогов приватизации, то возникает конфликт между базовыми ценностями демократии и капитализма: частная собственность возможна только в отсутствие демократических институтов. Можно ли сегодня провести приватизацию «справедливо» — так, чтобы большинство россиян не считали новых владельцев нелегитимными?

Реформаторы 1990-х действовали в гораздо более трудных условиях. Приватизацию надо было проводить как можно быстрее: окно возможностей было ограничено вследствие политической нестабильности. Слабость власти, нуждавшейся в союзниках, заставляла ее идти на приватизацию в пользу инсайдеров — директорского корпуса и трудовых коллективов. Наконец, в России не было ни рынка капитала, ни инвесторов, которые могли бы заплатить хотя бы долю рыночной цены. В принципе, если бы работали рынки капитала, инсайдерская приватизация не была бы большой проблемой, ведь предприятия быстро перешли бы к эффективным собственникам. Но в отсутствие финансовых рынков такое перераспределение собственности заняло много времени. Все это время приватизированные предприятия управлялись в основном неэффективно, что и подорвало доверие к частной собственности.

Сегодня ситуация гораздо лучше. Во-первых, мы знаем теперь, что при желании государственные активы можно продавать дорого. Продажи Связьинвеста, генерирующих мощностей РАО ЕЭС, размещение акций «Роснефти» и ВТБ прошли по рыночным ценам. Для этого надо всего лишь проводить честные аукционы и допускать на них всех заинтересованных покупателей, включая иностранных. Если и есть претензии к этим аукционам, они сводятся к тому, что некоторые из активов были проданы по слишком высокой, а не слишком низкой цене. Мы также знаем, что не надо бояться иностранных инвесторов. Они показали себя более эффективными собственниками, чем российские, и с точки зрения внедрения современных технологий, и с точки зрения повышения производительности труда, и с точки зрения увеличения зарплат. Наконец, мы гораздо лучше знаем, сколько стоят активы, и располагаем инфраструктурой проведения торгов и размещения акций.

Резко изменилась и ситуация на рынке труда. Даже признавая, что приватизация сопровождается повышением производительности, ее противники говорят о ее несправедливости, ведь она приводит к сокращению занятости на приватизируемых предприятиях. Но за последние 15 лет стало понятно, что главной проблемой России в ближайшие десятилетия будет не безработица, а дефицит рабочей силы. В 2007–2008 годах он стал одним из ключевых ограничителей роста. Мы наверняка столкнемся с той же проблемой и после кризиса. Повышение производительности для России гораздо важнее, чем сохранение неэффективных рабочих мест на госпредприятиях.

Конечно, реструктуризация приватизируемых предприятий должна сопровождаться повышением пособий для высвобождаемых рабочих и программами переподготовки. Сейчас, в отличие от 1990-х, у бюджета найдутся деньги и на это.

Наконец, сегодня госактивы стоят намного больше, чем в 1990-х. Поэтому не стоит ссылаться на любимый аргумент противников приватизации — «подождем, пока активы вырастут в цене». Во-первых, если честно провести приватизационные торги, аукционы или размещение, мы получим от приватизации ровно столько, сколько сегодня стоят активы в руках самого эффективного собственника. Во-вторых, не стоит говорить о том, что «сначала надо повысить стоимость активов, а уже потом продать подороже». Если бы государство умело управлять активами, то и приватизировать ничего было бы не надо. Но на самом деле государство — неэффективный собственник. Об этом — в следующей колонке.                        

Автор — ректор Российской экономической школы, директор ЦЭФИР, доктор экономических наук

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться