03.08.2008 00:00

Без царя в голове

Ирина Телицына Forbes Contributor
Киев похож на уменьшенную копию Москвы, но вести дела здесь нужно совершенно иначе, чем в столице России

В витрину салона Bentley, расположенного рядом с Бессарабским рынком в самом центре Киева, впился взглядом мужчина. Он совершенно голый, но причина уважительная: это стальная скульптура британского художника Энтони Гормли, которую подарил автосалону расположенный по соседству арт-центр миллиардера Виктора Пинчука. В арт-центре есть и другие работы Гормли. Больше всего публике нравится аттракцион «Слепой свет»: стеклянный куб, наполненный густым паром. Внутри ничего не видно, двигаться можно только на ощупь, публике и страшно, и весело. Инсталляция британца очень хорошо передает деловую атмосферу древнерусской столицы — быстро сориентироваться в ситуации стороннему человеку невозможно, шишек можно набить много, но тем, кто внутри, нравится.

Мать городов русских старше Москвы лет на пятьсот, но золотой век Киева кончился задолго до того, как московские великие князья сделались царями. Распад Киевской Руси начался со смерти Мстислава Великого, сына Владимира Мономаха, в 1132 году. В 1169-м Киев разорило войско владимиро-суздальского князя Андрея Боголюбского, а в 1240-м его сожгли монголы. Последней столичной функции Киев лишился в 1300 году, когда митрополит Максим перенес кафедру православной церкви из Киева во Владимир. Побывав в составе Литвы, Речи Посполитой, московского царства и Российской империи, Киев снова стал столицей только в 1934 году, когда туда переехало из Харькова правительство Украинской ССР. Но все самые важные вопросы по-прежнему решались в Москве. Выросший на Крещатике президент «СТС-Медиа» Александр Роднянский вспоминает, что до распада СССР значительная часть пассажиров вечно полного поезда Киев — Москва ехала в столицу советского государства в основном за подписью, одобрением, согласованием. Чтобы задобрить союзных чиновников, везли непременный «Киевский» торт.

Тихий, зеленый и провинциальный город (во дворе у Роднянского был пруд, где мальчишки катались на плоту) исправно поставлял в Москву номенклатурных работников. Самый известный выходец из киевского обкома — Никита Хрущев. «Все амбициозные люди из областей стремились сразу в Москву, в Киев никто не ехал», — констатирует львовянин Николай Княжицкий, гендиректор телеканала TBi, созданного недавно в Киеве на деньги Владимира Гусинского и партнеров. Из львовян столицу Союза предпочли Михаил Фридман, Виктор Вексельберг, Григорий Явлинский…

Вкус настоящей власти Киев почувствовал только после провозглашения украинской независимости в декабре 1991 года. Все пришло в движение. В поисках места для иностранных посольств срочно провели ревизию учреждений, занимавших особняки в центре. Диппредставительству Германии выделили, например, старинное здание, где раньше размещался Институт гигиены питания и ставились опыты на крысах. Для дипломатов открыли первый в городе супермаркет (управлять им наняли поляка), специальную автозаправку, где послам выдавали 40 л дефицитного бензина в неделю, а дипломатам рангом пониже — 20 л. Павел Кривонос, глава Гендирекции по обслуживанию иностранных представительств (аналог российского Управления по обслуживанию дипкорпуса), вспоминает, как посол Норвегии на 40 минут опоздал на первую встречу: заглохла машина, добирался на трамвае. «Кассирша продала ему проездной сразу на год и на все виды транспорта, он его и прокомпостировал», — вспоминает чиновник про незадачливого иностранца.

Сейчас все уже устоялось. Шика и лоска Киеву сегодня не занимать. Рестораны на каждом шагу и на любой вкус — еврейская кухня в «Цимесе», пафос в «Москве», суши в «Мураками». «Раньше не было вообще ресторанов средиземноморской кухни. Я люблю рыбу Сан-Пьер — выглядит устрашающе, но очень вкусная. Сейчас она есть и здесь, в Киеве», — говорит президент девелоперской компании DeVision Дмитрий Буряк, любуясь с балкона своего киевского кабинета зеленым массивом Владимирского спуска. Заработав на продаже заводов «Аква Вижн» и «Акрихин» в России несколько десятков миллионов долларов, Буряк сосредоточился на недвижимости в украинской столице.

Только за май 2008 года, по данным компании Vipcar, эксклюзивного дилера Bentley, в Киеве продано восемь Bentley, пять Maserati, 17 Mercedes-Benz. По московским меркам ничего особенного (в Москве одних Bentley продается в среднем 20 штук в месяц), но на фоне других восточноевропейских столиц впечатляет. «В Киеве есть квартиры по $4 млн. И они продаются. Дело в славянской ментальности — у нас встречают по одежке. И как только у человека появляются деньги, он обзаводится соответствующим антуражем», — говорит владелец строительной компании Алексей Омельяненко.

