Как «Транснефти», «Газпрому» и другим монополистам удается не пустить к своим трубам чужаков

Владимир Милов Forbes Contributor
фото РИА Новости

Когда в начале 2000-х я работал в Федеральной энергетической комиссии, а позже в других госструктурах, львиную долю времени приходилось тратить на обсуждение различных проектов постановлений о «недискриминационном» доступе к инфраструктуре монополистов — трубопроводам, линиям электропередачи. И всегда тактика, которую избирали сами монополии для защиты своего права произвольно решать вопросы доступа, была проста как апельсин: заполнив постановление массой красивых общих слов о том, что «доступ предоставляется всем желающим на равной и недискриминационной основе», запихать туда массу бюрократических рогаток, делающих де-факто невозможным получение допуска к сети для независимого участника рынка.

Например, при обсуждении вопроса о доступе к трубам «Газпрома» эта монополия настаивала на обязательном наличии у претендента договора купли-продажи (поставки) газа. При этом в правила поставки газа, в свою очередь, пропихивалось требование об обязательном наличии в договоре поставки пункта о гарантиях имеющегося доступа к газотранспортной системе. Легально заключить оба договора, таким образом, мог лишь сам обладатель трубы, а также его близкие родственники и знакомые, «случайно оказавшиеся одновременно в обоих местах».

Как видно, система не меняется: сейчас выяснилось, что по новым правилам «недискриминационного» доступа к услугам «Транснефтепродукта», принятым правительством в марте, нужно подать заявку на прокачку нефтепродуктов по трубе на будущий год до 15 августа. Вроде ничего страшного: ну до 15-го и до 15-го.

Но приказ Минэнерго, утверждающий форму заявки, вступил в силу только 29 июля — за 2 недели до дедлайна. За это время, удивительное дело, подать заявки успели только 9 компаний: все, как на подбор, крупные ВИНКи (вертикально интегрированные нефтяные компании).

Средние и мелкие поставщики нефтепродуктов, как и следовало ожидать, «не успели», напомнив старый анекдот про водителя троллейбуса, ежедневно по утрам смотревшего на одну и ту же женщину, опаздывающую на работу и бегущую к троллейбусу: успеет или не успеет? Однажды он закрыл двери у нее перед носом и подумал: не успела.

В прошлом году у «Транснефтепродукта» было 187 клиентов (хотя компания утверждает, что реально прокачивали объемы 35-40 из них), в следующем году останется 9. Чем это чревато?

Система магистральных нефтепродуктопроводов удобна для поставок топлива крупными объемами непосредственно с заводов и чрезвычайно выгодна для оптовых трейдеров, поскольку серьезно экономит издержки транспортировки больших объемов по сравнению с железнодорожным транспортом. Например, можно пользоваться адресными тарифами на услуги по перекачке нефтепродуктов, для которых установлен потолок в виде 70% от величины тарифов железнодорожного транспорта по аналогичным маршрутам (такую систему ввели еще мы в ФЭКе в начале 2000-х).

Теперь оптовиков, не относящихся к крупным нефтяным ВИНКам, вытесняют в зону меньшей конкурентоспособности по издержкам. К чему это приведет?

Только к дальнейшему укреплению в российском нефтяном downstream-сегменте олигополии нескольких крупнейших ВИНК, о чем я писал раньше. Конечно, само по себе отнятие у оптовиков возможности пользоваться услугами «Транснефтепродукта» вряд ли повлечет прямые последствия в виде роста цен на бензин и т. п. Но это один из важных кирпичиков в стене, все крепче охраняющей олигопольный российский рынок нефти и нефтпродуктов от конкуренции. Одна из мер, облегчающих дальнейшую картелизацию рынка и выдавливание с него независимых участников.

Стратегически это очень плохо. По совокупности таких мер, безусловно, неоправданная монопольная маржа в ценах на нефтепродукты продолжит расти.

Вот вам и «недискриминационный» доступ. В идеале правила доступа должны быть такими, что бремя решения технических проблем должно лежать на монополии в качестве компенсации за ведение бизнеса без конкурентных рисков. В системе, где органы власти монополиям покровительствуют, те легко могут найти тысячу способов выставить для пользователей такую сложную систему доступа к своим услугам, что вроде он и недискриминационный, только добиться этого доступа фактически невозможно. Что мы и наблюдаем в случае с «Транснефтепродуктом».

Наша регуляторная система сегодня настроена на оборону монополий-любимчиков, а не на борьбу с ними. Поэтому 9 крупнейших компаний чудесным образом «успели» (причем 6 из 9 «успели» в последний день приема заявок). А затем двери перед независимыми участниками рынка с сожалением закрыли — как в старом анекдоте.

[processed]

Новости партнеров