03.04.2010 00:00

Осталось разгрести долги

Ситуация с плохими банковскими кредитами нормализуется только к 2012 году. До этого банкам придется уделять большое внимание ликвидности.

Мировой финансовый кризис оказал особенно сильное влияние на российскую банковскую систему. Осенью 2008 года на рынке резко сократилась ликвидность. Беспрецедентные вливания государственных средств позволили избежать коллапса финансовой системы и массовых дефолтов банков, но количество проблемных долгов с тех пор только росло, достигнув своего пика к концу 2009 — началу 2010 года. К середине нынешнего года, как ожидает Standard & Poor’s, тренд развернется и доля плохих долгов начнет падать — спасибо постепенному улучшению макроэкономической ситуации и общемировой конъюнктуры. Однако мечтать о восстановлении качества кредитных портфелей до докризисного уровня в ближайшие два года точно не стоит.

Как мы и прогнозировали, проблемная задолженность, с учетом реструктурированных кредитов, достигла к началу 2010-го примерно 40% совокупной задолженности клиентов российских банков. По данным Центрального банка, в конце 2009 года наиболее проблемные кредиты составили около 9,6% от общего объема ссуд, еще около 25–30% было реструктурировано. В абсолютном выражении это около $280 млрд.

Показатели так плохи по многим причинам: это и недостатки риск-менеджмента и корпоративного управления, и высокий уровень концентрации бизнеса банков на отдельных заемщиках или отраслях. Но было еще одно обстоятельство: подавляющее большинство кредитов в России краткосрочны, а в кризисных условиях это взрывоопасно. Из-за отсутствия длинных ресурсов банки не стремились кредитовать на большие сроки, да и клиенты, рассчитывая на снижение процентных ставок в будущем, брали короткие кредиты даже для финансирования долгосрочных проектов в надежде перекредитоваться. Кредитный шок оказался настолько глубоким как раз потому, что эта долговая спираль неожиданно прервалась. И именно накопленный груз проблемной задолженности сдерживает сейчас аппетиты банков по дальнейшему наращиванию кредитов.

Получается замкнутый круг? Не совсем. Как это ни парадоксально, но кризис заставил банки тщательнее отбирать заемщиков, и нынешний рост кредитования можно назвать более здоровым. Мы ожидаем, что в 2010 году нетто-прирост совокупных кредитов в российской банковской системе будет не менее 10% и это в какой-то мере снимет остроту проблемы плохих долгов.

Есть и еще один нюанс. Да, плохих долгов много, но, по нашим оценкам, только треть из них (или 15% от общего количества выданных ссуд) могли бы привести к реальным потерям для банков, да и то если бы они их признавали. Лишь немногие российские банки пытаются банкротить заемщиков, большинство предпочитают реструктурировать кредиты и занять выжидательную позицию. Так что списания кредитов мизерны и по факту не превысят 5% совокупных ссуд российской банковской системы. Даже активно обсуждаемые в прессе изъятия активов у проблемных заемщиков, по оценкам Standard & Poor’s, все еще не превысили 5%-ный порог в среднем по системе, что не столь значительно по сравнению с опытом многих предыдущих кризисов в развивающихся странах.

Этот опыт, кстати, показывает, что даже с очень большими проблемными кредитами банки могут жить десятилетиями при условии достаточного уровня ликвидности (его могут обеспечивать государство или клиенты за счет притока новых вкладов). Банки не выполняют свои обязательства перед клиентами и кредиторами прежде всего из-за банального недостатка денег. Рост проблемной задолженности провоцирует ухудшение ликвидности банков, но это может нивелироваться внешними вливаниями средств. На пике, в конце зимы — начале весны 2009 года, средства государственной поддержки составляли до 15% обязательств банковской системы, то есть по меньшей мере $120 млрд. В результате активной борьбы банков за клиентские вклады, сокращения потребления, инвестиций и, в частности, роста сбережений (доля сбережений в доходах населения почти удвоилась до 14% с середины 2008 года), им удалось повысить уровень ликвидности. В 2009 году розничные вклады выросли почти на 27%, что позволило банкам начать постепенно возвращать государственные средства.

В основном именно массированная государственная поддержка ликвидностью, смягчение надзорных требований по отражению проблемной задолженности и приток розничных вкладов позволили избежать коллапса банковской системы из-за плохих долгов. Хотя проблемная задолженность в российской банковской системе ненамного ниже уровня кредитных проблем, например, казахских или украинских банков, по которым финансовый и экономический кризис ударил куда серьезнее.

Высокая проблемная задолженность резко повышает уязвимость банков к внешним и внутренним шокам, снижает динамику бизнеса, инвестиционную привлекательность и рентабельность банков. Природа банковского бизнеса сама по себе предполагает наличие проблемной задолженности, но без скорейшего улучшения качества кредитов российских банков, по крайней мере до уровня доли проблемной задолженности менее 10%, нельзя будет говорить о полноценном восстановлении работоспособности системы.

Восстановление качества кредитных портфелей будет зависеть от того, как скоро восстановится российская экономика. При нынешних темпах доля проблемных кредитов опустится ниже 10% не ранее 2012 года. Все это время высокая уязвимость банков к внешним и внутренним шокам потребует пристального внимания со стороны государства и его постоянной готовности поддержать их с помощью финансовых вливаний.

Автор — директор группы рейтингов финансовых институтов парижского офиса рейтингового агентства Standard & Poor’s

Новости партнеров