Генеральный директор компании «Элеон» Даниил Розенталь о своей жене и деловом партнере по «Французскому чайному дому»

Мы с Аней учились в одной школе, но тогда не особенно общались. Спустя 15 лет мы второй раз познакомились на дне рождения ее лучшего друга, моего одноклассника. Начали разговаривать — и как следует поссорились на фоне ее нелюбви и моей любви к Америке. Дальше все разворачивалось довольно быстро: лето, любовь, мы быстро поженились. В октябре следующего года оказались в Париже — там родилась наша первая дочка Аглая. Когда ей исполнилось три дня, мы гуляли по району Марэ и зашли в чайную Mariage Freres. И провели там часа три: чудесный солнечный день, вкусный чай, сладости, расслабляющая атмосфера. Аня тогда сказала: «Ты же хочешь делать свой бизнес, давай такую же чайную в Москве откроем?»

Тогда и родилась эта идея — восемь лет назад. И все эти годы жила у Ани в голове как мечта. Аня рисовала картины и работала в компании «Джамилько» оформителем витрин, я работал в больших фирмах на довольно высоких должностях, у нас родилась вторая дочь. А пару лет назад Аня все-таки сказала: «Слушай, мы же хотели такую чайную, давай это сделаем». Она в нашем бизнесе катализатор всех процессов. Героический поход на французов — получение лицензии на эксклюзивную продажу чая Mariage Freres в России — исключительно ее заслуга.

Целый год мы ползали перед семейством Марьяж на коленях, но они все не верили, что с Россией можно иметь дело, ставили условия, абсурдные для бизнеса: сначала зарегистрировать компанию, оформить магазин, прислать им фотографии, а потом уже говорить о лицензии. То есть магазин должен несколько месяцев стоять пустой. Я бы уже сто раз все бросил, но Аня с олимпийским спокойствием говорила: «А что, давай сделаем, как они просят». И каково же было наше счастье, когда операция с фотографиями сработала: получив съемку, Mariage Freres подписали бумаги, все благодаря невероятному упорству — даже упрямству — Ани. Мы сделали мультибренд «Французский чайный дом», а спустя год открыли бутик и чайную Mariage Freres на Бронной. К осени у нас тут будет 500 сортов чая, как и в парижских чайных.

Аня оказалась отличным генеральным директором и взяла на себя всю грязную работу. Часто думаю, не жалеет ли она, художник, что погрузилась в бизнес? Она из семьи художников, ее дедушка Николай Соколов — один из знаменитых Кукрыниксов. В семье никто никогда в обычном смысле не работал — ну то есть не ходил на службу. Но Аня всегда следовала совету бабушки: женщина должна чем-то заниматься, как много бы ее муж ни зарабатывал.

Я не хочу сказать, что Аня себя в жертву принесла, но ей тяжело, она творческий человек, любит писать, а сейчас на это времени нет: на ней практически весь магазин, и дочками тоже в основном она занимается. С другой стороны, творчество в ее работе присутствует, ведь она еще и арт-директор — сама оформляет наши витрины и интерьеры. Кстати, Суриковский институт, который она окончила — лучше всякого MBA: так изысканно торговаться, как художники и галеристы, мы, люди с бизнес-образованием, просто не в состоянии.

Наши самые удачные деловые совещания выглядят как большой итальянский скандал: мы начинаем что-то обсуждать, страсти накаляются, мы чуть ли не кидаемся друг в друга предметами — но принимаем удачное бизнес-решение. Многие психологи не рекомендуют семейным парам делать совместный бизнес, потому что это опасно для отношений. Но мы считаем, что если людям суждено быть вместе, то они в состоянии это вынести, бизнес их не разведет.

Новости партнеров