03.03.2006 00:00

«Это мед для рынка»

ОЛЕГ ВЬЮГИН об акциях, курсе доллара и биржевых игроках

Весь последний год фондовый рынок бурлит. Простые люди несут деньги в паевые фонды. Инвесторы побогаче сколачивают миллионные состояния. Частные компании получают миллиарды долларов от размещения акций. Руководитель Федеральной службы по финансовым рынкам Олег Вьюгин озабочен прежде всего тем, чтобы весь этот рынок не «убежал» за рубеж. Профессиональный экономист, бывший зампред Центробанка и сотрудник частной компании «Тройка Диалог», Вьюгин верит в дальнейший рост российских индексов и укрепление рубля.

— Вы сторонник того, чтобы российские компании не уходили на западные биржи, а размещали акции на родине. В прошлом году Лондон действительно опережал Москву по объему торговли российскими акциями, из 13 российских IPO десять прошли в Лондоне. Там же была сосредоточена основная торговля нашими акциями. Как обстоят дела сейчас?

— По соотношению объемов торгов сейчас примерно 50/50, что уже выглядит нестрашно. Но проблема в том, что многие компании, которые сегодня готовятся к IPO, нацелены продавать депозитарные расписки за пределами России. В этом году речь может идти примерно о $20 млрд, и если столько бумаг будет размещено за рубежом, внутренний рынок потеряет ликвидность и соотношение изменится не в пользу России.

При проведении IPO в Лондоне все заинтересованные инвесторы окажутся там — деньги идут за активами. Чтобы решить эту проблему, мы приняли меры, меняющие процедуру. Сам механизм IPO в Москве ничем не будет отличаться от размещения в Лондоне. Это позволит продавать акции одновременно на российской и западной площадках: лид-менеджер составит единую книгу заявок, и в Москве инвесторы купят локальные акции, а в Лондоне — депозитарные расписки. Не менее 30% выпуска акций должно быть размещено в России.

А в какой пропорции между Лондоном и Москвой торгуются акции, выпущенные 10 лет назад, не имеет значения — рынок этих бумаг уже сформировался.

— Откуда взялась цифра 30%?

— Мы исходили из принципа постепенности, а также учитывали масштаб внутреннего спроса. По неофициальной информации, многие крупные международные фонды уже готовы покупать локальные акции в Москве и выделили на них лимиты, хотя точной статистики нет.

Средний объем планируемых IPO — $1 млрд, и уже доказано практикой, что сейчас разместить в России бумаги на $300 млн — не проблема. Наше регулирование не оторвано от жизни, оно реалистично. Мы общались с лид-менеджерами и брокерами и поняли, что не создадим на рынке шоковую ситуацию.

Хотя, по моему личному мнению, можно было принять решение о проведении IPO только в России, а потом уже при необходимости выпускать депозитарные расписки. Я уверен, что в этом случае деньги пришли бы за акциями. Но мы не принимаем шоковых решений.

— Международные инвестиционные фонды уже готовы покупать местные акции, а не депозитарные расписки на Западе. Как быть со старой идеей создать в России Центральный депозитарий, который учитывал бы все сделки с ценными бумагами и гарантировал права собственности на них?

— Международные инвесторы привыкли к такому явлению, как Центральный депозитарий. В России его нет, и, возможно, из-за этого инфраструктурные риски у нас могут выглядеть выше. Но, на мой взгляд, они сильно преувеличены. За 10 лет не было случая, чтобы сделки, проведенные на РТС или на ММВБ и учтенные в их депозитариях, привели к нарушению прав собственности на акции. Хотя именно Центральный депозитарий защищает эти права лучшим образом. Его создание упростит учет сделок и не позволит отдельным участникам рынка паразитировать на несовершенстве инфраструктуры. Сейчас права собственности на акции часто оформляются через длинные цепочки счетов номинального держания, что повышает риски владения ценными бумагами.

— В Москве обосновались уже почти все ведущие инвестиционные банки мира: в этом году к компании CSFB, Citibank, Deutsche Bank присоединятся UBS и Morgan Stanley, а Goldman Sachs консультировался с ФСФР по поводу получения лицензий. За большими игроками стоят большие деньги их клиентов, но уже сейчас аналитики говорят о том, что рынок и так переоценен. Не надуется ли у нас фондовый пузырь?

— Важно, что мировые инвестбанки открывают в России полноценные офисы, включая трейдинг, а не просто инвестиционно-банковские подразделения. Значит, они собираются торговать локальными акциями и верят в ликвидность российского рынка. С точки зрения показателя EBITDA к капитализации российские компании пока не выбиваются из ряда передовых развивающихся рынков, здесь очевидной переоценки нет. А фундаментальные оценки стоимости компаний привязаны к стоимости нефти. По моей информации, большинство аналитиков оценивают российские компании (не только нефтяные), исходя из цены на российскую нефть $38 за баррель. Так что я бы не сказал, что российский рынок сильно переоценен. Если цена на нефть будет находиться на высоком уровне, а американская экономика не столкнется с серьезным спадом, все будет нормально. Тем более что бурный рост начала года прекратился.

— После отмены ограничений на торговлю акциями «Газпрома» они стали более доступными — как в России, так и для зарубежных инвесторов. Как, по-вашему, эта либерализация сказалась на российском фондовом рынке в целом?

— Либерализация добавила эйфории в настроения инвесторов. Многие оценивают ее не только как событие для «Газпрома», а как событие в политике. Это означает, что власти осознают необходимость нормальных правил игры на фондовом рынке — когда все инвесторы равны. Разумная и справедливая политика — это мед для рынка, который инвесторы очень любят.

Для самого «Газпрома» это также очень важное событие. Ведь правила инвестирования в «актив» под названием «Газпром» стали более прозрачными и понятными. Исходя из запасов газа и нефти, концерн может претендовать на очень высокую капитализацию, а либерализация рынка акций подстегивает инвесторов.

— По поводу иностранцев. Вашему ведомству известно, кому на самом деле принадлежат российские брокерские компании? В свое время председатель ФКЦБ Игорь Костиков сильно удивил рынок, заявив, что имеет информацию о бенефициарах от Банка Кипра.

— Неформально мы знаем, кто является бенефициарами многих брокерских компаний. Эта информация интересна, но не столь важна. Соглашений об обмене конфиденциальной информацией у нас нет ни с одним из регуляторов, включая кипрский. Только в конце прошлого годы мы получили законодательное право обмениваться такой информацией без разрешения правительства. Теперь мы начнем процесс присоединения к Многостороннему меморандуму об обмене IOSCO (Международная ассоциация регуляторов рынков ценных бумаг), а потом сможем заключить соответствующие двусторонние соглашения.

— Вопрос не совсем по вашей епархии. Что вы как экономист думаете: каким будет курс доллара в этом году?

— Весь прошлый год среднее арифметическое курса рубля к доллару и евро составляло примерно 31,5 руб. Я думал, что и в этом году Центробанк будет верен себе, но сейчас (на начало февраля) этот показатель 31,1 — произошло номинальное укрепление рубля к корзине. ЦБ пошел на такое укрепление рубля из-за неожиданно высокой инфляции: во втором полугодии 2005 года казалось, что инфляцию удалось зажать, и вдруг в январе — 2,4%.

Если инфляция продолжит рост, ЦБ пойдет на дальнейшее укрепление рубля. По моим личным ощущениям, и до 27 рублей за доллар мы можем дожить, ведь инфляцию подстегивает не только рост регулируемых тарифов, в ней есть и монетарная составляющая.

рейтинги forbes
Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться