Эффект замочной скважины

Михаил Фишман Forbes Contributor
Публикация Wikileaks доказала: мир именно таков, каким кажется. Конспирология отдыхает

250 000 документов — это не шутка. Весь мир погрузился в чтение. Это больше похоже на ливневые пузыри на воде: то тут, то там журналисты, политики, блогеры отрывают голову от компьютера, причмокивают — и читают дальше. Еще бы: вскрыта подноготная мира. И грубая, некрасивая изнанка оказалась так несхожа с гладкой лицевой стороной. Мировая дипломатия пережила, как теперь принято говорить, свое 11 сентября.

Но я бы не стал сравнивать. Безусловно, устроенный авантюристом Ассанжем информационный теракт не останется без последствий. Публикация Wikileaks уже создала две очень серьезные проблемы. Первая глобальная: как мировым державам организовывать дипломатическую работу — в чисто техническом смысле, — если оказывается, что эту переписку всегда можно украсть из компьютера?

Вторая — политическая проблема Барака Обамы: если не партнеры за океаном, то политические противники не преминут указать ему на то, что он не контролирует собственный госдепартамент.

Но представления о мире не поменяются. Наоборот — и это главное, — массированная утечка их полностью подтверждает. Сторонники конспирологии, убедившиеся, что кругом заговор, напрасно с радостью потирают руки. Да, кому-то будет интересно узнать, что китайцы атаковали Google, потому что какой-то высокопоставленный китайский чиновник что-то про себя прочитал, и что Москва разменяла поставки комплексов С-300 в Иран на другие выгодные контракты. Да, арабские лидеры просили Вашингтон ударить по Ахмадинежаду (и еще, кстати, неизвестно, насколько искренне). Да, США всеми правдами и неправдами пытались заставить союзников принять узников с Гуантанамо.

Но разве что-то из этого противоречит известной картине мира? Разве что-то из этого трудно себе представить? Разве итальянцы не подозревали раньше, что их лидер на короткой ноге с Владимиром Путиным? Военный альянс Ирана и Северной Кореи трудно представить себе на практике, но не в теории. Даже слежка за высокопоставленными чиновниками ООН — и та, надо признать, в духе времени.

Ассанж не журналист, а диверсант. Общественный интерес им понят превратно. Его не волнуют вскрытые им новые факты и их значение. Рискну предположить — он даже не знает, что их вскрыл. Он не изучает и не осмысляет их, а просто вываливает грудой на стол вместе с остальными бумагами. Ассанж решает идеологическую задачу — продемонстрировать, что миром правят конъюнктурные и лживые циники, торгующие между собой в собственных целях этим самым общественным интересом. Посмотрите на них, говорит он, видите, какие они неприятные без этих фирменных пиджаков, всегда специально надетых, чтобы вас ввести в заблуждение.

Но это иллюзия, фокус, крупная и довольно неприятная провокация. Неслучайно мировые державы хором осуждают случившееся и ни одна не предъявляет претензий. Они, без сомнения, осознают утечку как общую мировую проблему. И они понимают, откуда возникает это чувство несоответствия между прибранной гостиной мировых отношений и их неприглядной кухней. Это эффект подсматривания в замочную скважину — за людьми, которые не знают, что за ними подсматривают.

Дипломаты собирают информацию. Такая у них работа. С ними кто-то что-то обсуждает, что-то им рассказывает. С глазу на глаз. Они слушают, записывают, шлют наверх депеши. Представьте себе, что вы вдвоем с приятелем обсуждаете другого своего знакомого, между делом или даже целенаправленно. А теперь представьте: ваш разговор был тайно записан, а потом знакомый прослушал пленку. Известная во всем мире техника компромата. Разумеется, вы рискуете — не потому что вы негодяй, а потому что то, что вы говорили, вы говорили не ему и в другом контексте. Потому и существует прописанная в законах и конституциях защита частной жизни.

Дипломаты не частные лица, они на службе у государства. Не допускать утечек — это задача правительств, одно из которых с ней на наших глазах не справилось. Но все равно вопрос в конечном итоге в том, насколько утечка Wikileaks соответствует общественным интересам. Кажется, доказано обратное: не факт, что все тайное любой ценой должно становиться явным.

Новости партнеров