Стоило ли бороться с монополией Microsoft

Forbes
Питер Пассел Forbes Contributor, Роберт Хан Forbes Contributor
Антимонопольные органы не понимают, как устроены технологические рынки

Перед тем как в 2000 году лопнул «пузырь доткомов», рыночная капитализация Microsoft составляла $586 млрд, в то время как Apple стоила всего лишь $17 млрд. Теперь две компании идут ноздря в ноздрю. Мы не будем обсуждать, почему так произошло — вероятно, не последнюю роль сыграл менеджмент. Но история соперничества компаний — это хороший повод задуматься о том, что такое монополия в высокотехнологических отраслях.

Помните, почему в 1998 году появилось антимонопольное дело против Microsoft? Среди прочей шелухи федеральные власти обвиняли Билла Гейтса в том, что он настолько доминирует на рынке ключевых информационных технологий (операционные системы ПК), что остальные просто не в состоянии конкурировать с ним, не попросив помощи у Дяди Сэма.

А потом прошло 10 лет. Microsoft потерял 40% рынка интернет-браузеров — Google Chrome и бесплатный Firefox контролируют треть рынка и 100% медиапространства. Microsoft, несмотря на годы усилий, претендует только на 3% мирового рынка поисковиков (доля Google — 84%). Мысль, что Microsoft способен использовать свое доминирование в сфере операционных систем, чтобы переиграть других игроков на рынке программного обеспечения, кажется сегодня просто нелепой. Сегодня мир почти не заметил, как компания начала выпускать потрясающие антивирусные программные продукты для пользователей Windows. Microsoft никому не опасен.

Хромает Microsoft и в других сферах. У компании мало получается на рынке смартфонов и музыкальных плееров. И даже доминирующее положение Microsoft на рынке офисного ПО наконец ослабло — Google и другие предлагают бесплатные облачные приложения. Это заставило компанию форсировать разработку бесплатных веб-приложений, что только ускорит разрушение традиционного рынка офисного ПО.

Таким образом, король умер. Стоит ли беспокоиться о некомпетентном поведении претендентов на трон? Федеральная торговая комиссия (FTC) считает, что да. Чиновники внимательно присматриваются к Apple, упрочившей свое влияние на рынке цифровой музыки и мобильных устройств. Но совершенно ясно, что квазимонополия Apple похожа на ту, что была у Microsoft десять лет назад. С тех пор как вышел iPhone, Apple захватила господство на рынке высококачественных смартфонов и приложений для них. Но прошло всего несколько месяцев, и Android от Google распоряжается собственной коллекцией из 70 000 приложений. Кое-кто считает, что продукты Android способны за несколько следующих лет обогнать iPhone по продажам. И уже сейчас клиенты Android пользуются большим количеством мобильных приложений, чем владельцы iPhone.

Что же это значит? Рынки продуктов информационных технологий крайне перенасыщены. Но высокая концентрация не означает действительную рыночную власть, как это происходит, скажем, в металлообрабатывающей промышленности или воздушных перевозках, поскольку рынок IT меняется слишком быстро. И политика здоровой конкуренции, которая использует долю общего объема продаж в качестве стимула борьбы с монополизацией на любом рынке, связанном с технологиями, может на самом деле подорвать конкурентоспособность. Потому что без перспектив внушительных прибылей, связанных с временным доминированием на рынке, размер инвестиций в дорогостоящие и долгосрочные технологии будет только уменьшаться.

Антимонопольное регулирование имеет право на жизнь в первую очередь в сфере защиты прав потребителей. Но там, где рынок следует за инновациями, бремя доказательств лежит на тех, кто полагает, что доминирование продлится долго.

Новости партнеров