Революция огнетушителей

Михаил Казиник Forbes Contributor
Политическую ситуацию в России изменили не либеральные силы, а жара и смог

Я припарковал машину, подошел к подъезду и увидел труп. Завернутый в белую простыню, он лежал прямо на асфальте. Два медбрата неловко переложили его на носилки и впихнули в кузов скорой. Потерли о бока потные ладони. Хлопнули дверями и уехали.

Когда семь лет назад, в 2003 году, сорокаградусная жара стояла в Европе, сообщения о ее жертвах были предельно точными: Франция — 14 802 погибших, Италия — 4175, Голландия — 1400.

Здесь и сейчас в России никто не считает умерших. Кажется, никто даже не может договориться о том, есть ли рост смертности из-за высокой температуры и горящих торфяников — или его нет. Онищенко назвал все сообщения о росте смертности порожденным интернетом алармизмом, начальник московского управления Роспотребнадзора Татьяна Попова сообщила, что рост смертности все же имеет место, но отказалась назвать данные, «чтобы не нагнетать напряженность». А глава Минздравсоцразвития Татьяна Голикова не поверила обоим и отправила запрос в департамент здравоохранения Москвы — видимо, для того, чтобы он навсегда исчез в кондиционируемых коридорах этого заведения. Мертвым не нужны цифры.

Самым важным здесь мне кажется эта омерзительная, как раздавленное насекомое, формулировка — «чтобы не нагнетать напряженность».

«Капитан, только что айсберг пропорол обшивку правого борта, и вода быстро заполняет помещения». — «Да-да, полностью перекройте доступ пассажирам третьего класса на палубу — чтобы не нагнетать напряженность».

«Профессор, кажется, у пациента злокачественное новообразование, и ему срочно нужна операция». — «Коллега, предлагаю не сообщать ему об этом — чтобы не нагнетать напряженность».

Наверное, чтобы по-настоящему не нагнетать напряженность, стоило бы подключить всех оздоровившихся и загоревших на берегах Селигера молодых людей к раздаче марлевых повязок на улицах. Когда-то они неплохо справились с раздачей георгиевских лент, и, надо полагать, полученные навыки гарантируют успех новой акции. Но этого не произошло.

Произошло другое. 3 августа руководитель воронежского исполкома «Единой России» Евгений Чевычалов, комментируя тушение пожаров в Воронежской области, сказал довольно невинную вещь: «Воронежское региональное отделение партии «Единая Россия» и «Молодая Гвардия» инициировали создание добровольческих отрядов. Молодогвардейцы совместно с молодежным парламентом объединились в единый молодежный патруль». Его обращение было размещено на популярном воронежском сайте vrn.vestipk.ru. В течение нескольких часов свои комментарии под заявлением Чевычалова оставили несколько сот воронежцев.

Ярость в этих комментариях зашкаливала. Наперебой, ругая в бога душу мать партию «Единая Россия», воронежцы рассказывали, что пожары тушили простые люди, вынужденные самостоятельно выйти против огня. А «Единая Россия» просто сняла сливки с чужого молока. Тут же всплыл и поддельный снимок, где мужественные воронежские единороссы тушат нарисованный в фотошопе пожар.

Еще пару дней заявление Чевычалова и комментарии к нему находились здесь, но затем ожидаемым образом страница исчезла, оставшись в кэше — надо полагать, ненадолго. Дискуссия — правда, несколько более мягкая — продолжилась здесь. Глупо пересказывать исчезнувшие комментарии, к тому же диапазон ненависти там был огромен: от спокойного женского «как же я вас ненавижу» до нехитрого «хочется взять и у*бать лопатой, которой окапывал лес, всех этих мразей».

Когда-нибудь, лет через 50, в рамках научной диссертации о политической жизни России в первом десятилетии XXI века кто-нибудь сделает таблицу, где будет в цифрах показана зависимость недовольства властью от роста температуры и концентрации угарного газа в воздухе.

Зависимость в этой таблице будет такова, что если предположить, что жара и дым не отступят в сентябре, а продлятся до самой зимы, то уже в середине ноября граждане начнут выволакивать ненавистных чиновников из правительственных кабинетов, чтобы подвергнуть их страшным казням — гораздо страшнее тех, что в 1942 белорусские партизаны придумывали для пойманных полицаев.

«Погода опять сделала невероятное», — сказала вчера по телевизору ведущая прогноза. И это чистая правда. Кто-то думал, что ситуация в стране может измениться, когда из заключения выйдет Ходорковский. Или когда несогласные проведут свой первый успешный марш. Или когда цены на нефть упадут ниже $50 за баррель. Но оказалось, что для перемен достаточно лишь 40 градусов в тени и сизого дыма, оседающего тонким канцерогенным слоем в легких, — того, чего люди никогда не прощают власти.

Говорят, что после 20 августа жара спадет, а основные пожары потушат еще до начала сентября. Дым рассеется, тихая революция огнетушителей закончится, и все вернется в обычное русло. Потому что в двадцатиградусной прохладе несостоявшиеся революционеры вспомнят про то, что хотели в этом году покупать машину, что зимой хотели съездить в Европу и что вот-вот наступит ожидаемое снижение ставок по потребительским кредитам.

Новости партнеров
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться