Право руля: как из помощника бухгалтера стать директором европейского автогиганта Citroën

Ольга Бахлина Forbes Contributor
Фото Rene Fluger / Zuma / TASS
Начав в 1977 году карьеру в Rover, Линда Джексон к 2014 году прошла путь до третьей женщины-CEO в автомобильной индустрии. Forbes Woman рассказывает, как глава Citroën достигла таких высот в традиционно «мужском» секторе

В мировом автопроме руководящие посты сегодня занимают только три женщины: в Америке Мэри Барра управляет концерном General Mоtors, в Германии Аннетт Винклер возглавляет Smart Automobile, а во Франции англичанка Линда Джексон руководит Citroën.

После покупки Opel у General Motors (об этой сделке группа PSA Peugeot Citroën официально объявила в начале марта 2017 года, теперь группа включает в себя четыре бренда — Peugeot, Citroën, DS и Opel ) PSA окажется вторым автопроизводителем в Европе после Volkswagen: Bloomberg в марте 2017 года оценивал их доли рынка в 16,9% и 23%, соответственно. Но в 2014 году, когда Линде Джексон поступило приглашение занять пост генерального директора Citroën, ситуация развивалась иначе: компания изо всех сил пыталась остановить убытки, общая сумма которых за 2012-2013 годы составила €7,3 млрд. PSA даже пришлось спасать на государственном уровне: она провела допэмиссию на €3 млрд, в результате которой правительство Франции и китайский автоконцерн Dongfeng (с которым у PSA есть совместное предприятие в Китае) купили по 14% ее акций, а сама семья Пежо потеряла контроль над компанией.

Антикризис

О кризисе Джексон была хорошо осведомлена, поскольку до этого занимала должность финансового директора в компании девять лет. Она понимала ситуацию, у нее было видение, как можно действовать.

Глава концерна Карлос Таварес уже на собеседовании в 2014 году озвучил главную цель предстоящей работы Джексон как гендиректора – вновь сделать марку прибыльной. Как именно? Прежде всего за счет оптимизации. Антикризисная стратегия Джексон строилась на трех китах: сокращение расходов, оптимизация модельного рядя и, наконец, усиление партнерства с китайской Dongfeng Motors.

Джексон не захотела сводить все бизнес-процессы к экономии и решила, что Citroën может позволить себе расти и развиваться — пусть не за счет увеличения объема выпуска и продаж автомобилей, но в области технических инноваций. «Мы хотим, чтобы наши автомобили обладали полезными технологиями, такими как простые в использовании сенсорные экраны и новые технологичные подушки безопасности, как в автомобиле C4 Cactus», — рассказывала Джексон Daily Mail. Мало кто об этом помнит, но в прошлом веке Citroën считался самым креативным автомобилем в Европе. И судя по последним событиям, у компании есть все шансы вернуть себе это звание: в 2015 Citroen C4 был назван автомобилем года в Великобритании по версии независимого обозревателя carbuyer.co.uk, а в этом году последняя модель кроссовера C5 Aircross, представленная на Шанхайском автосалоне, вызвала весьма лестные отзывы – например, обозреватель CAR Magazine написал, что Citroën «возвращает свой шарм».

Итоги и достижения

По итогам трехлетней работы Джексон значительно изменила продажи на внешнем рынке. Она уменьшила экспансию бренда в Китае, сократив выпуск нерентабельных моделей, и скомпенсировала снижение продаж в Китае (согласно отчетности компании, на 17,2% в годовом выражении в 2016 году) за счет увеличения присутствия бренда в Индии: в первом квартале 2017 года продажи компании в Индийско-Тихоокеанском регионе увеличились в полтора раза в годовом выражении, и это после роста на 7,5% за 2016 год (все показатели — в единицах продукции). Также, пусть и на умеренные 4,3% и 6,3%, в 2016 году выросли продажи бренда в Европе и Латинской Америке, хотя по итогам 2016 года совокупный показатель продаж снизился на 1,7%.

В родной для Джексон Великобритании Citroën подняла цены после того, как произошло падение фунта на новостях о результатах референдума о выходе страны из Евросоюза. В среднем цены на Citroën и DS в стране выросли на 2%, сообщал представитель компании, подчеркивая, правда, что решение было принято еще до колебаний обменного курса.

За последний год акции PSA, куда входит Citroën выросли, а рыночная капитализация компании, по данным Bloomberg, превысила к €17 млрд (на 16 мая 2017 года).

Тридцать лет работы в Rover

В автомобильный бизнес Джексон попала в 18 лет, устроившись помощником бухгалтера на завод автопроизводителя Rover в Великобритании в 1977 году. Тогда многие недоумевали: куда она пошла работать, не разбираясь ни в силе двигателя, ни в приводе? «Автопрому нужны не только механики!», — возражала Джексон в интервью Financial Times.

В автомобильной индустрии ей нравилось все: масштаб, дизайн автомобилей, то, что этот бизнес связан с конечным продуктом. Кроме того, автопром обеспечивал для сотрудников условия для карьерного роста: семинары, тренинги, образовательные курсы. Однажды ей предложили получить MBA за счет компании, и это стало отправной точкой в ее карьере. «Это открыло мне целый мир», — вспоминала Джексон. В процессе учебы ей, вместе с другими студентами, приходилось разбираться в областях, далеких от автомобильной отрасли: она проводила сделки для инженерной компании, занималась оптимизацией менеджмента на ферме. После этого с комплексом относительно освоения азов механики было покончено. Она «поняла, что все работает почти по одному и тому же принципу», и ее карьерный рост стремительно ускорился.

Важной вехой профессиональной жизни Линды Джексон стало предложение возглавить французский офис Rover. Переезд из Англии во Францию она восприняла хорошо. Пожалуй, самым сложным тогда для нее погружение в среду французского языка. Однако с лингвистической задачей она справилась — и сейчас легко дает интервью на французском языке. Впрочем, газете Sunday Times Джексон признавалась, что обсуждать бизнес-вопросы она по-прежнему предпочитает на родном языке: «Английский более прямой».

В 2005 Джексон получила приглашение занять пост финансового директора в британском представительстве компании Citroën. Поскольку с Rover ее связывали почти тридцать лет работы, решение далось ей нелегко. «Я обо всем рассказала своему боссу, и он сказал: на твоем месте, я бы принял предложение», — рассказывала она Financial Times. По удивительному стечению обстоятельств спустя четыре месяца после ее ухода компания Rover была упразднена, а торговая марка перешла другому автогиганту — Ford.

«Жизнь в разъездах»

Газете Financial Times Джексон рассказала, что на собеседовании на должность гендиректора Citroën глава PSA Карлос Таварес и HR-директор компании задавали ей вполне стандартные вопросы. Единственное, что ей показалось странным, — вопрос: «Любите ли вы путешествовать»? Хотя корректнее с их стороны было бы спросить: нравиться ли ей жить в разъездах. Поскольку реструктуризация компании основывалась на изменении продаж на внешних рынках, должность предполагала постоянные командировки по всему миру.

«Знаете, я стараюсь соблюдать фитнес-режим. У меня есть приложение, которое следит за тем, чтобы я каждый день сделала определенное количество шагов, — говорила Джексон. Хорошо, что аэропорт Шарль де Голль большой, поскольку шаги у нее получается отсчитывать только там, другой возможности для пеших прогулок нет: она все время в воздухе.

После собеседования все складывалось стремительно: оно проходило в пятницу, в понедельник Джексон вышла на работу в качестве гендиректора, а уже в среду улетела на переговоры в Китай.

На самом деле, первая реакция Джексон, когда ее пригласили на работу в Citroën, была отрицательной: как раз в тот момент ее мужу Дэвиду диагностировали рак. Но Дэвид, с которым она познакомилась в Jaguar Land Rover («потомок» корпорации Rover), сам работал в автопроме и хорошо понимал, что для нее значит назначение. Он настоял на том, чтобы она приняла предложение и продолжила строить карьеру. Через год после ее вступления в должность он умер. Джексон называет его своим главным идейным вдохновителем и говорит, что без него никогда бы не достигла таких высот.

Женщина в мачо-бизнесе

Быть женщиной в «мужском» бизнесе никогда не было для Линды Джексон проблемой. Джексон недоумевает: почему так мало женщин работает в автопроме. В конце концов, именно женщины принимают решения, когда речь заходит о покупке многих автомобилей. «По крайней мере 50% автомобилей, которые мы продаем, покупают женщины», — констатирует гендиректор Citroën (цитата по Management Today).

По данным отраслевой лобби-группы Catalyst, только 16% рабочей силы, участвующей в производстве автомобилей в Великобритании, составляют женщины. В Германии, например, их доля составляет 18%, а в Швеции – 22%. По результатам опроса Deloitte для исследования Women in manufacturing study в 2015 году автоиндустрия оказалась в списке наименее привлекательных для женщин в производственном секторе.

Джексон считает, что женщины, как и она в юности, думают, что работа в автопроме предполагает знание того, что находится под капотом автомобиля. Она уверена, что незнание в данном случае можно превратить в плюс: «Поскольку я не технический эксперт, у меня есть возможность задавать множество глупых вопросов: как что работает и как все это сделать более удобным для меня и нашего потребителя», — рассуждала Джексон в интервью Financial Times.

Своей главной целью Джексон называет увеличение продаж Citroën: к 2020 она планирует продавать до 1,6 млн автомобилей в год (против 1,2 млн в 2015 году), половину из них — вне Европы. Как она призналась газете The Times, если это произойдет, Citroën может принять решение о выходе на крупнейший рынок в мире — в Америку.

В офисе Джексон есть целая полка с книгами о создателе бренда — Андре Ситроене. Когда ей нужно принять глобальное решение, она часто их перелистывает. «Он был удивительным и дальновидным человеком, намного опередившим свое время», — говорит новый гендиректор созданной Ситроеном марки. «Знаете, было бы здорово рассказать ему о том, что мы делаем с брендом Citroën сегодня, и обсудить идеи. Надеюсь, он бы одобрил наши инициативы», — говорила она в интервью (цитата по Automotive News Europe).

Новости партнеров