Столица Украины — огромный рынок. По официальным данным, в Киеве и пригородах проживают около 2,7 млн человек. По неофициальным — 4 млн. Чтобы получить эту цифру, служащие мэрии выясняли, сколько буханок хлеба продается в городе за сутки, сколько народу пользуется услугами метрополитена и участвует в выборах. В Киев съезжаются со всей Украины — средняя зарплата здесь около $700, в два раза выше, чем в целом по стране: строителями и уборщицами здесь трудятся не выходцы из Средней Азии, как в России, а приезжие из украинской глубинки.

«Во многих отношениях Киев дает фору Москве — рестораны и ночные клубы, магазины, инфраструктура, — говорит издатель Джед Санден. — Он избежал ужасных проблем мегаполисов: пробок, криминала, исчезновения парков и зон отдыха». Санден приехал в Киев из Нью-Йорка в 1993 году сразу после колледжа в рамках молодежной программы — ухаживать за могилами уничтоженных нацистами евреев. В Киеве, по его словам, перед ним распахнулось огромное «окно возможностей», от которых захватило дух. В 1995 году, заняв денег, Джед начал издавать первую в городе англоязычную газету KyivPost. Сейчас ее тираж — 25 000 экземпляров, издательский дом Сандена KP Media выпускает еще десяток изданий, владеет несколькими интернет-порталами, с 2006 года его акции котируются на украинской бирже ПФТС.

Возможностей в Киеве много и сейчас. Один из самых перспективных видов бизнеса в городе, где почти нет промышленности, а зарплаты повышаются на 30% в год, — девелопмент. Рынок растет хорошими темпами: в 2006 году в Киеве было сдано 1,2 млн кв. м жилья, в 2007-м — 1,4 млн кв. м. Всюду объявления «Батьки, не допускайте дiтей на будмайданчик!» и строительные краны.

Один из самых масштабных проектов в историческом центре — квартал «Воздвиженка» рядом с Андреевским спуском, главным туристическим маршрутом. Микрорайон в стиле барокко и киевского модерна, где дорожки выложены булыжником, как в старом городе, занимает 17 га. Шесть десятков домов на 10 квартир стоимостью от $7000 за кв. м и 30 особняков строит «Трест Киевгорстрой-1». Несколько лет назад его купили Омельяненко и его партнер Василий Горбаль. «Мы концентрируемся на проектах, создать аналоги которым сложно», — с гордостью говорит Омельяненко.

У компании есть и другие проекты в центре, но Омельяненко не уточняет их местоположение: «Строим тихо». К чему привлекать к себе внимание? В 2005 году конкуренты уже пытались оспорить выделение участка тресту, но в суде удалось отбиться. 35-летний Омельяненко — человек грамотный. Он лидер Партии регионов в киевском городском собрании, последовательно поддерживает нынешнего мэра Леонида Черновецкого.

Впрочем, шансы есть и у приезжих. В прошлом году Буряк вместе со своим давним знакомым, Яковом Голдовским (бывшим совладельцем «Сибура»), купил крупнейшую в Киеве девелоперскую компанию First Ukrainian Development, в портфеле которой было восемь проектов. И каких! Например, 420 га земли в пригороде Киева Конча-Заспе (аналог подмосковной Рублевки — тут живут экс-президент Украины Леонид Кучма, премьер-министр Юлия Тимошенко, мэр Черновецкий, мультимиллионер, кум президента Ющенко Петр Порошенко и много других достойных людей). Компания, которую приобрели Буряк с Голдовским, была, по сути, земельным банком. «Людям удалось собрать, используя свои ресурсы и знания местных реалий, участки в уникальных местах, — хвалит предшественников Буряк. — По Конча-Заспе, например, было собрано 80 лотов, и они были объединены в единое пространство».

Переименовав компанию в DeVision, новые владельцы не мешкая приступили к застройке. В Конча-Заспе возводится городок ZaSpaGolf из 14 коттеджных поселков с гольф-полем на 18 лунок и яхт-клубом. На Набережно-Крещатицкой улице, в историческом центре города, к 2011 году появится пятизвездная гостиница, на Владимирском спуске — офисный комплекс на 55 000 кв. м с казино и спа-салоном… Буряк рад, что вовремя купил бизнес на Украине: «В Москве рынок жестко поделен, а здесь он еще не структурирован. Сейчас рентабельность вложений свыше 20%».

