Покупатель из «Конверса» | Forbes.ru
сюжеты
$58.77
69.14
ММВБ2143.99
BRENT63.26
RTS1148.27
GOLD1256.54

Покупатель из «Конверса»

читайте также
+11 просмотров за суткиСамые рентабельные актеры Голливуда — 2017. Рейтинг Forbes +8173 просмотров за суткиНавечно в моде. Культовые автомобили с неизменным дизайном +491 просмотров за суткиМолекулярные ножницы. Молодая компания создала новый фермент для редактирования ДНК +580 просмотров за суткиМарк Цукерберг рассказал о «магии технологий» в борьбе с болезнями +1876 просмотров за суткиСтоит съесть: ризотто по-бородински в Uilliam's, тайский суп в Insight, хумус в Carmel +3530 просмотров за суткиОдна вокруг света: как отремонтировать корейскую машину в Африке +1775 просмотров за суткиДивный мир инстаграма. Как правильно использовать блогеров для бизнеса +9127 просмотров за суткиБесплатный iPhone. Почему операторы в России не раздают смартфоны в обмен на контракт +161 просмотров за суткиРеформатор года: Владимир Александров получил национальную премию «Лучший корпоративный юрист 2017 года» +34833 просмотров за сутки«Национальный позор». Что говорят политики и экономисты о приговоре Улюкаеву +170 просмотров за суткиИнвестировать пока не поздно: Villagio Estate о том, почему вкладывать деньги в загородную элитку надо как можно быстрее +3 просмотров за суткиГонки на выживание: как сложилась судьба основателя «Конверс групп» +33 просмотров за суткиСнова в игре: Владимир Антонов вернулся в финансовый бизнес +2 просмотров за суткиВладимир Антонов: «Я при всем желании не заставил бы тридцать человек совершить противозаконную операцию» +3 просмотров за суткиЛитовская война: Владимир Антонов хочет получить компенсацию за потерянный бизнес Банкир Владимир Антонов укрылся от британских полицейских в России Банкир по жизни: Владимир Антонов потерял бизнес, но сохранил интерес к банкам Андрей Бородин в интервью Forbes: с Удальцовым и Таргамадзе не знаком Saab станет на треть российским Что купил и что покупает Владимир Антонов «Я хотел производить SAAB в России по цене Ford Focus»
#Конверсбанк 03.04.2007 00:00

Покупатель из «Конверса»

Инвестиции в действующий банковский бизнес за рубежом оказались для Владимира Антонова более успешными, чем попытки самостоятельно построить банк в России

«Чековая книжка закрыта», — сухо отвечает владелец Конверсбанка Владимир Антонов на вопрос о его дальнейших планах по приобретению других банков. Вопрос неслучайный: «Конверс», банк с военно-промышленным названием, прославился отнюдь не на ниве демилитаризации предприятий. Он известен тем, что за несколько лет скупил с десяток небольших банков по всей России, в Прибалтике и даже один в Великобритании. «Впрочем, — тут же добавляет Антонов, — если появится что-то интересное, качественное и недорогое, мы купим». И так во всем. Банкир Антонов легко меняет свои планы.

Владимир родился в городе Навои, построенном в 60-х годах прошлого века, центре промышленности Узбекистана. В начале 1990-х семья Антоновых жила в Таджикистане, где отец будущего банкира Александр работал на одном из предприятий атомной промышленности. Затем Антоновы перебрались в Москву — сыну надо было учиться. В 1992-м он поступил в Московский инженерно-физический институт. Впрочем, оканчивать его не стал — перевелся в банковский колледж. Отец, специалист по автоматизации технологических процессов, пытался его отговорить, но не удалось. Банковскую карьеру Владимир Антонов начал с должности операциониста в Сбербанке, потом перешел в Лефко-банк. А в 1998-м (Антонову тогда было 23 года) он начал собирать команду, которая могла бы заняться созданием собственного банка. Благо после кризиса входной билет на этот рынок стоил дешево. Первым банком, за который взялся Антонов, был Академхимбанк.

Проект подвернулся после кризиса 1998 года: к Антоновым обратились ученые из Академии наук. Банк, учрежденный структурами РАН, переживал не лучшие времена — две трети его активов находились в ценных бумагах, в том числе и в ГКО. И у банка была «дыра» в балансе. За закрытие этой самой «дыры» Антоновы и получили контроль над ним. «Это [был не банк, а] просто рублевая лицензия», — вспоминает сейчас Владимир Антонов. Деньги, чтобы закрыть обязательства банка, ему дал отец, который участвовал в торговом бизнесе. «Торговал всем, что можно купить и продать», — вспоминает Антонов-старший. Так и сложилась будущая система их взаимоотношений: отец вкладывал деньги в банки, а сын управлял бизнесом.

«Академхим» вернули к жизни. Но как банку, основу клиентуры которого составляли мелкие и средние компании, соперничать с крупными игроками финансового рынка? «Расти органично не получалось, — признает Владимир Антонов. — К тому времени на рынке уже сформировались лидеры, и мы считали, что не догоним их. Быстрее и дешевле было покупать других». Так, не сумев построить мощный банковский бизнес на базе одной структуры, Антоновы решили, что правильнее покупать банки. Желательно с известными именами.

Таким, например, как у Конверсбанка. Этот банк, созданный в 1989 году, обслуживал предприятия атомной отрасли. В число его акционеров входил ТВЭЛ — государственный производитель ядерного топлива. В начале 2000-х за контроль над Конверсбанком боролись поддерживаемые Альфа-банком атомные компании и МДМ-банк. В итоге, вспоминает один из участников тех событий, клиенты (а именно за них и шла борьба) разошлись кто куда. То, что осталось от «Конверса», в начале 2003 года Антонов получил за $65 млн, заплатив немногим больше стоимости собственного капитала банка ($55 млн).

Выходит, снова был куплен банк без бизнеса. «По сути мы приобрели набор правил, процедур, лицензий», — подтверждает Антонов. Он сам возглавил банк, рассчитывая на возобновление сотрудничества с Минатомом. Надежды не оправдались — «Конверс» не выдерживал конкуренции с теми же МДМ-банком и Альфа-банком, обладавшими лоббистскими возможностями и финансовой мощью. Опять промах?

Следующая покупка Антоновых тоже оказалась неординарной, но на этот раз отец и сын купили действующий бизнес, который, впрочем, требовал финансовых вливаний. Snoras — четвертый по размеру банк в Литве, ориентированный на услуги розничным клиентам. В начале 2003 года Конверсбанк приобрел 49,9% его акций, а потом, заключив соглашение о покупке еще 8,31%, получил над ним контроль.

Как Snoras, не имевший бизнеса в России, мог дополнить тандем из Академхимбанка и Конверсбанка? Концепция развития банковской группы Антоновых, видимо, менялась на ходу. Один из бывших топ-менеджеров Конверсбанка признался Forbes, что его долго мучил вопрос, чего хотят владельцы. По его словам, в 2003 году Антоновы собирались построить банковскую группу, переняв стратегию у МДМ-банка, который покупал региональные банки и забирал их клиентов себе. Но поняв, что это довольно сложно, владельцы «Конверса» cделали поворот в сторону строительства международной банковской группы, поясняет он.

Покупка Snoras стала не столько расширением банковского бизнеса группы, сколько долгосрочным вложением денег в зарубежное предприятие. Антонов обязался сохранить прежний менеджмент. Сейчас он объясняет, что инвестиции были связаны с предстоящим вступлением Литвы в Евросоюз. По идее литовская банковская лицензия должна была облегчить доступ на рынки капитала стран ЕС. Кроме того, покупка давала Антонову возможность разобраться, как устроена технология работы с мелкими клиентами и физлицами, — Snoras в то время активно расширял сеть точек банковского обслуживания.

Обе покупки — «Конверс» и Snoras — удивили рынок. Собственный капитал Snoras был почти таким же, как и у Конверсбанка. Откуда Антоновы взяли столько денег на сделки, которые состоялись практически одновременно? Даже спустя несколько лет отец и сын отвечают на этот вопрос крайне уклончиво. «К тому времени уже были деньги, и не только от банковских операций, — говорит Антонов-младший. — Были инвестированы все средства, которые находились в бизнесе». Что это за бизнес?

Наличность для инвестиций в банковский сектор, по рассказам Антонова-старшего, генерировали его торговые операции в странах СНГ. Из Узбекистана он ввозил оборудование для систем промышленной вентиляции, кабели и спецодежду, из Украины — сахар, из Белоруссии — мясные консервы. Одно из подразделений занималось производством видеопродукции. «Это направление едва не стало основным», — вспоминает Антонов-старший. Он свернул эту деятельность, не выдержав конкуренции с «Видеосервисом» и «Союзом». (Названий своих компаний Антонов не раскрывает.)

Так или иначе, в итоге у отца с сыном остались только банки. «Мы декларировали, что иным бизнесом не занимаемся», — рассказывает сын. После покупок двух банков Антоновы сделали перерыв больше чем на год, а потом принялись снова пополнять коллекцию. В марте 2005 года им достался красноярский банк «Енисей», в сентябре Snoras приобрел контрольный пакет латвийского Latvijas Krajbanka, «наследника» Сберегательного банка Латвии.

Одновременно Конверсбанк и «Академхим» (теперь он назывался «Конверсбанк-Москва») готовились к вступлению в систему страхования вкладов — необходимое условие для развития розничного бизнеса. Владельцы упорядочили структуру собственности: 84% акций Конверсбанка были оформлены на Владимира Антонова, а сам банк стал владельцем «Конверсбанка-Москва». Консолидированные активы группы в конце 2005 года составили 61,2 млрд рублей (в 2004 году было 31,1 млрд). Если бы группа была единым банком, он занял бы по этому показателю 20-е место в России (сам Конверсбанк оказался на 100-м месте по размеру активов).

Но Антоновых постигла неудача. Оба «Конверса» не были приняты Центробанком в систему страхования вкладов. «Обидно, конечно, — резюмирует Владимир Антонов. — Увлечение сделками слияния-поглощения приводит к недоработкам в других вопросах. Пришлось корректировать стратегию, тратить деньги, объяснять клиентам и партнерам, что случилось». Формальная причина отказа ЦБ — недостаточный уровень внутреннего контроля в обоих банках.

Для работы над ошибками Антонов нанял консультантов из KPMG. Уже в начале 2006 года в Москве открылся филиал банка «Енисей», который в отличие от «Конверса» получил право работать с деньгами «физиков». Но весь бизнес по работе с физическими лицами был переведен в небольшой Интерпрогрессбанк, купленный Антоновыми в столице. Казалось бы, позиции восстановлены. Можно запускать розничные проекты — главный хит последних лет в банковском деле.

Стоп. А нужно ли это Антонову? Все его запущенные с нуля банковские проекты не назовешь особенно успешными. На рынке нет отбоя от иностранных инвесторов, а РФФИ, владевший до недавнего времени 14% акций Конверсбанка, два раза пытался избавиться от этого пакета. Он был куплен на аукционе лишь в 2007 году фондом под управлением «Ренессанс Капитала» за $12,7 млн, что в пересчете на весь банк чуть больше одного капитала. (Для справки: розничные банки продаются сейчас инвесторам по цене, превышающей капитал в 3–5 раз.)

Что привлекло покупателя? Марина Чекурова, управляющая фондом «Ренессанса», считает образцом для «Конверса» его зарубежные банки. «Модель розничного бизнеса прибалтийских банков может быть перенесена в Россию в рамках консолидации группы», — считает она. Snoras и его «дочка» Latvijas Krajbanka — наверное, самый успешный ее проект. Snoras уже открыл представительства в Бельгии и Чехии. А жителям Литвы хорошо знакомы отделения Snoras, смахивающие на киоски (их называют «снориками»). В Литве таких мини-отделений больше 200. Точно такие же сейчас расставляет и Latvijas Krajbanka в Латвии — их уже больше 30.

Собираются ли Антоновы распространить успех в Латвии на российский рынок? Пока на это ничто не указывает. Антоновы по-прежнему покупают все новые банки, многие из них уже сложно назвать «просто рублевой лицензией». Но и долгосрочной стратегии за этими покупками не видно. «Мы стремились приобретать крепких середняков в регионах, с рыночными позициями, с амбициями к росту», — объясняет Антонов. В 2006 году группа Конверсбанка купила московский Интерпрогрессбанк, калининградский Инвестбанк, екатеринбургский Гранкомбанк, Воронежпромбанк, иркутский Байкалросбанк.

В идеале эти банки должны быть объединены в один. Но здесь не все ясно и самим владельцам. «Хотя бы понять, под каким брендом начнет работать это хозяйство?» — усмехается Антонов. К середине 2006 года консолидированные активы группы Конверсбанка превысили $3 млрд (причем доля прибалтийских банков была больше российской). Окончательной стратегии развития у Антоновых по-прежнему нет, но над ее положениями трудятся консультанты из Ernst & Young, KPMG и Monitor Group. Через два-три месяца все должно быть готово. Впрочем, представители «Конверса» говорили о скором появлении концепции объединения банков еще около полутора лет назад.

Экс-председатель правления Конверсбанка Максим Дружинин полагает, что нынешняя стратегия банка — покупать то, что стоит дешевле рынка, и продавать то, что набрало стоимость. Действительно, банковский бизнес сейчас на подъеме: акции Сбербанка, например, за год выросли на 128%, банка «Возрождение» — на 74%. Несколько месяцев назад структурам, близким к Инкредбанку, были проданы два московских банка Антоновых — «Конверсбанк-Москва» и уже упоминавшийся «Интерпрогресс».

Год назад за несколько миллионов фунтов Антоновы приобрели британский банк Pointon York Limited в составе финансового холдинга, куда входят пенсионный фонд и управляющая компания. Банку, переименованному в Conversbank (UK) Limited, разрешены операции с физическими лицами, но он практически не ведет бизнес. «Пока он в состоянии анабиоза», — говорит Антонов.

А в феврале Владимир Антонов и президент Snoras Раймондас Баранаускас, заключив ряд сделок на Вильнюсской фондовой бирже (на ней обращаются акции Snoras), стали прямыми владельцами 69% и 25% капитала банка соответственно. До этого Snoras контролировался Конверсбанком, теперь — лично его владельцем. Может, имеет смысл распродать «хозяйство» в России и стать банкиром в одной из стран Евросоюза?  

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться