03.10.2008 00:00

«Нам придется пережить массу наскоков и выпадов»

Иван Просветов Forbes Contributor
Семь вопросов Игорю Юргенсу

Этот международный визит нигде не анонсировался и не освещался в прессе. В разгар словесной войны между Москвой и Западом председатель правления Института современного развития (ИНСОР) Игорь Юргенс совершил турне по США и Западной Европе, где провел десятки встреч с политиками, бизнесменами и аналитиками. Попечительский совет ИНСОР возглавляет президент России Дмитрий Медведев, и хотя Юргенс уверяет, что никакого государственного поручения у него не было, его наблюдения наверняка пригодятся тем, кто отвечает за дальнейшие отношения России с Западом. Какие же впечатления вынес Юргенс из cтана вероятного противника?

Американский правящий класс готов к «холодной войне» 
с Россией?

Давайте разберемся, от кого исходит негатив. Это прежде всего республиканская партия, у которой за восемь лет пребывания у власти в международной сфере была только одна история успеха — закрепление в Грузии. Демократы настроены намного более взвешенно. Я беседовал в США с политическими деятелями далеко не малого калибра. У меня было примерно 15 встреч в Вашингтоне и не меньше — в Нью-Йорке. Со многими американскими собеседниками я потом общался по электронной почте и убедился, что у американской политической элиты наконец начинает прорисовываться четкая картина событий. Причем даже среди республиканцев, с кем я общался, люди, которым Россия не нравится по факту, в абсолютном меньшинстве.

Почему тогда антироссийская кампания продолжается?

Даже если республиканцы внутренне соглашаются, что Саакашвили совершил серьезнейшую ошибку, они, помня о партийной дисциплине и предвыборной борьбе, публично этого не признают. У демократов другой взгляд на вещи. Это подтверждается тем, что, когда 8 сентября конгрессмены собрались после каникул, не было принято никаких антироссийских решений. Более того, в кулуарах демократы говорят, что осетинский конфликт задуман ради Маккейна. Открыто обсуждать это они пока не решаются. От очень многих политиков я слышал такие слова: «Неужели нам нужно идти на поводу у этого грузинского парня, когда в мире столько проблем, которые нам хотелось бы решать совместно с Россией?!»

А какие настроения 
у американского бизнеса?

Примерно так: ситуация кризисная, но Россия нам не враг. Я пересказываю мнение очень крупных инвесторов, в том числе портфельных, работающих на российских биржах. Так думают даже сторонники республиканцев. Я беседовал с одним крупным бизнесменом — членом комиссии по России в штабе Маккейна. Он бывший дипломат, относится к нашей стране с большой симпатией. Но свое мнение высказывал как частное лицо, а не представитель лагеря республиканцев.

Когда закончится бегство иностранных инвесторов из российских активов?

Бизнес ждет позитивных новостей. А их не будет до завершения президентских выборов в США. Победа демократов не предрешена, они идут с республиканцами «ноздря в ноздрю». Если выборы выиграет «партия войны» и утвердится стратегия на конфронтацию с Россией, например будет разыграна украинская карта, то ситуация осложнится многократно. Что меня особенно беспокоит: конфронтация с США даст российской «партии войны» повод свернуть проект модернизации страны.

Вы считаете, что в России сформировалась «партия войны»?

У людей, которые сочиняют доклады и книги на тему «Россия — осажденная крепость», довольно много последователей. Я не стал бы преувеличивать их влияние в высших эшелонах власти. Несмотря на явное различие точек зрения по вопросам дальнейшего развития, там доминируют прагматичные настроения. Но вы ведь сами видели, какой всплеск патриотизма и антизападных настроений в народе дала «маленькая победоносная война» в Осетии. Если возникнет еще и украинский конфликт, «партия войны» поднимет голову, и общественное мнение, безусловно, будет на ее стороне. Государство проводит пока взвешенную политику, но если давление со стороны «ястребов» будет расти, проект модернизации свернут. У нас не хватит ресурсов и на конфронтацию с Западом, и на внутренние преобразования.

А как же разговоры о том, что Запад неизбежно пойдет на уступки России, поскольку зависит от наших энергоносителей?

Это просто несерьезно. Мы зависим от Запада так же, как он от нас. Закрутим вентиль — и потеряем ровно столько же, сколько они. Российская экономика составляет всего 2% мирового ВВП, и мы зависим от того, что происходит с остальными 98%. После США я встречался с политиками в Париже и Брюсселе. В Европе никому не нужен конфликт с Россией, но хочу подчеркнуть, что позиция ЕС по грузинскому вопросу определена отнюдь не опасением остаться без российского газа.

Получается, бизнес правильно делает, что занимает выжидательную позицию?

До завершения выборов в США нам придется пережить массу всяческих наскоков и выпадов. Серьезный разговор с американской стороной начнется где-то в январе, когда расстановка сил будет понятной. В этом диалоге, я уверен, нам будут помогать европейцы. По мере реализации плана Саркози коррекции поведения наших властей в конфликтах типа «Мечела» и ТНК-BP, по мере разрешения споров внутри экономического блока российского правительства на рынке должна случиться коррекция. Современная экономика — это экономика представлений и ожиданий. Как только политики начнут говорить более благожелательные вещи, по-новому заговорят и аналитики. Фундаментальные основания для дальнейшего роста российского рынка существуют и никуда не денутся.

Новости партнеров