Весной в Киеве открылся офис «ПИК-Украина». Российская девелоперская компания в ходе IPO убедилась в том, что инвесторы ценят географическую диверсификацию. Украинская «дочка» ПИКа собирается, как и в России, строить массовое жилье. «В Киеве много местных девелоперов, но никто не специализируется на квартальной массовой застройке, как мы, — говорит гендиректор «ПИК-Украина» Владимир Фесенко. — И участки можно найти на вторичном рынке даже в центре, причем оформленные по всем правилам. Если в Москве строительство жилого дома из-за всей документации может затянуться на шесть-восемь лет, то в Киеве все быстрее, оборачиваемость выше».

Быстро, на 25% в год, растет и розница. «Население богатеет, по товарам видно: моцареллу берут, масло оливковое», — говорит Владимир Костельман, владелец Fozzy Group, крупнейшего украинского ритейлера (147 супермаркетов «Сiльпо», 124 магазина «Фора», четыре гипермаркета Fozzy, 22 аптеки). Безразличие к политике, длинные волосы и увлечение рок-музыкой не помешали Костельману, переехавшему в Киев из Днепропетровска, построить компанию с выручкой $1,5 млрд. Свободного пространства для создания крупных компаний на Украине еще полно, убежден Костельман. Здесь нет, например, ни одного дистрибьютора, который мог бы развозить продукты, требующие холода, по всей территории страны. Fozzy Group за последние три года инвестировала в логистическую компанию, сеть салонов связи, рестораны…

Условия ведения бизнеса на Украине во многом напоминают российские. Но похожие не значит одинаковые. Различий хватает, и они серьезно мешают экспансии сюда крупных российских компаний.

Взять ту же розницу. «Россиянам, наверное, у нас не так интересно, — говорит Костельман. — В Киеве регламентируется наценка на многие группы товаров, 25% ассортимента». Пока из попыток наших торговцев завоевать украинский рынок ничего путного не выходило. Сеть «Патэрсон», владельцы которой, одесситы Алексей и Константин Мауергаузы, местный менталитет вроде бы понимали, собиралась открыть 30 магазинов. Открыла всего три, в этом году все три проданы. «Перекресток» в 2005 году купил сеть «Spar-Украина». Гендиректор «Перекрестка» Александр Косьяненко говорил тогда о планах инвестировать в украинский бизнес $200–300 млн, чтобы достичь «безусловного лидерства в продуктовом ритейле». Пока не получилось.

На другом рынке, электронных СМИ, иной перекос — чрезвычайно высокая по российским меркам конкуренция. Княжицкий, возглавляющий кабельный телеканал TBi, трансляция которого началась в марте, об этом прекрасно осведомлен. Он создавал первый на Украине спутниковый канал СТБ, который входит сейчас в медиаимперию Пинчука (печатные СМИ и четыре ТВ-канала). Телеканалами владеют и другие влиятельные украинские бизнесмены — металлург и самый богатый украинец Ринат Ахметов, Владимир Хорошковский, главный таможенник Украины и бывший миноритарий «Евраза», с помощью которого холдинг вышел на Украину, братья Игорь и Григорий Суркисы, владельцы футбольного клуба «Динамо» (Киев), Порошенко, которому, кстати, принадлежит киевский комбинат, пекущий знаменитые торты. Помимо трех десятков общенациональных каналов в каждом крупном городе есть еще местные телеканалы. «Каналов много, но у нас будут лучшие журналисты, свой развлекательный контент и самые качественные новости», — говорит Княжицкий. В сетке TBi — реалити-шоу, сериалы, расследования, новости. Главным редактором Гусинский назначил бывшего ведущего НТВ Евгения Киселева, который уже перебрался в Киев.

«То, что Киев отстает на несколько лет от Москвы, — заблуждение, ошибка российских инвесторов, — говорит Роднянский. — Я всем друзьям доказываю, что Киев по другим правилам развивается. Главное отличие от Москвы — политическая многовекторность, любой усиливающийся политик или бизнесмен тут же наживает оппонентов». Ни в одном кабинете киевских бизнесменов корреспонденту Forbes не встретились портреты президента или мэра. Личная преданность, которая ценится в России, тут считается азиатчиной. Политические оппоненты, поливающие друг друга грязью в эфире, могут после дебатов вместе пойти в ресторан, дружить семьями.

Делать ставки на кого-то одного здесь не принято. Альянсы и коалиции создаются и рассыпаются постоянно. Константин Кошкин, вице-президент компании «Сумма-Капитал», ранее консультировавший выборы на Украине, объясняет, что местные бизнесмены относятся к политике как к венчурным инвестициям — если победит твой кандидат, можно получить и защиту, и доступ к новым ресурсам, если нет — поставить на кого-то еще.

В марте этого года сторонники Юлии Тимошенко в Киевской раде инициировали досрочные выборы мэра, обвинив Черновецкого в коррупции при распределении земель под строительство. Черновецкий, лидер маргинальной Христианско-либеральной партии, стал мэром всего два года назад. До этого возглавлял «Правэкс-банк», недавно проданный итальянской банковской группе Intesa Sanpaolo. Предыдущего мэра, Александра Омельченко, тоже обвиняли в незаконном выделении участков своим приближенным.

Черновецкий и впрямь выглядел легкой мишенью. В народе 56-летнего мэра зовут «Леня-Космос» — банкир является прихожанином церкви «Посольство благословенного Царства Божьего для всех народов», созданной на одной из киевских квартир в 1994 году нигерийским проповедником Сандеем Аделаджа. Часть бизнесменов поддержала противника Черновецкого — 36-летнего боксера Виталия Кличко, который в 2006 году уже пытался стать киевским головой (в народе тут же родился анекдот о дебатах: «Не задавайте Кличко вопросов, на которые он не сможет ответить словами»).

Победа Черновецкого бесспорна: он получил вдвое больше голосов, чем ближайший соперник. Причины? Команде Черновецкого было что предъявить избирателям. Бюджет города вырос по сравнению с 2005 годом в пять раз, до $5 млрд. Мэр сдержал обещание и повысил зарплаты бюджетникам и работникам городского хозяйства. Дворники в центре получают около $600–700. «Черновецкий харизматичнее своих оппонентов, — говорит Казбек Бектурсунов, советник мэра и глава издательского дома, объединившего муниципальные СМИ. — Он был первым обладателем Maybach в стране, но он действительно социально ориентирован — на свои деньги, еще до того, как пошел в политику, создал приют для наркоманов и алкоголиков». Что оппонентам Черновецкого недоставало харизмы, в Киеве признают все. Как и то, что монополии на власть у него не будет: городская рада — серьезный оппонент, места для политических дискуссий в ней хоть отбавляй.

«Здесь нет конкретного молота и конкретной наковальни, как в Москве или любом крупном городе России, — оценивает политическую ситуацию Буряк. — Всегда можно найти альтернативу, политического конкурента, с которым можно договориться». Девелоперы, не поддержавшие на выборах Черновецкого, не боятся, что победитель будет сводить с ними счеты. Лев Парцхаладзе, совладелец и председатель совета директоров компании «XXI век», глава Украинской строительной ассоциации, на выборах спонсировал Кличко и платил, в частности, за визит в Киев бывшего мэра Нью-Йорка Рудольфа Джулиани, агитировавшего за боксера. В июне, вскоре после переизбрания Черновецкого, его компания, чьи акции с 2005 года торгуются на AIM, малой площадке Лондонской фондовой биржи, проинформировала инвесторов, что на три месяца раньше запланированного получила от властей разрешение на начало строительства офисного центра «Петровка». «Бывает, что чиновники на местном уровне к бизнесменам не лояльны. Но такого, чтоб бизнес отбирали, у нас нет», — говорит Парцхаладзе.

При наличии политической конкуренции бизнесменам легче отстаивать свои права. Год назад местный предприниматель Юрий Ткач полчаса лежал под подъемным краном, приехавшим сносить два его ларька, установленных возле Бессарабского рынка. Все разрешения у него были от районных властей, а кран на площадь отправила заместитель мэра Ирэна Кильчицкая, которая ратует за ликвидацию киосков в центре. На Кильчицкую тут же накинулись депутаты Киевской рады. Ей пришлось объясняться и предложить Ткачу на выбор несколько мест для передислокации.

Российских бизнесменов тут не очень любят за стремление драться до последней капли крови — в Киеве компромисс начинают искать после первой. Но для этого надо понимать, с кем разговаривать. «Декларированных правил игры нет, чтобы понимать расклады, надо жить в Киеве, знать людей, мельчайшие детали их биографий, кто с кем встречается, кто где отдыхает», — говорит Роднянский. «То, что работает из Москвы — тут не работает, надо открывать полноценный офис», — вторит Мишель Паскалис, президент компании MLP, которая на деньги Александра Мамута, Виктора Вексельберга и украинского бизнесмена Геннадия Боголюбова построила логистический комплекс класса А под Киевом. Украина напоминает Паскалису Польшу до вступления в ЕС: местных крупных компаний мало, для многих предпочтительнее продажа бизнеса иностранцам. «Здесь есть вкус Запада, и это приятно», — улыбается француз.

Новости партнеров