Что заставляет гореть на работе

Елена Евграфова Forbes Contributor
Какие мотивации работают в постиндустриальном мире

На могильной плите Фредерика Тейлора написано: «Отец научной организации труда» (Father of Scientific Management). Впрочем, Ленин называл ее «научной системой выжимания пота», и был прав. Цель Тейлора была благая — повысить производительность труда, а методы — драконовские, с секундомером в руке он фиксировал выработку самых сильных и выносливых рабочих, а потом рекомендовал своим клиентам, хозяевам предприятий, установить ее в качестве нормы для всех. Работников, которые считали ее завышенной, попросту увольняли.

Хрестоматийным стал эксперимент Тейлора с измерением производительности рабочих, грузивших в вагоны металлические чушки.

Времена изменились, и сегодня эффективность предприятия зависит от людей, работу которых в «чушках» не измеришь и которых не очень-то мотивируешь угрозой увольнения. Так что нужны новые подходы.

Известный психолог-позитивист Михай Чиксентмихайи уверен, что лучший мотиватор — это внутренний драйв. Состояние человека, захваченного увлекательным делом, он назвал «потоком» и описал его в книге Flow. Поток завладевает человеком целиком и так сильно, что тот забывает обо всем на свете и готов работать сутками. Эталоном потока, по мнению Чиксентмихайи, можно считать захватывающую игру — спортивную или интеллектуальную, причем достаточно сложную, чтобы можно было проявить свои таланты.

В ходе экспериментов психолог много внимания уделял творческим людям, стремясь понять, что заставляет ученых делать выдающиеся открытия, а художников — создавать шедевры. Оказалось, большинству из них знакомо то самое чувство потока и свои наивысшие достижения они связывали именно с ним.

Поток способен делать счастливее, хотя люди и не привыкли ассоциировать счастье с работой. Чиксентмихайи описывает такой эксперимент. Добровольцам звонили несколько раз в неделю в рабочее время и просили описать, что они делают. Оказалось, что интересным и неординарным делом была занята примерно треть респондентов. Они были увлечены, подхвачены потоком. Передавая свои ощущения, они говорили, что чувствуют себя «активными», «сильными», «сосредоточенными». Но на вопрос «хотели бы они в этот момент находиться в другом месте?» отвечали утвердительно, подразумевая, что досуг был бы предпочтительнее. Дальнейшие исследования показали, что в выходные дни они гораздо реже испытывали ощущение потока и чаще — скуку. Люди, очевидно, недооценивали радости работы и переоценивали достоинства досуга.

Американский психолог Мартин Селигман считает что существует три вида счастливой жизни. Первая — это жизнь полная удовольствий (sex, drugs and rock-n-roll), но, увы, любые удовольствия приедаются, а способность их испытывать во многом обусловлена генами. Второй тип счастливой жизни — это как раз жизнь-поток, увлекательная, захватывающая, наполненная событиями и лишенная скуки. Третий вид счастья— жизнь, преисполненная смысла, прожитая не зря. Выходит, что счастье сильно зависит от того, каким делом человек занят.

Поток может захватить представителя любой, в том числе совсем не творческой профессии. Почему герой фильма «Повелитель бури» более счастлив в Ираке, нежели дома в кругу семьи? Очевидно потому, что работа сапера дает ему тот самый драйв, ощущение полноты жизни. Она захватывает так, что время останавливается, и он забывает даже о смертельной опасности.

Все люди разные и находят увлекательными самые неожиданные вещи, но стоит найти и нанять тех, кто по-настоящему увлечен своей работой, и никакой Фредерик Тейлор с секундомером больше не понадобится.

Автор — главный редактор журнала Harvard Business Review Россия и книжного издательства United Press

Новости партнеров