«Я иду от возможностей» | Forbes.ru
$58.45
69.27
ММВБ2148.56
BRENT63.44
RTS1158.62
GOLD1291.52

«Я иду от возможностей»

читайте также
+5552 просмотров за суткиМиллиардер Илон Маск на спор установил в Австралии крупнейшую в мире батарею +1065 просмотров за суткиМиллиардер Рэй Далио признался, что искусственный интеллект помогает ему принимать решения +1243 просмотров за суткиСюрпризы от Трампа. Как налоговая реформа в США отразится на фондовых рынках +59 просмотров за суткиВыбран «Предприниматель года — 2017» в России +907 просмотров за суткиКак хранить энергию. Расплавленная соль, сжатый воздух и супермаховик +1268 просмотров за сутки«Свет для гаражной экономики»: как вывести бизнес из тени +714 просмотров за суткиВышел декабрьский номер Forbes +733 просмотров за суткиПомехи «Северному потоку-2»: «Нафтогаз» нанял лоббистов в США для противодействия «Газпрому» +4 просмотров за сутки20 директоров-капиталистов. Новый рейтинг Forbes +222 просмотров за суткиПраво волоса: новые средства и способы обновления +2205 просмотров за суткиДержись, шофер. Реформа заставит водителей вернуться за парты +8276 просмотров за суткиИнтервью хакера: «Взломать можно кого угодно» +3340 просмотров за суткиПример для Цукерберга: китайский мессенджер опередил Facebook по рыночной стоимости +588 просмотров за сутки Бутан в педагогических целях: почему в горном королевстве дети не раздражают родителей +3032 просмотров за суткиFacebook и Instagram научат пользователей отличать «российскую пропаганду» +78 просмотров за суткиКультовая обувь культовых персон. +1388 просмотров за суткиНевредные привычки: как оставаться здоровым, не выходя из офиса +1281 просмотров за суткиСтрана Басков: путешествие в самый удивительный регион Франции +12202 просмотров за суткиРоссияне предпочитают Aliexpress и Amazon отечественным интернет-магазинам +6091 просмотров за суткиАвтомобилисты-вредители: как государство борется с незаконным тюнингом Этот день в истории бизнеса: человек, который создал Sony, и жвачка Wrigley’s

«Я иду от возможностей»

Иван Просветов Forbes Contributor
Семь вопросов Андрею Коркунову

Огромный капитал, сделанный на единственном бренде, — обычное явление для западного бизнеса. К примеру, состояние австрийца Дитриха Матешица, придумавшего в 1987 году Red Bull, сейчас оценивается в $4 млрд. В России таких предпринимателей пока немного. Среди них Андрей Коркунов, в феврале 2007 года уступивший корпорации Wrigley 80% акций Одинцовской кондитерской фабрики (ОКФ) за $300 млн. По сути он продал американцам не производство, а марку «Коркунов», которой на тот момент исполнилось немногим более семи лет. Как председатель совета директоров Андрей Коркунов руководит фабрикой до сих пор и одновременно занимается новым брендом. Сухарики «Воронцовские», появившиеся на рынке в сентябре прошлого года, — его работа. Бизнесмен уверяет, что не является ни инвестором, ни акционером компании, выпускающей этот продукт, и сотрудничает с ней исключительно как консультант. И хотя сейчас он увлекся идеей создания технопарков, оставлять продуктовый бизнес не собирается.

Сухарики — не слишком ли примитивный товар после шоколада?

Примитивных товаров не бывает. Каким бы простым ни был продукт, его нужно произвести, поставить на полку, продать и так далее. Это нелегкая работа. Проект «Воронцовские» осуществляется совместно с компанией Wrigley, а у Wrigley колоссальные возможности по дистрибуции. Мы выбрали сухарики как продукт, который хорошо вписывается в линейку товаров и дистрибуцию Wrigley. Для меня этот проект — попытка поучаствовать в создании еще одного бренда федерального значения. Мне интересно довести «Воронцовские» до определенного объема продаж, и тогда я выйду из проекта с определенным бонусом. Вероятно, сухариками мы не ограничимся.

А кто был автором проекта?

Это было мое предложение для компании Wrigley. Я вообще не ищу проекты по принципу «что принесет больше денег». Я иду от возможностей. Если у меня появляется идея, которую я знаю, как реализовать, то берусь за нее. Я, например, по-прежнему занимаюсь разработкой и продвижением новых продуктов под брендом «Коркунов».

На ваш взгляд, создавая бренд, в какой момент имеет смысл думать о его продаже?

Я бы рекомендовал думать сразу. Это позволит избежать ошибок, которые могут отрицательно сказаться на стоимости бренда. Если не хватает образования, нужно пригласить консультантов и спросить, из чего складывается эта стоимость. Когда создавался «Коркунов», мы многое постигали путем проб и ошибок. Единственное, что с самого начала правильно делали — это, наверное, было на уровне интуиции, — мы не стремились зарабатывать на конфете как таковой. Мы старались заработать на капитализации нашей компании. А что такое капитализация компании, выпускающей потребительский продукт? Это в первую очередь стоимость бренда. И производственные мощности составляют в ней самую малую долю — у Coca-Cola, например, всего 8%.

Нужно ли связывать решение о продаже с ситуацией на рынке или с определенным этапом в развитии бизнеса?

Масса факторов может повлиять на это решение. Чем выше стоимость твоей компании, тем меньше желающих, точнее имеющих возможность ее купить. Не только расширение, но и просто удержание своей доли на рынке требует все больших и больших издержек. К примеру, за первые три года существования «Коркунова» мы потратили на рекламу чуть более $1 млн, и при этом бренд стал известен в федеральном масштабе, а сегодня наш годовой рекламный бюджет на порядок выше этой суммы. Задолго до переговоров с Wrigley мы стали готовить «Коркунов» к продаже, не собираясь продавать его прямо завтра, но держа в уме, что этот момент когда-нибудь наступит. Вообще любой компании всегда нужно быть готовой либо кого-то купить, либо что-то продать.

Почему вы оставили себе миноритарную долю в Одинцовской фабрике? И как долго хотите быть ее совладельцем?

Потому что бренд «Коркунов» мне дорог и не хотелось сразу его бросать. Кондитерский бизнес меня до сих пор захватывает, я все-таки разбираюсь в нем достаточно хорошо. К тому же стоимость этого пакета растет (Андрею Коркунову и его партнеру Сергею Ляпунцову принадлежит 20% акций ОКФ. — Forbes). У Wrigley есть право его выкупить. Мы очень хорошо и плодотворно работаем и, думаю, в конце этого года примем решение, выгодное для обеих сторон.

Можно ли в России стать миллиардером, имея только один бренд на потребительском рынке?

Я думаю, что да. Конечно, то, что продавалось, — это были не миллиарды, но есть много брендов с отличным потенциалом. Что касается создания с нуля — для выпуска конкурентоспособной продукции нужно иметь конкурентоспособное производство. А условия для создания такого производства в России сегодня более тяжелые, чем в конце 1990-х: стоимость земли, подключения к инфраструктуре, заемных средств и так далее. Поэтому новых производств возникает все меньше и меньше. Все новое делают те, кто на рынке довольно давно.

Как вы думаете, может ли бизнесмен за свою жизнь создать несколько сильных брендов? Или один — это предел?

Если на направлениях, близких к тому, чем он занимался ранее, то да, может. Капитан речного судна при желании может стать морским капитаном, но воздушного лайнера — вряд ли. По этой причине бизнесмен Коркунов остался в кондитерке, а не пошел в IT или финансы. Амбиции ведь могут быть сколь угодно большими, а вот шансы…

 

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться