Застрявший в Сибири | Forbes.ru
$59.03
69.61
ММВБ2131.91
BRENT62.74
RTS1132.45
GOLD1292.57

Застрявший в Сибири

читайте также
+143 просмотров за суткиПушистая лихорадка: 10 меховых аксессуаров +575 просмотров за суткиПодборка статей нашего первого главреда Пола Хлебникова +5882 просмотров за суткиАлександр Солженицын — Полу Хлебникову: «Им даже в голову не приходит покаяться» +4836 просмотров за суткиПодозреваемый в убийстве первого главреда российского Forbes Пола Хлебникова задержан в Киеве +2323 просмотров за суткиForbes рекомендует. Все самое важное и интересное за неделю +1799 просмотров за суткиBoston Dynamics научила своего робота прыгать и делать сальто назад +25006 просмотров за суткиШедевры миллиардера Рыболовлева. Forbes посчитал, сколько он потерял на произведениях искусства +678 просмотров за суткиКто и когда доказал, что Сахалин — остров +704 просмотров за суткиГлавный тренер «Спартака» Массимо Каррера: «Хочешь победить — соблюдай правила» +3765 просмотров за суткиЖурнал об успехе и для успешных людей. 15 миллиардеров поздравили Forbes со 100-летием +2375 просмотров за суткиКудесник или шарлатан. Была ли первая трансплантация головы +1461 просмотров за суткиВоля к жизни. НПФ «Будущее» сократит каждого пятого сотрудника до конца года +3208 просмотров за суткиДети — наше все: шесть способов уйти от советского мышления при воспитании наследников +2927 просмотров за суткиК новогоднему столу. Почему в России выросли цены на красную икру +7820 просмотров за суткиШантаж и мошенничество: Лондонский суд встал на сторону Хорватии в ее споре со Сбербанком +1688 просмотров за суткиКрыши мира: какие стартапы из США и Европы изменят рынок недвижимости в России +2827 просмотров за суткиОбуздание инфляции: рост цен больше не будет источником дохода +1216 просмотров за суткиБронежилет для смартфона. Как бизнесу защититься от вирусов-вымогателей +1735 просмотров за суткиБизнес нового поколения лидеров. Как ускорить рост стартапов в России +681 просмотров за суткиБывший глава IBM Луис Герстнер рассказал об умении принимать решения вовремя +937 просмотров за суткиМарина Науменко: «В нашем роддоме все сосредоточено вокруг мамы и новорожденного»
03.12.2009 00:00

Застрявший в Сибири

Илья Жегулев Forbes Contributor
Что сделал Александр Хлопонин на посту губернатора?

На берегу горного озера Виви среди непуганых птиц и зверей высится обелиск с позолоченным двуглавым орлом. Имперский символ в эвенкийской тундре символизирует центральную точку России — пуп Земли, как называют его красноярцы. После объединения с Таймыром и Эвенкией Красноярский край разлегся на пол-Европы прямо посреди карты страны. «Можно сказать, это модель российского государства в миниатюре», — говорит губернатор края Александр Хлопонин. Вот только плотность населения здесь в семь раз ниже среднероссийской — всего 1,2 человека на 1 кв. км.

Семь лет назад Хлопонина называли самым многообещающим губернатором в стране. Победив на выборах главы региона инсайдеров — спикера Законодательного собрания края и мэра регионального центра, — бывший гендиректор «Норильского никеля» стал восприниматься многими как политик федерального уровня, с премьерским, а то и президентским потенциалом. «Я не люблю зацикливаться на Красноярском крае», — признается Хлопонин. Но перемены во внутренней политике вынудили его отказаться от федеральных амбиций. «Конечно, он, скорее, застрял, — соглашается источник близкий к администрации президента. — Немножко компенсируется это тем, что работа творческая».

Простора для творчества в регионе достаточно, и Хлопонин проявил себя изобретательным и жестким управленцем. Корпорация развития края, вторая индустриализация Сибири, Красноярская агломерация, международный хаб в аэропорту «Емельяново», Сибирский федеральный университет — вот лишь несколько масштабных проектов, придуманных командой Хлопонина. Как обстоят дела с их реализацией?

 Владелец «Крастяжмаша» Ашот Тумасян смеется, вспоминая день, когда Хлопонин, тогда еще губернатор Таймырского автономного округа и кандидат в губернаторы Красноярского края, ворвался к нему в кабинет со словами: «Парни, денег не надо!» От бизнеса, работающего в крае, Хлопонину были нужны не деньги, а поддержка. Размер его избирательного фонда оценивался политконсультантами примерно в $50 млн — огромная сумма для региональных выборов. Основные спонсоры хлопонинской кампании, владельцы «Норникеля» Владимир Потанин и Михаил Прохоров не жалели средств на то, чтобы власть в крае досталась их выдвиженцу.

От предшественника, губернатора Александра Лебедя Хлопонину досталось тяжелое наследство. Долг краевой администрации доходил до 40% годового дохода. Чтобы реструктурировать бюджетные обязательства, новой команде пришлось брать кредит у дружественного Росбанка. Оставшиеся крохи распределял на коленке в ежедневном режиме выписанный из Норильска Александр Новак.

Кроме Новака, который теперь работает заместителем министра финансов, Хлопонин перетащил из «Норильского никеля» целую команду. Бывшему заместителю гендиректора «Норникеля» Льву Кузнецову доверили решение самой неотложной задачи — увеличение доходов края. Сосредоточиться решили на основных налогоплательщиках — «Русале», СУЭК, ЮКОСе, «Евразе», «Полюс Золота». В начале 2000-х все крупные компании регистрировались во внутренних офшорах, оставляя там прибыль. Главным налогоплательщиком был «Норникель», который и формировал до 70% доходов краевого бюджета. Нетривиальную задачу Кузнецов решал на изнурительных переговорах с собственниками. «Он знал, как устроен бизнес, и от него ничего нельзя было скрыть. Он просто выворачивал всех наизнанку», — рассказывает его бывший коллега по краевой администрации Юрий Олейников.

Хлопонина подключали к переговорам, когда нужна была тяжелая артиллерия. Как рассказывают свидетели, переговоры с Олегом Дерипаской растягивались на много часов. «Задача была не в том, чтобы нагнуть их и сказать: плохие вы, неправильно работаете, — вспоминает Хлопонин. — Бизнес ищет, где проще. Он как женщина. Или ты ей нравишься и она готова с тобой ходить в рестораны, или нет». В обмен на уплату налогов по месту производственной деятельности Хлопонин обещал собеседникам максимальное облегчение регулирующего режима. В течение года ему удалось договориться со всеми крупными компаниями, работающими в крае, кроме одной. ЮКОС на хлопонинские условия не пошел.

«Четыре года мы пробивали эту тему, и мы ее добили», — говорит Хлопонин. К 2006 году бюджет края вырос втрое.

 

 О богатстве края можно судить по его столице. В будний день в центр Красноярска не прорваться. Водители с правым рулем в пробке переругиваются с водителями с левым. Тех и других в центре России примерно поровну. По уровню автомобилизации столица края занимает второе место в стране после Владивостока. На трех красноярцев приходится по одному автомобилю. В середине десятилетия Красноярск вошел в число лидеров и по объему вновь возводимого жилья на душу населения.

Когда у граждан есть деньги на жилье и автомобили, бизнесу не нужно особой поддержки. На ветхой стене арки, ведущей к бомбоубежищу, больше десятка вывесок — от «компьютерного сервиса» до «центра подготовки охранников». «В малом и среднем бизнесе мы не привыкли считать инвестиции, потому что там нарастают активы просто взрывообразно. Количество субъектов выросло до 49 000», — рассказывает заместитель мэра Красноярска по экономике Татьяна Зеленская.

Прямо напротив здания краевой администрации из земли торчит толстая грязно-серая труба. Недострой образовался лет десять назад, когда власти города надумали вырыть на этом месте первую станцию метро. За это его и называют «памятником Пимашкову» — мэру Красноярска, в 2002 году боровшемуся с Хлопониным за место губернатора.

Петр Пимашков руководит городом с 1996 года. В спортивном костюме и кепке он вместе с горожанами делает зарядку в центре города, в каске ходит по стройкам, прилюдно отчитывая подчиненных. В народе Пимашкова часто называют Петр Фонтаныч — при нем сибирский город стал третьим в стране по количеству фонтанов.

Вдоль забора, огораживающего стройку, разместились пестрые палатки. Над одной из них вывеска «Все включено», за стеклом — ярко-зеленые стены и пара столов с компьютерами. У хозяйки Марины Левиной салон мебели, бутик итальянских вин и несколько офисов своего турагентства. Почему в самом центре столицы богатого края вдруг палатки? «Они закрывают неблагоприятный вид напротив администрации», — рассуждает Левина. Она уверенно смотрит в будущее: метро будет строиться еще долго, а проверяющие донимают малый бизнес не очень сильно.

Не боится проверок и хозяин местной кофейни «Кофе In» Сергей Лившиц, хотя, по его словам, к ресторанному бизнесу в городе предъявляют такие требования, которые выполнить невозможно. Например, керамическими чашками пользоваться нельзя, можно только одноразовыми стаканчиками. Несмотря на это правило, в кафе, барах и пивных, которыми усеяны центральные улицы, мне ни разу не пытались предложить пить из пластика. «Мне кажется, мэру просто нужен крючок, на котором можно держать бизнесменов, — размышляет Лившиц. — Но пока он его ни разу не использовал».

Больше всего красноярских предпринимателей раздражают неофициальные сборы при открытии бизнеса. На них, по словам моих собеседников, может уйти до 10% от бюджета на стартап. В дальнейшем, правда, редко кого беспокоят поборами. «Мы по собственной инициативе деревья сажаем, от нас никто этого не требует», — рассказывает владелец торговой сети «Командор» Олег Сипетый. Мы беседуем в единственном торговом центре, который Сипетый строил с нуля, — обычно он покупает или арендует места под магазины в уже построенных зданиях. «Это здание мы строили пять лет назад, когда был тот еще бардак, — рассказывает предприниматель. — Сначала начали строить, потом задним числом документы подали».

В прошлом году эксперты из Европейского университета и Независимого центра социальной политики обнародовали результаты исследования «Правила игры», в котором оценивалась высота административных барьеров для «пришлого» бизнеса в семи регионах России. Регионы были поделены на красные («входа нет»), желтые («войти трудно») и зеленые («войти легко»). Единственным ультразеленым регионом оказался Красноярский край. «Там настолько сильный бардак в вопросах разрешительных процедур, что бизнес чувствует себя прекрасно, потому что этот бардак не репрессивный», — резюмировал проректор Европейского университета Вадим Волков.

Хлопонин предпочитает не ссориться с Пимашковым. Хотя еще летом 2007 года губернатор откомандировал своего зама Виталия Боброва в первые замы красноярского мэра, краевая администрация не стала мешать Пимашкову переизбраться на четвертый срок в марте 2008 года. Хлопонина не вдохновляет опыт коллеги по «Норникелю» губернатора Тверской области Дмитрия Зеленина, при котором мэр Твери угодил в тюрьму. «Люди человека избирают, система устоявшаяся, все работают по определенным правилам игры. Разрушить проще всего», — говорит Хлопонин.

 

 В городские дела губернатору вмешиваться не с руки — он привык мыслить более масштабно. «Положили карту и посмотрели, что у нас с экономическим потенциалом, людским ресурсом, образовательной системой, с бизнесом, в чем наши преимущества и недостатки, — рассказывает Хлопонин о первых шагах своей администрации. — Выяснилось, что ключевой конкурентный недостаток — удаленность от рынков сбыта: 4000 км до Европы, 4000 км до Азии. Напрашивается простой вывод. Либо мы можем добывать природные ресурсы, либо надо создавать продукцию такого высокого передела, чтобы доля транспортных расходов в себестоимости не превышала 5–10%».

До перерабатывающих производств в Красноярском крае руки пока не дошли, как и в остальной стране. Наступили тучные годы — и проект строительства Богучанской ГЭС оказался очень кстати. Электростанцию начали возводить еще в 1980 году, а когда большая часть уже была построена, деньги кончились. В конце 1990-х интерес к проекту проснулся у алюминщиков. Глава РАО ЕЭС Анатолий Чубайс несколько лет спорил с Олегом Дерипаской о том, как разделить расходы на достройку ГЭС и строительство алюминиевого завода. Договорились уже при Хлопонине. Губернатор тем временем подтянул в Нижнее Приангарье еще одного инвестора. Внешэкономбанк согласился проинвестировать строительство поблизости от ГЭС целлюлозно-бумажного комбината и завода пиломатериалов. В итоге проект по развитию Нижнего Приангарья стал первым и самым крупным проектом Инвестфонда России, который зарезервировал для края 32 млрд рублей на инфраструктуру.

Сейчас, правда, у «Русала» нет денег на строительство завода, и его завершение перенесено на 2014 год. ВЭБ ограничился тем, что оформил землеотвод и нарисовал проект. Государство тоже тормозит финансирование — из положенных на этот год 14 млрд рублей получено только 6 млрд рублей. Зато после аварии на Саяно-Шушенской ГЭС Богучанка строится ударными темпами.

С реализацией другой масштабной затеи — строительства международного хаба в аэропорту «Емельяново» — подвел базовый перевозчик. Владелец аэропорта авиакомпания «Красэйр», принадлежащая братьям Александру и Борису Абрамовичам, выжила из «Емельянова» самых серьезных конкурентов — «Аэрофлот», «Трансаэро» и S7. Цены у монополиста взлетели до небес. «Были случаи, когда в Москву приходилось лететь за 35 000 рублей в один конец экономклассом», — жалуется вице-президент Юниаструм Банка красноярец Андрей Болсуновский. Самые умные предпочитали добираться до столицы на перекладных: на поезде до Новосибирска и уже оттуда самолетом. Монополизм Абрамовичей поддерживался краевыми властями. «Они занимались еще транзитом и авиацией средней дальности, — оправдывается Хлопонин. — Худо-бедно 300 000 пассажиров со всех территорий компания привозила. А что интересно было «Аэрофлоту», S7? Сесть на маршрут Красноярск — Москва. А кто остальным будет заниматься?»

Сейчас дорога открыта: «Красэйр» разорился, аэропорт перешел к краю. Благодаря конкуренции из Москвы в Красноярск можно теперь долететь за смешные 2500 рублей. В идее пассажирского хаба Хлопонин разочаровался. «Ввели меня в заблуждение господа Абрамовичи, сказали, что можно развивать хаб до 6 млн пассажиров, — признает губернатор. — Нет такого пассажиропотока, и не будет никогда. Хаб нужно делать, но не пассажирский, а для транзита грузов. С этой точки зрения Красноярск — уникальное место».

Но вот незадача: с грузовыми перевозками дела тоже идут ни шатко ни валко. «Сибирь карго сервис», построившая грузовой терминал в аэропорту еще год назад, никак не может его запустить. Не дает разрешения руководство аэропорта. В чем причина? Обслуживанием грузоперевозок в аэропорту занимается компания «Эра карго», которую контролируют все те же братья Абрамовичи. «В результате не хаб получился, а хап», — иронизирует владелец торговой сети Сипетый.

 

 Бывший губернатор Эвенкии Борис Золотарев с грустной улыбкой смотрит на экран: от Красноярска расходятся симметричные лучи — в Азию, Европу и Америку. Ему было поручено воплощение еще одной суперидеи — создание агломерации из Красноярска и близлежащих городов-спутников. Это позволило бы увеличить численность населения краевой столицы почти на 200 000 человек, до 1,1 млн с лишним. План был прост: вложив полтриллиона бюджетных рублей, получить к 2020 году триллион инвестиций и еще два триллиона налогов. «Мы рассмотрели более 100 проектов. Инвесторы тридцати пяти из них готовы были заходить на территорию, — говорит Золотарев, теперь директор компании «Красноярск-2020», ответственной за строительство агломерации. — Сейчас из всех проектов остались дай бог один-два».

С агломерацией пока ничего не выходит, зато Хлопонин умудрился выиграть федеральный конкурс и заполучить в Красноярске Сибирский федеральный университет, на развитие которого центр выделил более 10 млрд рублей. Конкуренты были весьма серьезные — академический Новосибирск и студенческий Томск, так что победа вызвала недоумение даже у некоторых красноярцев. «Он могучий пиарщик и отличный лоббист», — объясняет успех Хлопонина профессор географического факультета МГУ Наталья Зубаревич.

Другой масштабный проект, плоды которого красноярцы смогут пожинать уже в следующем году, — разработка Ванкорского нефтегазового месторождения. С 2003 года «Роснефть» вложила в Ванкор и строительство 500-километровой трубы около $5 млрд, и в 2010 году краевой бюджет получит от нефтяников свои первые 11 млрд рублей.

Сейчас Хлопонин загорелся новым нефтяным проектом — разработкой Юрубчено-Тахомского месторождения. По себестоимости добычи проект обещает быть очень дорогим, но «Роснефть» уже приняла решение тянуть еще одну 600-километровую трубу и в 2010 году инвестирует 40 млрд рублей. Одно огорчает губернатора: пока непонятно, как организовать транспортировку газа, которого там тоже достаточно.

А что с перерабатывающей промышленностью? Пока в Красноярском крае делали ставку на сырьевиков, переработчики размещали новые производства у соседей. «В Кемеровской и Новосибирской областях развивалась переработка продуктов питания, а у нас источники дохода были слишком большие, чтобы развивать мелкий и средний бизнес», — говорит ритейлер Сипетый. Основную часть продуктов для своей сети ему приходится завозить издалека. После кризиса краевые власти решили поддержать местных производителей, приняв специальный закон о субсидировании ритейлеров из бюджета. Сетевики нашли местных поставщиков, снизили цены, но компенсаций так и не дождались. Чтобы получить субсидии, нужно возить грузовики документов, жалуется Сипетый. «Честно говоря, уже не хочется этим заниматься», — говорит предприниматель.

И все-таки делать бизнес в Красноярском крае Сипетому нравится. «Все, что дальше на восток, более криминально, на запад — более зарегулировано». Владелец кофеен Лившиц видит главное преимущество в другом: при Лебеде власть все время напоминала о себе, а теперь ее можно просто не замечать.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться