Гонка вооружений

Иван Голунов Forbes Contributor
В 1990-х население России стало покупать ружья и пистолеты. Константин Кузьменко сумел извлечь из этого выгоду

Стены кабинета Константина Кузьменко, владельца ижевской компании «Хольстер», украшают не сертификаты и дипломы — здесь все увешано фотографиями. Вот он позирует с 32-килограммовым сомом. А вот со связкой уток на поясе. Кузьменко предпочитает лично тестировать и рекламировать свою продукцию: кобуры, патронташи, а также аксессуары для охоты и рыбалки. Его фирма произвела в прошлом году продукции на Идея этого бизнеса — тоже его личная находка. В 1992 году бывший инженер-испытатель противотанковых ракетных комплексов узнал о запуске на Ижевском механическом заводе производства газовых пистолетов РГ-21 и РГ-22, предназначенных для свободной продажи. «Времена были неспокойные, мы понимали, что спрос на оружие будет большим и покупатели столкнутся с проблемой: в чем его носить?» — говорит Кузьменко. «Мы» — это он и два компаньона, впоследствии вышедшие из бизнеса.

Предприниматель купил новую модель пистолета и разработал специально для нее кожаный футляр. Поскольку никто больше кобуру для РГ-21 не выпускал, Кузьменко оказался вне конкуренции. Через год в «Хольстере» (от англ. holster, «кобура») было уже 300 сотрудников — они шили и продавали около ста наименований изделий, многие модели сам же Кузьменко и придумал. Как? Купленный пистолет РГ-21 он, например, держал почти всегда при себе — «чтобы лучше почувствовать потребителя». Оказалось, что летом носить оружие в обычной кобуре неудобно (без верхней одежды бросается в глаза), и бизнесмен создал «кобуру-невидимку»: футляр крепится к поясу брюк изнутри. Затем появилась сумка-трансформер — ее можно носить как на поясе, так и на плече. Для охотников Кузьменко начал делать ружейные чехлы, ягдташи, манки, руководствуясь опять же собственным опытом.

Экспериментировал он и с материалами: первым в России стал использовать вместо кожи многослойные синтетические ткани, которые легче и не промокают. «Сделаны без затеи, но более эргономичны для оружия российского производства», — говорит о продукции «Хольстера» администратор сети оружейных магазинов «Кольчуга» Дмитрий Нуждин. К тому же эти изделия в несколько раз дешевле импортных, а это, по словам Нуждина, чуть ли не решающий фактор при выборе товара.

Работать на оружейном рынке и не иметь контактов с госорганами невозможно — еще в 1996 году «Хольстер» выиграл первый тендер Ижевского механического завода на поставку кобуры для армии. Целый год Кузьменко пытался приспособиться к стандартам Минобороны, в которых регламентированы не только вид и цвет кожи, но и количество стежков на сантиметр. Ему пришлось взять под контроль производство сырья — представитель компании выезжал на мясокомбинат и следил за тем, чтобы мясники при убое не испортили кожу. Сами возили смежникам на кожевенные заводы шкуры, дубильные вещества и красители; сотрудник «Хольстера» постоянно находился на предприятии до момента отгрузки обработанной партии. С тех пор 15% оборота компании приходится на снабжение амуницией разных ведомств. В прошлом году компания Кузьменко выпустила почти 50 000 кобур для новых пистолетов Ярыгина, которые вместо пистолетов Макарова поступили на вооружение в сухопутные войска. «Хольстер» оказался в нужное время в нужном месте», — констатирует представитель Ижевского механического завода.

Несмотря на низкую рентабельность госзаказов (7% против 30% при работе с частными клиентами), Кузьменко доволен: «Гражданский рынок менее требовательный, а госзаказ не дает возможности лавировать, сроки жесткие». Да и у менеджеров, чей доход зависит от прибыли компании, есть стимул снижать издержки.

Сокращение затрат здесь возведено в культ. Еженедельные планерки начинаются с выяснения, какие станки простаивают, какие материалы остаются. Пик продаж оружейных аксессуаров приходится на конец лета. Нужно чем-то занять швей зимой? «Хольстер» начал шить ветровки для охотников, водонепроницаемые костюмы для спасателей и обувь. От раскроя стелек остается войлок? Начали шить шапки и коврики для бани. Швеям платят по 7000 рублей — это немного даже по меркам небогатого Ижевска. Что сделал Кузьменко, когда встал вопрос о повышении окладов? Перевел часть производства в городок Сарапул (там же, в Удмуртии), где нет крупных предприятий и запросы у жителей скромнее.

Сейчас у «Хольстера» четыре производственных площадки, 900 сотрудников, выручка растет на 30–40% в год. Но Кузьменко по-прежнему в поиске. Недавно он заметил, что невозможно найти чехлы для бильярдных киев, — решил шить и их. «Да, мы пытаемся охватить все сразу, — признает он. — Но пока на рынке есть возможность работать с такой стратегией. Мне надо семью кормить, а это хорошая мотивация».

Новости партнеров