«Россия — сложный случай» | Forbes.ru
сюжеты
$56.54
69.2
ММВБ2297.47
BRENT69.15
RTS1279.28
GOLD1327.92

«Россия — сложный случай»

читайте также
+49 просмотров за суткиРазговоры ни о чем. Деловые встречи в России удивляют европейцев +4 просмотров за суткиДеньги из космоса: Planet ежедневно фотографирует Землю с 200 спутников Бизнес нового поколения лидеров. Как ускорить рост стартапов в России «Большой брат» в таблетке: США впервые одобрили препарат с сенсором внутри Русские хакеры не делали этого. Касперский подтвердил подделку ЦРУ сертификатов его компании Разведка США признала лучшей российскую технологию распознавания лиц +4 просмотров за суткиСыграть с поколением Z: как России заработать на киберспорте На низком старте: как Россия готовится встретить iPhone X Google и Facebook раскрыли масштаб «вмешательства России» в выборы США +3 просмотров за суткиПожертвовать анонимностью: как выиграть в гонке за цифровые монеты Обмануть США: как российские госкомпании купили софт Microsoft вопреки санкциям +7 просмотров за суткиБарьеры, «пузыри» и анонимность. Путин решил судьбу криптовалют в России $100 000 за президента США. Могли ли русские выбрать Трампа вместо американцев Ближе к Луне и Марсу: что предложили на Международном конгрессе астронавтики Неуловимые хакеры: российских специалистов обвиняют в краже программ для кибершпионажа АНБ Преследование на блокчейне. Причины первого дела о мошенничестве при ICO Не-WEIRD Россия. Отечественный бизнес несет в себе черты национального характера Космические рубежи: зачем России окололунная станция +12 просмотров за суткиКитайское нашествие: Alibaba привела в Россию свой интернет-магазин Tmall Опасная связь: спецслужбы разных стран преследуют Telegram Павла Дурова +3 просмотров за суткиПортрет российского геймера. Как становятся «ветеранами» киберспорта

«Россия — сложный случай»

Forbes задал несколько вопросов о России Майклу Спенсу, нобелевскому лауреату по экономике 2001 года

Инвестиции в Россию перестали быть модной темой на деловых форумах. В Давосе, например, не было сессии, посвященной России. На прошедшей в те же дни в Лондоне инвестиционной конференции European Colloquia докладчики, говоря о BRIC, в основном рассуждали о Бразилии, Индии и Китае. В чем причина такого забвения? Корреспондент Forbes поговорил о России с Майклом Спенсом, лауреатом Нобелевской премии по экономике 2001 года, профессором Стэнфордского университета.

— Сейчас, когда говорят о странах BRIC, часто забывают о России. Что вы думаете о ее перспективах?

— В долгосрочной перспективе я сдержанно оптимистичен. Но России нужно пройти серьезную трансформацию. Она сталкивается с теми же проблемами, что и многие страны, богатые природными ресурсами: необходимо улучшать управление, поддерживать устойчивый долгосрочный рост, диверсифицировать экономику, —и все это в условиях, когда в тактическом плане все решают ресурсы. Но если оценить фундаментальные показатели, нет препятствий для роста России в долгосрочной перспективе.

Страны BRIC сильно различаются. В некоторой степени Россия похожа на Бразилию — обе страны неплохо обеспечены ресурсами и имеют отличные возможности для развития сельского хозяйства. Латиноамериканские страны могут дать России один урок — в подобной экономике важно вовлекать в рост всех людей. Надо понимать, что все должны быть в игре. Если половина населения богата, а половина бедна, в среднем все выходит хорошо, но это вовсе не значит, что экономика развивается правильно. Надо обращать внимание на коэффициент Джини (статистический показатель, свидетельствующий о степени расслоения общества по отношению к какому-либо признаку, например доходу. — Forbes).

— Как вы оцениваете меры, которые приняли развивающиеся страны в кризис?

Нужно не справляться с последствиями кризиса, а предотвращать его. И власти, и инвесторы должны уделять больше внимания контрциклической политике (помогает охладить рынок на пике и поддержать во время падения. — А. В.). Интересный пример —Калифорния, которая никак не боролась с цикличностью экономики: во время бума штат сорил деньгами, а в кризис все упало.

Я думаю, для страны с такими нефтегазовыми доходами, как у России, очень важно понять преимущества контрциклической политики. Это работает так: вы копите резервы, которые при резком падении цен на энергоресурсы дают возможность поддерживать занятость, распределять доходы и так далее.

— Не так ли все и произошло в развивающихся странах?

— Большая часть развивающихся стран неплохо пережили экономические пертурбации. Причина — кризис во второй половине 1990-х годов. После него эти страны стали более консервативными и начали  принимать контрцикличные меры в относительно успешное время. Они создали резервы, снизили уровень долга, сбалансировали бюджет. Многие из этих стран стимулировали внутренние инвестиции, сбережения, поддерживали положительный баланс счетов. И в кризис они вошли с резервами и профицитом бюджета, что помогло быстро принять меры по стимулированию экономики. Самый яркий пример этого — Китай.

— А увеличение роли государства в экономике, неизбежное во время кризиса, разве не риск?

— Это, безусловно, риск. Вообще государство в экономике присутствует всегда, оно должно строить инфраструктуру, заниматься образованием, финансировать фундаментальные исследования. Вы не можете делегировать эти вещи частному сектору. Сейчас риск, в частности, в том, что выходом из кризиса будут управлять чиновники, которые не успеют за рынком. Впрочем, пока в развивающихся странах кризис не привел к непропорциональному ответу (государства. — А. В.). 

Конечно, люди могут сказать: новая система хороша, потому что она работает. Но это опасный путь. Я не сомневаюсь, что развивающиеся страны в краткосрочной перспективе будет более осторожно относиться к глобальной финансовой системе, мировой экономике. Это разумно, но не означает того, они согласны иметь банковскую систему, целиком принадлежащую государству, отказаться от венчурного капитала, отвергнуть микрофинансирование, которое позволяет людям создавать собственные бизнесы.

— Как изменится инвестиционный климат в развивающихся странах, в том числе в России?

— Как считает (глава компании PIMCO) Билл Гросс, рискованные инвестиции, например в акции, должны идти в быстрорастущие страны. А рост сейчас наблюдается в развивающихся государствах.

— Например, в Китае?

— Во всех. Развитие идет за счет роста среднего класса, увеличения его доходов, создания потребительского сектора. В этих странах высок уровень сбережений, который через некоторое время явно будет снижаться. Ну конечно, надо обращать внимание на фондовые «пузыри».

— Вы верите в Россию?

— Россия — очень сложная страна. Но экономика, с моей точки зрения, — это не только комплекс измеримых вещей, активов, доходов и т. п., но и нематериальные активы — институты, возможности, знания. Важны оба аспекта, но нематериальный даже более значим,  я называю его «мягкой инфраструктурой».  Очень важно понимать, насколько глубока эта «мягкая инфраструктура». А в России она очень глубока. То есть, какими бы проблемы ни были, у вас есть возможность их решить. Так что я оптимистичен.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться