Кошелек миллиардера

Юрий Кребс Forbes Contributor
Как и сколько тратят на жизнь и откладывают на черный день участники «Золотой сотни»

Хрестоматийный американский учебник «Финансы» утверждает: частным лицам приходится принимать ряд стандартных финансовых решений относительно того, сколько денег тратить, сколько откладывать и инвестировать, как брать в долг. Участники «Золотой сотни» Forbes — не исключение.

Как правило, бизнесмены из нашего списка занимают руководящие должности в принадлежащих им компаниях, а некоторые входят в органы управления нескольких предприятий. Как и простой наемный менеджер, среднестатистический представитель списка Forbes получает зарплату на пластиковую карточку.

О каких суммах идет речь? Вице-президент «Лукойла» Леонид Федун ежемесячно получает как член правления компании немногим менее $100 000, а премия и другие выплаты по итогам года могут достигать $700 000. В повседневной жизни он пользуется пластиковой карточкой банка «Уралсиб», где и хранит деньги. «Они мне присылают ежемесячные отчеты: где у меня деньги лежат, как размещаются, как тратятся, какие операции совершаю по карточке я, моя жена, моя дочь и т. д., — рассказывает корреспонденту Forbes Федун. — Меня это устраивает».

В кошельке владельца Национальной резервной корпорации (НРК) Александра Лебедева лежат пластиковые карты American Express и MasterCard, привязанные к счетам в Национальном резервном банке (входит в НРК). Еще у него есть счет в Сбербанке, но в сберкассу Лебедев не ходит и, возможно, именно поэтому в целом сервисом доволен, ведь он является вкладчиком подразделения, обслуживающего VIP-клиентов. Зарплату в НРБ депутат Госдумы Лебедев не получает, зато в прошлом году банк впервые выплатил ему дивиденды — $65 млн.

Именно выплата дивидендов самому себе — наиболее распространенный среди богатейших бизнесменов способ получить наличные деньги. Владельцы «Альфа-Групп» установили, какую долю от прибыли должна выплачивать в виде дивидендов каждая из холдинговых компаний консорциума, эти деньги, как и положено, распределяются в соответствии с долями партнеров. В общей сложности из бизнеса на личные нужды вынимаются сотни миллионов долларов в год. Кроме того, примерно на такую же сумму акционеры выписывают себе бонусы. Как поделить бонусную сумму, решает совет директоров в зависимости от вклада каждого партнера в успех компании.

Можно жить на дивиденды не своей компании, а чужой, если, конечно, купить ее акции. Владелец «Нафта-Москвы» Сулейман Керимов — классический портфельный инвестор. На принадлежащие ему акции «Газпрома», Сбербанка и «Лукойла» в прошлом году были начислены дивиденды чуть менее $70 млн. Часть наличных Керимов держит в австрийском Raiffeisen Zentralbank, а президент Альфа-банка Петр Авен — в своем банке под 8% годовых.

Итак, с точки зрения источников финансирования текущих расходов участники нашего рейтинга мало чем отличаются от обычных людей: зарплата, дивиденды, проценты по банковским вкладам. Сколько составляют эти текущие расходы и на что тратятся деньги?

Размер личного бюджета того или иного участника «Золотой сотни» зависит от его запросов и, по оценкам специалистов по семейным офисам, может колебаться от сотен тысяч до десятков миллионов долларов в год. Ведь одно дело — регулярно устраивать шумные вечеринки на европейских курортах или выписывать на день рождения звезд мировой величины, и совсем другое — безвылазно жить в провинциальном городе, где находится родное предприятие.

По оценке Петра Авена, одна из самых серьезных статей расходов — личный самолет. Авиационная группа «Планета» приводит следующие цифры: небольшой джет Embraer Legacy (на таком летает, например, глава АФК «Система» Владимир Евтушенков) или Challenger 605 (похожая модель у совладельца «Вимм-Билль-Данна» Давида Якобашвили и председателя совета директоров «Реновы» Виктора Вексельберга) обойдется примерно в $3,2 млн в год. Содержание суперлайнера Boeing Business Jet, предпочтение которому отдают владелец банка «Русский стандарт» Рустам Тарико и Сулейман Керимов, стоит около $5,5 млн.

Для удобства Авен арендует самолеты в специализированных компаниях. В зависимости от интенсивности полетов это стоит от $0,5 млн до нескольких миллионов долларов в год. Чуть дешевле самолета среднестатистическому представителю «Золотой сотни» обходится содержание загородного особняка ($0,5–1 млн в год, по оценке сотрудника семейного офиса одного из участников списка) и яхты (при стоимости до $50 млн — $1,5 млн в год). «Живем скромно, но тратим много», — делает неожиданный вывод Авен.

Один из самых скромных миллиардеров — владелец банка «Российский кредит» Борис Иванишвили. Впрочем, его аскетизму есть простое объяснение — в последние годы он почти безвыездно живет в родной Грузии. В интервью Forbes Иванишвили так оценил свои издержки: большая часть, от $300 000 в год, идет на обслуживающий персонал и охрану, а на себя лично и семью приходится не более $100 000. На еду тратиться вообще почти не нужно — в имении Иванишвили есть собственное подсобное хозяйство с фермой и теплицами.

Как насчет крупных покупок? Принадлежащий Сулейману Керимову дом в Лондоне стоит около $60 млн, а его вилла и участок земли на мысе Cap d’Antibes (Лазурный берег) оцениваются в €300 млн. В прошлом году Петр Авен купил виллу на Сардинии за несколько десятков миллионов долларов. Думаете, он выложил деньги из собственного кармана? Ничего подобного. Как и многие представители российского среднего класса, миллиардер купил недвижимость в кредит. «Разумно взять дешевый кредит, если дают», — прагматично рассуждает банкир. Ему, конечно, дадут. Особенно если учесть, что деньги под 6% годовых Авен взял в Амстердамском торговом банке, который на 100% принадлежит Альфа-банку. Неоднократно занимал в своем «Русском стандарте» и Рустам Тарико.

Важная деталь. Для оптимизации личных трат миллионеру нужны хороший управляющий и несколько сотрудников семейного офиса. На его содержание придется потратить от $1 млн в год, но в этом есть смысл. «В сфере luxury уровень финансовых затрат зависит от профессионализма семейного офиса, — отмечает доверенное лицо крупного промышленника, — например, стоимость отделки дома может составлять сотни тысяч или несколько миллионов долларов при одинаковом качестве. Просто во втором случае деньги заказчика поделят модный дизайнер, поставщики и другие посредники».

Куда инвестируют деньги богатейшие бизнесмены, какая доходность их устраивает? «Участник списка Forbes приходит к нам и говорит: хочу доходность в 40% годовых, но без риска», — улыбается Виктория Льюис, начальник департамента частного банковского обслуживания VIP-клиентов МДМ-банка. Так не бывает. И большинство представителей «Золотой сотни» это прекрасно понимают.

Размещением части денег некоторых совладельцев «Альфа-Групп» занимается в Лондоне их младший партнер, инвестбанкир Алекс Кнастер через специально созданную для этого компанию Pamplona Capital Management. Под ее управлением находятся фонд прямых инвестиций и два фонда фондов (с консервативной и агрессивной инвестиционной стратегией). Но далеко не все сбережения акционеров «Альфы» доверены Кнастеру. Например, Авен самостоятельно покупает акции компании X5 Retail, контролируемой «Альфа-Групп». Стать акционером этой фирмы при ее создании (в результате объединения торговых сетей «Перекресток» и «Пятерочка») президенту Альфа-банка не удалось, пришлось выступить в роли портфельного инвестора.

В личном портфеле Леонида Федуна есть паи российских ПИФов и акции. «Любой инструмент я могу продать в течение нескольких секунд», — говорит он корреспонденту Forbes, поглядывая на монитор компьютера с биржевыми котировками ценных бумаг. Федун — совладелец ИФД «Капиталъ», неудивительно, что управление своими инвестициями он доверил компаниям этой группы.

Инвестиционным портфелем Николая Цветкова, владельца финансовой корпорации «Уралсиб», занимаются специалисты одноименного банка.

Иванишвили держит деньги в основном на Западе и покупает там депозитарные расписки на акции российских компаний (в его портфеле есть почти все отечественные голубые фишки). В России деньги миллиардера вкладывают в те же акции его собственная компания «Интерфин трейд» и его банк «Российский кредит». В этом году Иванишвили активно инвестирует в электроэнергетику. А по вложениям в иностранные акции его вполне устраивает доходность в 11% годовых.

Новичок списка мультимиллионеров, президент группы компаний «Тройка Диалог» Рубен Варданян отдает сбережения в управление доверенным людям в своей же «Тройке». «О подробностях инвестиционных стратегий я не знаю», — уверяет он.

Впрочем, не все богатейшие жители России доверяют фондовому рынку. Владелец «Объединенной промышленной корпорации» Сергей Пугачев, например, в беседе с корреспондентом Forbes сказал, что акции даже государственных компаний кажутся ему не такими надежными, как инвестиции на рынке недвижимости. У ОПК — 1200 га в престижном районе Подмосковья, с момента покупки цена этих земель выросла более чем в 10 раз.

Осталось понять, как участники «Золотой сотни» платят налоги. Ни один из опрошенных Forbes богатейших бизнесменов откровенничать на эту тему не стал. Поговорив с налоговыми консультантами и сотрудниками семейных офисов, мы прояснили картину в общих чертах.

Несмотря на низкий подоходный налог — 13%, участники «Золотой сотни» предпочитают получать доходы, покупать недвижимость и проводить сделки с промышленными активами через офшорные компании, на счетах которых и оседают личные сбережения. «Тринадцать процентов по налогу на доходы — это замечательная ставка, — говорит партнер компании «Джон Тайнер и партнеры» Валерий Тутыхин, — люди рады бы задекларировать все, но боятся показывать состояние». Опасаются прежде всего вопросов правоохранительных органов, которые в последнее время стали слишком активны.

Впрочем, ситуация все же меняется. Так, если раньше государство не получало почти ничего с доходов миллиардеров, то сейчас многие платят налог на дивиденды (9%). «Каждый год я плачу $3–5 млн», — заявил Forbes один из участников нашего списка, просивший не упоминать свое имя в печати.

Новости партнеров