Просветительская работа | Forbes.ru
$59.26
69.48
ММВБ2160.75
BRENT63.70
RTS1149.88
GOLD1239.37

Просветительская работа

читайте также
+78 просмотров за суткиСтивен Дюкар, экс-директор музея Tate Britain: «Я знаю, как собрать £7 млн на искусство» +600 просмотров за суткиПродает и показывает Владивосток: современное искусство с молотка, недорого +41 просмотров за суткиЧто покупать начинающему коллекционеру на Art Basel Miami Beach +127 просмотров за суткиBMW запускает дроны в небе над Майами +100 просмотров за суткиОт Мураками до Гоцяна: художники Азии, которых нужно знать в лицо +64 просмотров за суткиЯпония: что смотреть, где есть и как себя вести. Путеводитель Forbes Life +12 просмотров за суткиДары мадридского двора: Третьяковка получила Буха +12 просмотров за суткиЗа прошлую неделю на аукционах было продано произведений искусства на $2,3 млрд. Как так вышло? На аукционе Phillips — Пикассо за $1 млн из коллекции продюсера Элвиса Пресли +50 просмотров за суткиВладимир Овчаренко: «Современное искусство работает как Telegram» Абстракционист Шон Скалли: «Я — однорукий боксер» +18 просмотров за суткиЧто произойдет с арт-рынком, когда закончатся «Кувшинки» Клода Моне и иссякнет Пабло Пикассо? Предприниматель Владимир Некрасов подарил Третьяковке 35 работ Гелия Коржева +74 просмотров за суткиРусское искусство как сборная России по футболу: цены, игроки, полевая стратегия Вас вызывают в музей. Государственные галереи рассчитывают на поддержку бизнесменов-коллекционеров Русские в Лондоне: 15 лотов за £69 000 NET осенней хандре. Спасайтесь в театре +369 просмотров за суткиНадо брать. Рейтинг российских художников — 2017 +69 просмотров за сутки«У русского искусства огромный инвестиционный потенциал, но это пока мало кто понимает» Ян Фабр: «Человеческие кости — очень интересный художественный материал» +79 просмотров за суткиАрно vs. Пино: как противостояние миллиардеров меняет арт-рынок

Просветительская работа

Мерило деятельности любого галериста — коммерческий успех его художников. У Николая Филимонова другая цель

Зимой 2003 года шестеро фанатиков разгромили в Москве выставку современного русского искусства с провокационным названием «Осторожно, религия!». Работе художника Александра Косолапова, давно живущего в Америке, можно сказать, повезло. Черной краской залили лишь стекло, под которым находилась картина — рекламный щит Coca-Cola c ликом Христа и надписью This Is My Blood. Через два года другую работу этого художника постигла более печальная участь. Один из посетителей выставки «Арт-Москва» разорвал на части плакат с изображением Христа на рекламном щите McDonald’s с надписью This Is My Body, выставленный на стенде галериста Марата Гельмана.

Страсти вокруг работ Косолапова прибавили художнику популярности: в апреле этого года на аукционе русского искусства Sotheby’s в Нью-Йорке написанная маслом картина «Моя кровь» была продана за $24 000 (примерно столько стоят работы получивших признание шестидесятников).

Современное искусство так устроено: художники и галеристы должны проводить провокационные акции, чтобы привлечь к себе дополнительное внимание. Это обеспечивает рост цен на искусство. Нельзя ли обойтись без провокаций? Можно попробовать, но рассчитывать на резкий взлет стоимости работ в этом случае не приходится.

Московский галерист Николай Филимонов — один из тех, кто пытается продвигать искусство по старинке. Он считает: если художник делает интересные, интеллектуальные работы, то создавать вокруг него шумиху вовсе не требуется. «Задача галереи — это вести архив, собирать картины и не дать художнику помереть с голоду», — объясняет Филимонов свою тактику. Звезда его галереи — художница Елена Черкасова. Ее работы он продает редко, тщательно подбирая покупателей, которым ставит условие: предоставлять картины для проведения выставок. Более того, Филимонов готов выкупать обратно работы своих художников, если новые хозяева пожелают с ними расстаться.

Филимонов, в общем-то, и не стремится заработать на своих авторах, более 15 лет он ведет другой бизнес — импортирует из Дании офисные перегородки и делает внутреннюю планировку помещений. Современным русским искусством он решил заняться в разгар кризиса 1998 года. В то время шестидесятниками, работы которых можно было купить всего за $500, занималось уже много известных галерей, и Филимонов решил сосредоточиться на новых, пока еще неизвестных художниках. Выбирал, полагаясь на вкус и интуицию. Любимого своего автора он отыскал на второй год работы. «У меня просто глаза на лоб полезли. Мне показалось, что я провалился на две тысячи лет назад, в период раннего христианства», — вспоминает Филимонов свое первое знакомство с Черкасовой. Например, на картине «Септуагинта» столы переводчиков Ветхого Завета с древнееврейского на греческий язык расставлены, как пюпитры в оркестре. По легенде, книжники должны были перевести Завет единым духом и закончили работу в одно и то же время. Художница смогла найти способ, как это передать: ее переводчики будто исполняют концерт.

Черкасова родилась в Москве в 1959 году в семье с дворянскими корнями. Родители работали в Московском строительном институте. Лена училась в художественной школе и после ее окончания поступила в Суриковское училище, но не доучилась. Ее захлестнула богемная жизнь, которая круто в 21 год изменилась — погиб лучший друг. Художница впала в депрессию, обратилась к вере. Лена пела в церковном хоре, шила рясы для священников и 15 лет ничего не рисовала. Ей предлагали писать иконы, но она отказалась.

Второе дыхание открылось в 1996-м, когда Черкасовой было уже 37. Бывшие друзья помогали устраивать ей выставки, но серьезно художницей никто не занимался. Филимонов полюбил ее работы, пригласил к себе в галерею. Для начала он отобрал 21 картину и вместе с Леной оценил каждую из них. Общая сумма составила около $10 000. Сперва галерист платил Лене каждый месяц по $100. Выплаченная сумма вычиталась из стоимости картины, если она продавались, а если не продавалась, Филимонов мог выбрать себе на выплаченную сумму что-нибудь из списка.

На выставке «Арт-Манеж» в 2000 году на стенде галереи Филимонова красовалось несколько картин новой художницы. Но ни одна из них не была продана.

Филимонова это не удивило. Засучив рукава, он продолжил работу. Так, он решил создать полный архив Черкасовой. Несколько картин Лены к тому времени были уже в частных коллекциях в Праге и Брюсселе, но у нее остались их фотографии. С остальными было проще — Филимонов сам сделал снимки, стараясь как можно более точно передать все цвета. В результате получилось портфолио, к тому же все работы можно было вывесить на сайте, который галерист сделал сам. Архив качественных цифровых фотографий позволял ему потом печатать каталоги.

[pagebreak]

В 2002 году Филимонов пригласил домой главу представительства МВФ в России Пола Томсена, заинтересовавшегося творчеством минималиста-шестидесятника Игоря Вулоха. Томсен с женой увидели картины Черкасовой и сразу забыли, зачем приехали. Галерист предложил посмотреть еще работы, отвез супругов на свой «склад» — небольшое помещение в деревянном домике на территории старой университетской обсерватории в двух шагах от Белого дома. Филимонов и сейчас снимает его за $100 в месяц.

В итоге Томсен уехал от галериста с картиной Черкасовой. Правда, через пару недель ее привезли обратно — оказалась слишком большой для квартиры. (Филимонов дает клиентам возможность в течение 30 дней вернуть картину, поскольку, по его словам, чтобы понять, правильно ли выбрал работу, «с ней нужно немного пожить».) Но это был единственный случай, когда картина вернулась.

Удача пришла к Филимонову в 2004 году, когда он организовал выставку Черкасовой в Центральном доме художника. Здесь Филимонов познакомился с секретарем посольства Новой Зеландии. После этого посол Стюарт Прайор приехал посмотреть картины, купил пять штук — рождественский цикл художницы — и разрешил провести большую ее выставку в стенах дипмиссии. «Послы — это правильные клиенты, — говорит Филимонов. — Они не могут выложить столько денег, сколько сегодня выкладывают за шестидесятников, но у них обычно очень хорошее гуманитарное образование и они с легкостью видят, о чем картины».

А еще они, наверное, видят в картинах колоритный образец местного творчества. Работы Черкасовой на выставке в ЦДХ, кстати, понравились и послу Бразилии. Он несколько раз приходил в галерею Филимонова. В то время тот снимал площадку на территории ЦДХ вместе с известным экспертом по шестидесятникам, владельцем галереи Red Art Петром Плавинским, братом художника Дмитрия Плавинского. Посол хотел купить картину Черкасовой «Страшный суд», но не успел — его опередил тогдашний министр транспорта Самарской области Алексей Ушамирский. Он приобрел картину на устроенной Филимоновым выставке в Самарском епархиальном церковно-историческом музее.

Каких результатов добился Филимонов за 10 лет? За все время он продал совсем немного больших картин художницы — около 30 из написанных ею 150. Но сегодня галерист уже не расстается с ее картинами меньше чем за $5000–10 000, а некоторые работы он вообще не готов продать «ни за какие деньги». Хотя художница теперь пишет все меньше, ее творчество с каждым годом становится более зрелым.

Коллеги Филимонова считают, что его никак нельзя назвать успешным галеристом. «Он выбрал неправильную модель. Галерея должна заниматься и просветительством, и коммерцией, — считает Петр Плавинский. — А Коля — романтик, он хочет заниматься только просветительством».

У Филимонова другое мнение — он уверен, что коммерческий результат его работы оценят дети и внуки.

Великолепная четверка

Современное русское искусство не стоит искать на известных аукционах: как правило, оно просто не успело туда попасть. Если вы решили составить коллекцию работ современных художников и при этом не обладаете достаточным багажом знаний по этому вопросу или подозреваете, что ваш вкус может быть не безупречен, лучше обратиться в известную и авторитетную галерею. «Лучше» в данном случае не значит «дешевле»: если вам нужен художник, у которого уже есть имя, придется приготовить несколько десятков тысяч долларов. Сотню вряд ли, такие цены на современное русское искусство — пока случай исключительный, говорит Forbes один из самых известных художников, Владимир Дубосарский, работающий в паре с Александром Виноградовым. Но $30 000–50 000 за работу модного и раскрученного автора — уже обыденность.

Галерей актуального искусства в одной Москве несколько десятков, но правят бал и задают общий тон всего четыре. Все они на рынке давно, все имеют опыт раскрутки громких сейчас имен. Но у каждой есть свои отличительные особенности.

— Валерий Игуменов

[pagebreak]

  • Галерея XL

Основана в 1993 году, владелица Елена Селина. Галерея с наибольшим количеством громких имен в обойме: сейчас с ней работают Олег Кулик, Дубосарский и Виноградов, Звездочетов, Мамышев-Монро. Возможно, самая известная на Западе галерея современного русского искусства.

  • Галерея Айдан

Основана в 1992 году, владелица Айдан Салахова. Самая гламурная, красивая, в хорошем смысле буржуазная галерея. «Идеология галереи основана на работе с эстетикой и принципиально исключает агрессивные и нарочито провокационные проекты», — заявляет официальный сайт «Айдан Галереи».

  • Галерея Марата Гельмана

Основана в 1990 году, владелец Марат Гельман. Самая провокационная и политизированная галерея современного искусства. Гельман приложил руку к раскрутке огромного количества современных художников, а заодно и к большей части скандалов в этой области.

  • Риджина

Основана в 1990 году, владелец Владимир Овчаренко. Самая сбалансированная: немного скандала («много» скандала было в 1990-х, когда в галерее любил устраивать свои акции Олег Кулик), немного гламура, немного западного искусства, продуманная до мелочей художественная политика. Можно сказать: крепкий середнячок, а можно: золотая середина.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться