Угроза банкротства ЮКОСа становится все сильнее. Но я не верю в то, что банкротство компании — тот эндшпиль, которого хочет Владимир Путин. Российский президент стремится создать экономику, основанную на рыночных принципах, но в которой капитаны бизнеса работали бы в партнерстве с государством, — он не желает для России участи изгоя, которого сторонятся участники «большой восьмерки». По существу у Путина всего два года на то, чтобы претворить в жизнь свою программу реформ (пусть и со всеми ее недостатками) — потом наступит пора готовить преемника к президентским выборам 2008 года. Поэтому я полагаю, что Кремль хочет покончить с «делом ЮКОСа» на ранней стадии второго президентского срока Путина.

Угроза банкротства — та самая кувалда, при помощи которой Путин может сломить Михаила Ходорковского. «Налоговое дело» против ЮКОСа начнется в середине мая. В том, что налоговики его не проиграют, можно не сомневаться. Однако, по данным нашего юридического департамента, на то, чтобы начать процедуру банкротства, потребуется не менее шести месяцев с момента предъявления налоговых требований.

Столь долгий путь — совсем не то, что нужно Путину. Чтобы достигнуть поставленной цели — догнать Португалию по уровню ВВП на душу населения, России необходим большой приток инвестиций. В частности, нужно убедить зарубежных инвесторов увеличить вложения в Россию от нынешних $40 на душу населения до $300 — уровня, который позволил бывшим странам соцлагеря быстро встать на ноги. Пока что «дело ЮКОСа» не сильно повредило репутации России в глазах инвесторов. Даже учитывая падение за апрель, индекс РТС превышает уровень начала 2004 года. Рынок не смущает, что плутоватых олигархов упекли за решетку, — даже если с юридической стороны процесс этот небезупречен. И рынок, похоже, готов принять идею о том, что сырьевики должны возвращать в экономику больше средств. Тем не менее, если самую успешную нефтяную компанию вынудят к банкротству, весь нынешний оптимизм улетучится.

Так каким же станет эндшпиль для Ходорковского и ЮКОСа?

Кампания, развернутая против группы «Менатеп», исходит из желания властей изменить экономическую модель конца 90-х и создать бизнес-среду, в которой государство станет безусловно доминирующим институтом. Большинству отраслей экономики сильное государство сможет обеспечивать стабильность. Однако кремлевские власти, по всей видимости, считают, что сырьевой сектор слишком важен, чтобы решения здесь принимались независимо от государства. «Дело ЮКОСа» — это просто сигнал от Путина, что никто не имеет права игнорировать решения Кремля. Если Путин может уничтожить Ходорковского и ЮКОС — значит он может уничтожить любого.

Надежд на то, что Ходорковского просто выпустят на свободу обедневшим на $1 млрд, но сохранившим свою долю в ЮКОСе, очень мало. Точно так же у ЮКОСа мало надежд на то, что ему удастся сохранить «Сибнефть». Лучшее, на что может рассчитывать Ходорковский в итоге, — это высылка из страны. В то же время Кремль заинтересован в том, чтобы разделение ЮКОСа и «Сибнефти», а также изъятие государством 42-процентной доли в ЮКОСе выглядели как можно более легитимно. Кремлю нужно поскорее покончить с этой кутерьмой, а это означает, что власти постараются избежать рассмотрения дела в судебных инстанциях. Лучше надавить посильнее на держателей акций, чтобы те уступили «добровольно».

Исходя из этих предпосылок, я рискну сделать следующие прогнозы:

1. Основные акционеры «Сибнефти» вернут $3 млрд в обмен на 20-процентную долю своей компании, сегодня принадлежащей ЮКОСу.

2. ЮКОС отдаст эти $3 млрд властям и избежит таким образом банкротства.

3. Группа «Менатеп» согласится продать с аукциона 42% акций ЮКОСа, замороженных сейчас государством, чтобы расплатиться по долгам держателей акций.

4. Аукцион будет справедливым с технической точки зрения. В нем победят группы, связанные с государством. Возможно, небольшая доля достанется иностранным инвесторам — ради легитимизации процесса.

5. Чтобы просигнализировать миру о том, что Россия открыта для бизнеса, Путин  вместе с главой какого-нибудь европейского государства благословит слияние «Сибнефти» с одной из крупнейших иностранных нефтяных компаний.