Старосветские поместья | Forbes.ru
$59.44
69.76
ММВБ2149.25
BRENT62.70
RTS1139.04
GOLD1280.53

Старосветские поместья

читайте также
+3 просмотров за суткиРука бога: как Канье Уэст помогает Adidas догонять Nike +167 просмотров за суткиНеобоснованная выгода: как избежать претензий налоговой +388 просмотров за суткиОпасное вращение: американские геологи предсказали рост числа землетрясений в 2018 году +850 просмотров за суткиВ Сибири с Медведевым: Сечин в третий раз пропустит суд над Улюкаевым +344 просмотров за суткиДорогой кормилец: зачем люксовые бренды открывают собственные рестораны и чем рискуют +282 просмотров за суткиРокфеллеры поехали: в Гонконге показывают коллекцию, выставленную на аукцион +1056 просмотров за суткиРаскулачивание «Газпрома». Почему его конкуренты хотят реформировать газовую отрасль +2798 просмотров за суткиКонец войны. Путин и Асад обсудили завершение операции в Сирии +811 просмотров за суткиБанки накопили рекордный объем свободных денег. Подешевеют ли кредиты? +877 просмотров за суткиБитва машин: 15 работодателей, которые борются за специалистов в сфере искусственного интеллекта +8856 просмотров за суткиОбманутые ожидания: как росла нагрузка на бизнес вопреки мораторию Владимира Путина +231 просмотров за суткиНеделя потребления: Genesis G90 и новости московских магазинов +397 просмотров за суткиКупи себе Пантеон: особняки-копии архитектурных шедевров +3313 просмотров за суткиВечная «классика». Следует ли ограничить оборот старых «Жигулей» +18451 просмотров за суткиЖил бы в Сочи. Сколько стоит квартира в олимпийской столице +544 просмотров за суткиГлава Минздрава Вероника Скворцова: «Я никогда не мечтала быть министром» +28537 просмотров за суткиВ ожидании санкций. Как американцы могут обрушить рубль +4996 просмотров за суткиЧеловек будущего. Новые технологии изменят наше тело и сознание к 2030 году +12278 просмотров за суткиПакистанский эмигрант Шахид Хан рассказал, как стать миллиардером, начав с мойки посуды +64 просмотров за суткиСаудиты меняют ландшафт мировой экономики +7556 просмотров за суткиМВД назвало имя подозреваемого в убийстве Пола Хлебникова
03.12.2005 00:00

Старосветские поместья

Оливер Бат Forbes Contributor
Оливер Бат посетил три самых величественных ирландских замка: Луггалу, Глайн и Сент-Клеран

Пабы сейчас ломает по-черному, доверительно сообщил нам носильщик отеля «Меррион». «Пабы» он произносил на ирландский манер — «пубы».Сообщение служило прелюдией к насмешливому рассказу о том, как запрет на курение в пабах катастрофически повлиял на их экономическое положение. Мы с моей подругой Мэгги О’Мойн продолжали ждать арендованную машину. Это была Ирландия,и машина опаздывала уже часа на два.Но — это же Ирландия! — никто из нас не усматривал в этом опоздании ничего, кроме загадочного местного обычая.Случись что-нибудь подобное дома, мы бы уже яростно готовились к судебному разбирательству. А здесь, в щедро увешанном дорогой живописью уютном холле «Мерриона» мы, несмотря на плохо совместимый с жизнью уровень кофеина в крови, были исполнены совершеннейшего миролюбия.

«Ну что, полюбил Ирландию?» — в пятнадцатый раз риторически вопрошала Мэгги.С ней самой это произошло четверть века назад, когда она переехала сюда после скандальной истории с бразильским посланником,приключившейся у нее в Нью-Йорке. Ирландия — это Ирландия. Не задавая лишних вопросов, страна далеких предков приняла Мэгги; и последовали два года несравненного благоденствия и дружбы со всеми и каждым — поэтами,художниками,музыкантами,волынщиками и политиками.Ее книга об этом времени — «Путешествуя по Ирландии» — считается классической.

Пробил час — благодарение Всевышнему! — машина приехала, и мы смогли начать сентиментальное путешествие к памятным местам юных лет моей спутницы: к Луггале, замку Глайн и Сент-Клерану. Первая служила жилищем последнему ирландскому денди, второй — 29-му и последнему Рыцарю Глайна,в третьем же одно время жил режиссер Джон Хьюстон. Все три достославных поместья открыты для публики по ценам в диапазоне от впечатляющих до сносных.

