Триллер без развязки

Михаил Фишман Forbes Contributor
Признания помощницы судьи Данилкина Натальи Васильевой превращают дело Ходорковского в Уотергейт по-русски

Пресс-атташе Хамовнического суда Наталья Васильева в сенсационном интервью рассказала, как на судью Виктора Данилкина давили сверху в ходе второго дела Ходорковского — Лебедева. Со стороны это похоже на поворотную сцену из судебного триллера по Джону Гришэму: волнуясь перед камерой, молодая особа раскрывает детали преступного заговора. За кульминацией — развязка: репортеры вытаскивают одну ложь за другой, свидетели отказываются от показаний, организаторы преступления в панике. Близится хеппи-энд.

Шутки в сторону. Показания Васильевой — первое реальное свидетельство ангажированности суда в «деле ЮКОСа». Правозащитникам из президентского совета по гражданскому обществу теперь есть с чего начинать процессуальную экспертизу, на проведение которой санкция президента уже имеется. Из этих показаний — а это именно показания, а не интервью — следует, что политическая воля в этом деле либо формировалась в Мосгорсуде, либо, что более вероятно, транслировалась через него. Именно там, утверждает Васильева, приговор писали и именно оттуда его везли.

В свете этих показаний уже совсем по-другому смотрится недавнее обращение Совета судей в Конституционный суд с требованием не допустить общественной экспертизы «дела ЮКОСа». Раньше это обращение выглядело как элемент пропаганды: те, кто писал приговор, отстаивают его легитимность. Теперь кажется, что идет серьезная политическая борьба. Выясняется, что в преступлении могут быть замешаны конкретные представители судейского корпуса. У них есть имена и фамилии. Есть за что бороться — и им, и их покровителям.

Тут можно вспомнить, что Мосгорсуд уже десять лет возглавляет заслуженный юрист РФ Ольга Егорова и ее имя не сходило со страниц газет во время первого «дела ЮКОСа». Писали, в частности, что ее муж занимал высокую должность в ФСБ. Писали и про скандал с судьей Кудешкиной, которая обвинила Егорову в очень похожих вещах — в жестком давлении на нее по вызовам и допросам свидетелей в деле «Трех китов», в тайных переговорах с прокуратурой, — а потом была уволена из Мосгорсуда и признана несправедливо потерпевшей в Страсбурге.

Можно вспомнить про обвинения московских судей в злоупотреблениях с недвижимостью. Равно как и про то, что Егорова была переназначена председателем в 2008 году. Рассказывают, что только вступивший в должность Дмитрий Медведев промолчал, когда ее фамилия легла ему на стол в ходе неформальных консультаций. Впрочем, он и не обязан ничего говорить: высшая квалификационная коллегия и председатель Верховного суда рекомендуют — он назначает.

Показания Васильевой крайне аккуратны: она либо ссылается на «собеседника в близком окружении судьи Данилкина», либо говорит о своих личных ощущениях. И тем не менее они проясняют многое: в частности, мотивы передислокации второго процесса из Читы в Москву. Когда начинался процесс по второму делу, считалось, что это признак снижения давления сверху. Теперь выясняется, что все было ровно наоборот. С показаниями Васильевой московская судебная вертикаль становится более прозрачной. Ее можно увидеть и рассмотреть движение решений по вертикали вниз, похожее на перемещение пищи внутри желудка.

Вы замечали, как у российских чиновников растет пиетет к суду? Чем выше рангом чиновник, тем больше он уважает суд. И чем дальше, тем более серьезным проступком становится обсуждение решений суда, причем на любом этапе. До вынесения приговора это давление, после — неуважение к закону, на грани неповиновения властям. А чем сильнее общественные представления о зависимости, коррумпированности суда, тем меньше желания убеждать в справедливости его вердиктов. Они становятся верными априори. Просто потому, что так решил суд.

В основу лучших голливудских триллеров ложились реальные политические сюжеты, к примеру такие, как Уотергейт. Если отвлечься от контекста, «дело ЮКОСа» развивается схожим образом: появляются свидетели, вылезает наружу неправда, отзывают подписи те, кто раньше подписывал открытые письма. Дальше по сценарию лидер государства вынужден отвечать на вопросы, что это все значит и как такое могло случиться. Начинается расследование.

Но финала пока не будет. История с беспрецедентными показаниями Васильевой не закончится ничем — максимум уже прозвучавшими опровержениями на низовом уровне. Не будет допросов судей Мосгорсуда, не будет разъяснений от соправителей. Не будет даже ни одного сюжета в теленовостях на центральных каналах. Ничего не будет — как будто у государства отказала нервная система и оно просто не в состоянии ощутить болевой укол. Это означает только, что развязка будет другая и в другом жанре.

Новости партнеров