Границы толерантности

Елена Евграфова Forbes Contributor
Должны ли представители секс-меньшинств так же открыто сообщать коллегам о своей идентичности, как Майкл Уоллент из Microsoft, ставший женщиной

Должны ли быть границы у толерантности? Этот вопрос снова стал волновать меня, после того как я узнала историю топ-менеджера компании Microsoft Майкла Уоллента, который в один прекрасный день изменил свой пол и превратился в Меган. Путь к новой сущности Майкл (тогда еще Майкл) начал с того, что рассказал о своем намерении Биллу Гейтсу и убедился, что тот возражать не станет. Затем, чтобы избежать ненужных толков, он разослал коллегам письмо, в котором поведал о своих планах и предложил открыто задать ему любые вопросы. Коллеги пришли и вопросы задали. Например, спросили, кого он предпочитает в качестве партнера — мужчину или женщину. «Женщину», — ответил Майкл. Намеревается ли сохранить брак? — «Да». Как собирается удалять излишнюю поросль на руках? — «При помощи ультразвука». В какой туалет будет ходить после операции? — «В женский».

Надо заметить, что к 38 годам, когда Майкл принял окончательное решение изменить пол, он был уже второй раз женат, имел детей, младший из которых только что родился, то есть со стороны выглядел прекрасно социализированным человеком, делающим успешную карьеру и не имеющим очевидных проблем в личной жизни. Видимо, поэтому его решение изменить пол выглядело как прихоть и наводило на размышления: не слишком ли это легкомысленный человек, чтобы занимать высокий пост в глобальной компании? Кроме того, решение казалось чудовищно нечестным по отношению к семье. Жена ничего не знала о проблемах Майкла, когда выходила за него замуж и рожала детей. Впрочем, жена поддержала его в решении изменить пол — ее поступок понять еще труднее, но это их личное дело.

Чтобы разобраться с собственным отношением к проблеме, я для начала постаралась понять, что такое транссексуальность и что же так мучило Майкла. Транссексуальность — это несоответствие между биологическим полом человека и тем полом, принадлежность к которому он ощущает. Транссексуальность вызывает у индивида тяжелый психический дискомфорт (гендерная дисфория) и нередко приводит к самоубийствам. Среди врачей нет единства в том, какие причины вызывают расстройство — психологические или физиологические. В любом случае диагноз врачи хоть неохотно, но ставят, признавая гендерную дисфорию достаточно сильным страданием, чтобы делать выбор в пользу операции.

Возвращаясь от медицинских материй к общественным, важно найти ответ на вопрос: должны ли общество или компания ограничивать транссексуала в праве занимать высокие должности? В компании Microsoft решили, что не должны. Майкл/Меган Уоллент — первый топ-менеджер такого уровня, открыто объявивший о своей транссексуальности. Не менее важен вопрос, как правильно вести себя топ-менеджеру, если он принадлежит к меньшинству, которое обычно вызывает улюлюканье толпы. Чем больше я думаю об этой истории, тем больше прихожу к выводу, что у Майкла (теперь уже Меган) не было выбора. Очевидно, ему не очень-то хотелось выставлять себя клоуном, отвечая на неделикатные вопросы коллег, но если бы он попытался скрыть эту историю, вышло бы только хуже.

Один из самых выдающихся руководителей нашего времени, бывший генеральный директор BP Джон Браун был вынужден уйти в отставку, когда подробности его личной жизни стали достоянием широкой общественности. В автобиографической книге «Больше чем бизнес», которая выходит на русском языке весной, он подробно рассказывает, почему никогда не афишировал своей гомосексуальности. Отчасти потому, что в то время, когда он, еще будучи подростком, понял про себя, что он гей, гомосексуализм в Великобритании был уголовно наказуемым преступлением. По сути из-за гомосексуальности у Джона Брауна никогда не было полноценной личной жизни. Даже мать, которая всегда была ему близким другом, не была посвящена в тайну, а единственная долгосрочная связь в жизни Брауна случилась уже после ее смерти.

Правда выплыла наружу, когда бывший партнер Брауна Джефф Шевалье, оставшись без средств к существованию, решил продать историю их отношений таблоиду. Узнав об этом, Браун попытался предотвратить публикацию, подал в суд и дал там ложные показания — утверждал, что познакомился с Шевалье на прогулке, а не на сайте агентства мужчин по вызову, как было на самом деле. Как он рассказывает в своей книге, это была их общая легенда для друзей, когда они жили вместе. Поняв, что публикации не избежать, лорд Браун подал в отставку, но это не очень помогло — все равно его имя и имя компании возмущенная общественность еще долго полоскала на каждом углу.

В обеих историях много деталей, которые вызовут исступленный гнев у ханжей всех мастей. Ясно одно — человек, который вовлечен в большой бизнес и при этом по каким-то признакам отличается от большинства, до сих пор является объектом, в который большинство с удовольствием вцепится, дай только повод. Так что пока толерантности не может быть слишком много ни в какой стране и тем более не может быть ее много в России.

Автор — главный редактор «Harvard Business Review — Россия» и книжного издательства United Press/«Альпина Бизнес Букс»

Новости партнеров