Мы уже сильно опаздывали, но не могли не остановиться у Башни Мартелло в Сэндикоуве, где слагались первые строки «Улисса»: «Сановитый, жирный Бык Маллиган возник из лестничного проема...» Теперь здесь музей Джеймса Джойса. Бравые розовощекие пловцы ныряли во вздымающиеся зеленой пеной холодные волны бухточки «Сорок футов». Как только мы покинули башню, наши джойсианские размышления были прерваны проливным дождем (десятым или одиннадцатым за этот прекрасный майский день). Насквозь мокрые,мы добрались до близлежащего городка Далки, где стали усердно согреваться «Гиннессом» и печеными местными крабами (воспетый Джойсом выпивоха Финнеган, без сомнения, одобрил бы это меню).

По пути в Раундвуд (что в графстве Уиклоу) Мэгги рассказывала захватывающую, хотя и немного запутанную историю одного своего ирландского приятеля — некоего Родерика. «Боже мой! — проникновенно воскликнула она,когда мы ближе к вечеру въехали в Раундвуд.— Вот он! На том самом месте, где мы расстались два года назад».

Родерик курил, стоя (не слишком устойчиво) на тротуаре перед баром: недавний запрет на курение выгнал на улицы полстраны. Он ухмыльнулся при виде Мэгги, нимало, впрочем, не удивившись ее неожиданному появлению. В государстве, где все автомобильные магистрали прокладываются городскими архитекторами так,чтобы обойти жилище какой-нибудь местной волшебницы,такие мистические встречи в порядке вещей.

Родерик находился примерно на уровне четвертой чашки ирландского кофе, каждая из которых, разумеется, сопровождалась доброй пинтой пива. В большинстве других стран на этой стадия опьянения посетители баров обыкновенно лезут драться или выкрикивают грязные ругательства в адрес широкоэкранного телевизора. «Я там сижу с одним очень сомнительным типом,из местных,— проинформировал нас Родерик. — Предупреждаю: он законченный алкоголик».

Мы вошли внутрь, где были тепло встречены пошатывающимся человеком, о котором шла речь. Он оказался выдающимся музыкантом (среди прочего записывавшимся с Ван Моррисоном и с группой Chieftains), а также братом самой знаменитой ирландской певицы. «Знаете, сколько у нее денег? — прошептал Родерик,когда его приятель зигзагами направился в уборную.— Сто десять миллионов евро.Интересно бы узнать, сколько это будет в пенсах».

«Ну что, полюбил Ирландию?» —спросила Мэгги в машине по пути в Луггалу,куда мы уже сильно опаздывали.Дорога довольно круто устремлялась вверх.

Слева открывался захватывающий вид, показавшийся знакомым, хотя я совершенно точно никогда не бывал в этой части Ирландии. Причина этого deja vu обнаружилась на следующий день, когда мы проехали мимо дорожной таблички,сообщающей,что Мел Гибсон снимал здесь некоторые эпизоды «Храброго сердца».

Мэгги вела машину и рассказывала,что нам предстоит остановиться у ее старого друга Достопочтенного Гарича а Брюна. Гарич — сын Уны Оранмор-и-Браун, одной из трех прославившихся невероятной красотой сестер Гиннесс.Его брат Тара Браун погиб в 1966-м (ему был 21 год), когда его Lotus Elan врезался на страшной скорости в припаркованный на одной из лондонских улиц фургон. Джон Леннон, приятель Тары, запечатлел это событие в песне A Day in the Life («I heard the news today, oh boy...»).

Гарич создал компанию Claddagh Records, начавшую ирландское музыкальное возрождение и многое спасшую от забвения. Он живет в Луггале уже много лет и женат на индийской принцессе; решительно всё вокруг него исполнено экзотики. Однажды Мэгги случайно увидела клочок бумаги с телефонными номерами, которые Гарич набирал чаще других.Среди них были сотовый телефон Боно из U2, дюжины индийских принцев и принцесс,парижского ресторана Chez L’Ami Louis и Тадж-Махала.

«Ты таких людей никогда в жизни не видел!» — обещала Мэгги. Мы въехали в ворота и стали спускаться в длинную туманную долину с вытекающим из речки озерцом. Дорога выровнялась, когда мы проезжали мшистое болото. Вот оно — искривление времени! Наконец я заметил на берегу озера нечто вроде небольшого греческого святилища.

«Здесь похоронен его брат.Смотри-ка, олень».

Мы были в открытом поле, засаженном экземплярами огромных 400-летних деревьев. И действительно, олень.

Впереди виднелся дом: этакий белый египетский пряник с готическими зубцами. Луггала. Построенный в 1780-х как охотничий домик,дважды вручавшийся отцами дочерям в качестве свадебного подарка, он запечатлен в картине 2004 года «Король Артур».И все вокруг здесь кажется кинодекорацией.

Гарич вышел встретить нас, мигая слипшимися после дневного сна глазами. Теперь иллюзия,что мы находимся в каком-нибудь сказочном Средиземье, стала полной. Хозяин Луггалы в высшей степени миниатюрен, но заполняет собой все пространство, едва переступив порог.Я так и не смог решить,кто перед нами — человек, эльф, хоббит... чародей? Трость, лысина, длинная белая борода, волосы, стянутые во всклокоченный хвостик, безукоризненный костюм-тройка нежных тонов.Не удивился бы,если б он достал из кармана кремниевый пистолет или корень мандрагоры.Его умные печальные глаза так и светились гостеприимством.Позже он признался мне:«Вообще-то я очень застенчив».Гарич смотрит на вас с лукавой полуулыбкой,как буд-то приглашая высказать все тайные мысли. По моему опыту, аристократы довольно холодны в общении. Этот же полыхал, как торфяной пожар. Его друг и смотритель Луггалы, элегантный человек и компетентный историк архитектуры граф Рэндел Макдоннелл Гленский разлил шампанское.Гарич плюхнулся на импозантный диван и удерживал эту позицию до ужина.

Граф Рэндел меж тем провел для нас экскурсию по дому, последние пять лет претерпевающему непрерывную реконструкцию. Нам были представлены: 270-летние часы, когда-то показывавшие время в Ирландском парламенте и по сей день каждую четверть часа играющие «Боже, храни Королеву»; горизонтальные клавикорды («Большая редкость!»); шапочка времен Французской революции,хранящаяся в прозрачном футляре в ванной комнате («Вы ведь не часто такое видите, не правда ли?»); кресло, ныне выставленное на лестничную площадку, а некогда принадлежавшее Напо-

леону;множество картин — в том числе Джека Йитса,Фрэнсиса Бэкона и Люсиана Фрейда (последний приходился Гаричу кем-то вроде крестного отца); новую библиотеку,насчитывающую 28 000 томов.

За обедом,после исполнения часами «Боже, храни Королеву», Гарич прочел вслух воспоминания одного из членов кружка Блумсбери о званом вечере, имевшем место в этой самой комнате в 1930-х годах. Вернувшись домой, я нашел и другой анекдот о луггальских обедах — в книге о режиссере Джоне Хьюстоне.Он относился уже к 1950-м и описывал подвыпившего ирландского драматурга Брендана Биэна, неустанно прерывавшего дружескую беседу выкриками призывов из повстанческой песни. Когда подали десерт, он, слегка пошатываясь,встал и провозгласил тост за здоровье хозяйки. «Да, хранит ее Господь!» — прорычал Биэн и рухнул на праздничный стол, который не замедлил развалиться под весом любимца муз, наполнив залу звоном бьющегося стекла и звяканьем древнего столового серебра. «Боже мой!» — только и сказала хозяйка (так, как будто речь шла о том, что рассыпалась ложечка соли).Затем поднялась над окружающими ее руинами и предположила, что «пора вернуться в гостиную».Два дюжих джентльмена подняли выдающегося драматурга и перенесли в соседнюю комнату, где осторожно водрузили на старинный диван.

Сидя с Гаричем после обеда на этом самом старинном диване, я поинтересовался происхождением двух бронзовых рук перед каминным экраном. «Я так и думал, что вы обратите на них внимание, — откликнулся хозяин. — Это посмертный слепок с рук великого волынщика по имени Шеймус Эннис.Он мог не спать всю ночь, а когда вы наконец засыпали, будил вас в пять часов утра, чтобы сообщить, что в историю, рассказанную им за час до этого,вкралась одна не совсем точная деталь, и начать рассказывать ее заново».

Следующим утром я прогулялся до греческого святилища, дабы заплатить Таре дань своего почтения.Съев полный ирландский завтрак, состоящий из яиц, бекона и сосисок, мы стали готовиться к отъезду.

«Вы должны оставить запись в книге», — заявил Гарич. Гостевая книга Луггалы была начата в 1964 году — в том самом, когда мать передала это имение Гаричу.С немыслимым количеством рисунков и фотографий она весит примерно как Гутенбергова Библия. Гарич провел для меня ознакомительную экскурсию по книге, для чего потребовалось почти два часа. Я-то никуда не торопился, но Мэгги, оставившая здесь в разные годы немало записей, опасалась опоздать в Глайн и пришла в ярость.

На одной из первых страниц книги находилась фотография поразительной женщины по имени Тесса Уэлборн (это она разработала дизайн бикини для Урсулы Андресс в «Докторе Но»). Актер Джон Харт. Другой актер — Ронни Фрайзер, хвативший однажды лишнего на скачках и упавший головой вперед на беговой круг.Близкий сосед — режиссер Джон Бурмен («Избавление»,«Надежда и слава»).Мик Джаггер.Актриса Шарлотта Рэмплинг (один из участников группы Chieftains в свое время совершенно потерял из-за нее голову).Брат Гарича Тара Браун — пожелтевшая газетная вырезка о его смерти, с предположением,что в последнюю секунду он свернул в сторону, чтобы спасти пассажира. Тара был очень красив.Ронни Вуд из Rolling Stones.Поэт Роберт Грейвз,отпраздновавший здесь свое восьмидесятилетие.Другой поэт — Джон Берримен.Мэриен Фэйтфул.Весьма свирепо смотрящая в объектив (этакая помесь садомазохистской госпожи и вампирши) представительница одной знаменитой немецкой фамилии — давняя страсть Гарича («Ну,она была просто сумасшедшая,просто сумасшедшая!»). Брендан Биэн.Жена Гарича Пурна — очень красивая в своем индийском королевском наряде. Ирландский поэт (забыл его имя),чья политическая карьера кончилась после радиопередач, которые он вел из Берлина во время войны. «В свою защиту он говорил, что художник всегда должен быть на стороне неправых», — улыбнулся Гарич, переворачивая страницу.Кого только не видело это место! Мы попрощались и, проехав мимо озерца, святилища и высоченных лесопосадок, направились в Глайн.

«Жутко опаздываем, — забеспокоилась было Мэгги.— С другой стороны, никто не обратит внимания: это же Ирландия».

Замок Глайн, оседлавший реку Шаннон в 32 милях западнее Лимерика,был построен в 1785 году в качестве резиденции Рыцаря Глайна (этому титулу уже более 700 лет). Нынешний Рыцарь Глайна — Дезмонд Фицджеральд — двадцать девятый и последний (поскольку они с женой так и не произвели на свет сына,ограничившись тремя очаровательными дочерьми).

Если история вашего рода насчитывает 700 лет, то в ней обязательно должны найтись любопытные эпизоды. Например, такой:

...В 1567 году Томас Фицджеральд,в то время наследник поместья, был повешен, выпотрошен и четвертован в Лимерике английскими войсками. Согласно легенде, его мать собрала куски сыновней головы,выпила его кровь и в окружении рыдающей толпы отправилась пешком в аббатство Лислотин, дабы предать обезображенные останки земле.

Или такой, относящийся к 1600 году, когда войска Елизаветы I осадили старый замок:

...Сэр Георг Лорд Председатель ирландской провинции Манстер поймал шестилетнего сына Рыцаря Глайна и, привязав ребенка к жерлу пушки, грозил разорвать его на кусочки, если Рыцарь не капитулирует. Ответ был по-ирландски немного грубоват:«Рыцарь — зрелый мужчина,его жена здорова, и им не составит труда родить нового сына».

По этим эпизодам можно заключить, что диапазон родительских чувств у владельцев Глайна был достаточно широк.У Фицджеральдов сильные гены. Фицджон, дедушка Дезмонда, разбитый параличом, жил в замке в самый разгар вооруженной борьбы против английского владычества. И когда в 1923 году шинфейнеры хотели сжечь Глайн, старик произнес:«Вам,ребятки, придется заодно сжечь и меня».Ребятки немедленно отступили в ближайший паб и никогда более не возвращались.

Дезмонд,выпускник Гарварда,специалист по истории искусств, десять лет прослуживший помощником главного хранителя мебели в лондонском Музее Виктории и Альберта, тщательной реставрацией поднял известность Глайна на недосягаемую высоту. Чтобы иметь средства на непрерывные усовершенствования, он вместе со своей очаровательной женой Олдой решил принимать постояльцев, для которых выделил 15 спален.Это все равно что переночевать в музее — каждая мелочь здесь безукоризненна.

