Дырявый портфель

Почти 10 лет непрерывного роста фондового рынка развратили российских финансистов

За редким исключением в России нет первоклассных управляющих частными состояниями, инвестиционными и паевыми фондами. С этим утверждением можно, конечно, спорить, но попробуйте найти серьезных инвесторов, которые, имея выбор, доверят свои деньги российским финансистам (если не брать во внимание личные связи), а не американцам, немцам или швейцарцам.

Статистики по управлению частными состояниями нет, но можно взглянуть на рынок коллективных инвестиций. Лишь четырем из 29 российских открытых ПИФов акций, которые просуществовали на протяжении последних пяти лет, удалось обогнать индекс Фондовой биржи ММВБ. То есть каждому седьмому. В Америке результат выше рынка показал каждый четвертый взаимный фонд: по данным Standard & Poor’s, 28% активно управляемых фондов на промежутке в пять лет переигрывали индекс S&P 500.

В чем дело? Становление индустрии коллективных инвестиций в России проходило в специфических условиях. Она начала активно развиваться после кризиса 1998-го, а с 1999 года акции почти непрерывно дорожали — ни «дело ЮКОСа», ни банковские потрясения лета 2004-го не смогли сломить растущий ценовой тренд. На протяжении девяти лет управляющим фондов можно было особо не задумываться над торговыми стратегиями и моделями — покупай все подряд и жди, когда вырастут цены (что непременно происходило). С начала 1999-го по август 2008-го число ПИФов выросло в 60 раз — с 18 до 1087 (в том числе 520 открытых и интервальных), а стоимость их чистых активов с 415 млн рублей до 630 млрд рублей.

Сотнями миллиардов управляли в основном специалисты с техническим образованием. В середине-конце 1990-х профессиональных финансистов не хватало и в индустрию в массовом порядке приходили «технари», которые легко учились читать балансы или рассчитывать доходность/риск портфеля ценных бумаг. Конечно, многие из них получили впоследствии финансовое или экономическое образование, но хороший управляющий прочно ассоциировался в сознании инвесторов и владельцев банков и брокерских компаний с математиком, физиком или в крайнем случае радиоинженером. Глава хедж-фонда Diamond Age Слава Рабинович, в конце 1980-х эмигрировавший в США и имеющий возможность сравнить американских управляющих с российскими, говорит, что в России менеджерам фондов не хватает образования: «В США почти все управляющие имеют степень MBA. В России мало кто учился у первоклассных преподавателей».

В 2000-х новое поколение российских финансистов начало теснить «технарей» в управляющих компаниях и банках, но выпускников ведущих финансово-экономических вузов было явно меньше, чем требовалось. Их и сейчас на всех не хватает — Сбербанк, например, начинает подыскивать себе кадры среди талантливых студентов экономического факультета МГУ и Высшей школы экономики за несколько лет до окончания обучения. В целом финансистов и экономистов на рынке труда стало, конечно, больше, чем пять-десять лет назад, но так ли высок уровень их подготовки и образования? Один из худших результатов за последний год показал фонд облигаций «Ак Барс Капитал Консервативный» — минус 60% с августа 2008-го. Этим фондом управлял Максим Бугульминский, выпускник (2006 год) Татарского института содействия бизнесу (ТИСБИ) по специальности «финансы и кредит». Четверть активов фонда была вложена в облигации группы АЛПИ (красноярский производитель мяса птицы и торговая сеть), которая в числе первых отказалась платить по обязательствам.

В сентябре прошлого года, когда рынок обвалился, менеджеры оказались в полной растерянности. «Было ощущение, что жизнь кончилась — всему конец», — говорит портфельный управляющий «Пиоглобал Эссет Менеджмент» Александр Матюхин (ему 57 лет, он выпускник физфака МГУ, бывший преподаватель). Паи его «Фонда облигаций» (373 млн рублей на конец августа 2008 года) и смешанного фонда «Сбалансированный» (174 млн рублей) потеряли за год (с августа 2008 года) более 65% стоимости.

Большие потери многие фонды понесли еще и потому, что зарплата управляющих зависела от результатов их работы: чем быстрее растет стоимость чистых активов, тем больше бонус. В погоне за личной выгодой финансисты, развращенные непрерывным многолетним ростом фондового рынка, забыли об элементарной осторожности, махнув рукой на риск-менеджмент. Андрей Дернов (выпускник мехмата МГУ), управлявший фондом «Церих Фонд акций» (активы — 24 млн рублей), перед кризисом активно покупал акции второго эшелона, хотя фонд на них не специализировался. Во время финансовых потрясений эти бумаги особенно уязвимы, и в 2008 году фонд Дернова потерял 75% (индекс ММВБ упал на 67%). В начале года управляющий ушел из компании и пытается сейчас организовать свой фонд.

Даже фонды облигаций, которые по определению должны быть более консервативными и надежными, умудрились потерять по три четверти стоимости активов. «Максвелл Фонд облигаций» (активы — 176 млн рублей на конец августа 2008 года) одноименной управляющей компании осенью 2008-го был под завязку загружен «мусорными» облигациями. Многие из эмитентов — АЛПИ, ТД «Русские масла», «Банана-Мама» и др. — в итоге не смогли расплатиться с держателями бондов. Паи фонда подешевели за год на 75%. Президент группы «Максвелл Капитал» Дмитрий Кирпиченко говорит, что бумаги пришлось продавать по бросовым ценам. Кирпиченко уволил управляющего фондом (его имени он не называет).

В результате кризиса впервые с 2000 года число открытых и интервальных ПИФов сократилось до 520 (на 1 августа 2009 года). С сентября прошлого года был зарегистрирован всего лишь один открытый фонд акций. В первом полугодии 2009 года клиенты вывели из открытых фондов 6,6 млрд рублей. Управляющие компании еще осенью провели сокращение персонала. При этом менеджеры фондов редко уходят из профессии, они переходят в другую компанию или становятся частными инвестиционными консультантами. Рано или поздно рынок коллективных инвестиций восстановится — цены акций вырастут, появятся новые пайщики. Кто будет управлять их деньгами? Все те же люди.

Новости партнеров