Этим вечером, после обеда, Дезмонд начал рассуждать. «Многие американцы уверяют, что любят Ирландию. А весь их опыт меж тем сводится к отелю «Эшфорд Кастл» или «Дромоленд Кастл» и нескольким раундам гольфа». Посещение Глайна окунает вас, как чайный пакетик, в Ирландию. Деловитый новозеландец Боб Дафф, управляющий в Глайне, рассказывал нам об одном господине из Чикаго, арендовавшем весь замок на пять дней, но требовавшем обязательно устроить средневековый пир и рыцарский турнир. «Я сказал ему, что мы находимся в доме XVIII века, совершенно не приспособленном для молочных поросят и поединков».

С Дезмондом кончается 700-летняя история. Спешите побывать здесь, пока возможно.

На следующее утро под проливным дождем мы покинули Глайн и отправились в Сент-Клеран — третий и последний пункт нашей поездки, начинавшей приобретать черты сюжетной завершенности.Дело в том,что режиссер Джон Хьюстон впервые приехал в Ирландию в 1951 году по приглашению матери Гарича, Уны. Однажды во время конной охоты он увидел вдали,за полями,силуэт замка,был очарован и по-американски, не раздумывая, взял и тут же купил Сент-Клеран. Здесь он жил со своей четвертой женой Рикки, их сыном Энтони и дочерью Анжеликой. Траты на содержание поместья оказались слишком велики, и через 18 лет Хьюстон вынужден был продать замок, но он признавался, что провел здесь самые счастливые годы своей жизни.Ег о величайшей страстью была охота на лис, и он стал видной фигурой в знаменитом охотничьем клубе The Galway Blazers.

В первый же вечер, когда мы с Мэгги с аппетитом уплетали темпуру из тигровых креветок и жареного морского черта, я спросил у юного официанта Барри, какие фильмы Хьюстона ему известны.

«Теряюсь в догадках», — последовал ответ.«Ну как же? «Сокровища Сьерра Мадре»,«Мальтийский сокол», «Африканская королева», «Человек, который хотел быть королем», «Покойник».Ба рри начал кивать: «Неужели? А у нас тут он известен только своими лошадьми.Ник то и не подозревал за ним ничего другого».

Здесь побывало немало известных людей.О дним из них был Жан Поль Сартр, как ни странно, согласившийся поработать над сценарием фильма о Зигмунде Фрейде.Хью стон пригласил его сюда, и Сартр приехал на такси из Дублина. Хьюстон верхом встречал его у ворот.Д альнейшие события, описываемые Питером Виртелем в его воспоминаниях «Опасные друзья», вполне заслуживают помещения рядом с историей Брендана Биэна, рухнувшего на стол в Луггале.

«Это был довольно странный способ приветствовать основоположника экзистенциализма,человека,не одобрявшего личную собственность, особенно когда речь шла о высших классах.Хьюстон, в сапогах и шпорах, встречал невысокого скромного интеллектуала...Сартр не был впечатлен.Чтобы выказать свое отвращение к роскоши, Сартр вошел в дом и не сказал ни единого слова ни об архитектуре, ни о настенной живописи, ни о расточительном комфорте резиденции Хьюстона».

Здесь 12 спален,и все превосходно отделаны.«Люкс Гриффина», называемый так в честь нынешнего владельца Сент-Клерана Мерва Гриффина, служил в свое время Хьюстону спальней.Когда вы входите,то видите по обеим сторонам застекленные ниши в стене.Зд есь он держал свои оскаровские статуэтки.Окно этой старой спальни Хьюстона смотрит на поле, на котором в любое время дня резвятся полдюжины коней (особенно хороша была призрачно-белая кобыла).

В последний вечер нашего путешествия мы с Мэгги прогулялись после ужина к фонтану.В доме стояла тишина, хотя на следующий день здесь все должно было прийти в движение: ждали приезда на неделю (вернее, прилета на вертолете из аэропорта Шэннон) Гриффина с его верным любимцем — шарпеем Чарли Чаном.Но вая домоправительница Сент-Клерана Роуз Нарва, в высшей степени компетентная, срочно приводила в порядок тысячу дел.

Я покуривал сигару, потягивал бренди, любовался освещенным звездами домом и размышлял обо всем том,чему были свидетелями Луггала, замок Глайн и это поместье за минувшие с конца XVIII века годы.

Приближающийся к нам страшный грохот заставил насобернуться. Это были лошади.К огда они пронеслись мимо нас, в темноте полыхнула белая грива.

«Ну что,полюбил Ирландию?» — спросила Мэгги.И ответ был утвердительный.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться