Тень Евросоюза | Forbes.ru
сюжеты
$58.77
69.14
ММВБ2143.99
BRENT63.26
RTS1148.27
GOLD1256.54

Тень Евросоюза

читайте также
+1098 просмотров за суткиКонкуренция — новый профсоюз. Кадровый голод выгоден сотрудникам +11962 просмотров за суткиСамые рентабельные актеры Голливуда — 2017. Рейтинг Forbes +65062 просмотров за суткиНавечно в моде. Культовые автомобили с неизменным дизайном +1156 просмотров за суткиМолекулярные ножницы. Молодая компания создала новый фермент для редактирования ДНК +1438 просмотров за суткиМарк Цукерберг рассказал о «магии технологий» в борьбе с болезнями +2633 просмотров за суткиСтоит съесть: ризотто по-бородински в Uilliam's, тайский суп в Insight, хумус в Carmel +4802 просмотров за суткиОдна вокруг света: как отремонтировать корейскую машину в Африке +1606 просмотров за суткиДивный мир инстаграма. Как правильно использовать блогеров для бизнеса +6850 просмотров за суткиБесплатный iPhone. Почему операторы в России не раздают смартфоны в обмен на контракт +82 просмотров за суткиРеформатор года: Владимир Александров получил национальную премию «Лучший корпоративный юрист 2017 года» +25608 просмотров за сутки«Национальный позор». Что говорят политики и экономисты о приговоре Улюкаеву +79 просмотров за суткиИнвестировать пока не поздно: Villagio Estate о том, почему вкладывать деньги в загородную элитку надо как можно быстрее +2056 просмотров за суткиВиртуальное безделье. Работодатели расплачиваются за интернет-серфинг сотрудников +1030 просмотров за суткиКто долго запрягает, тот быстро едет. «Медленные» ICO скоро победят «ниндзя» +19508 просмотров за суткиРывок вниз. Что будет с рублем после снижения ключевой ставки +3278 просмотров за суткиВозле биткоина: для каких компаний опасен конец криптохайпа +11293 просмотров за суткиКак рыбак к президенту ходил, или Почему дальневосточная рыба стоит 300 рублей +31359 просмотров за сутки10 самых высокооплачиваемых спортсменов в истории. Рейтинг Forbes +566 просмотров за суткиНеделя потребления: новый Bentley, открытие Zilli и победа Lufthansa +1370 просмотров за суткиСуд приговорил Алексея Улюкаева к 8 годам колонии строгого режима +519 просмотров за суткиПьер Моно: «Мы лечим рак и сохраняем пациенту орган»
03.06.2010 00:00

Тень Евросоюза

Федор Лукьянов Forbes Contributor
Геополитика

Россия всерьез берется за восстановление экономического единства постсоветского пространства. Ставка делается на реинтеграцию рынков и производственных цепочек — будь то Таможенный союз или объединение активов с Украиной. Правда, призывы к слиянию российских и украинских компаний в стратегических отраслях — газовой, атомной, авиастроительной — воспринимаются в Киеве как угроза суверенитету. Между тем они воспроизводят принципы, положенные 60 лет назад в основу европейской модели, которую принято считать эталоном мирного и выгодного всем совместного развития.

Жан Монне, идеолог объединения Западной Европы после Второй мировой войны, эмпирически пришел к интеграционной формуле: наличие масштабной политической цели (обеспечение прочного мира), опора на выгодные участникам экономические средства (объединение стратегических активов для минимизации издержек) и соблюдение равноправия за счет паритетного делегирования суверенных функций наднациональным органам. Прообразом ЕС стало Европейское объединение угля и стали (ЕОУС), в рамках которого недавние смертельные враги Франция и Германия пошли на слияние отраслей, генерировавших войны. Следующим шагом, кстати, было создание Евроатома — агентства по развитию революционных в ту пору атомных технологий.

В российско-украинском случае формула Монне применима, но стороны к этому не готовы. Цель та же, что и тогда: сохранение мира и стабильности в Европе. Конечно, отношения между Россией и Украиной, слава Богу, не сравнить с франко-германскими после двух мировых войн. Однако логика становления независимой друг от друга государственности чревата конфронтацией именно в силу близости — Москва по геостратегическим причинам хочет сохранить Киев в своей орбите, Киев, напротив, в интересах национально-государственного выживания ищет внешние альтернативы. Это противоречие может подводить к опасной черте. Во время грузинской войны Россия и Украина почти буквально оказались по разные стороны фронта, а конфликты в газовой сфере порождали кризисы общеевропейского масштаба.

Идея Монне, что интеграция должна начинаться именно в наиболее конкурентных сферах, дабы соперники были заинтересованы в совместном успехе, соответствует российско-украинской ситуации, например в ТЭК или ВПК. Тем более что элементы советского народно-хозяйственного комплекса, разделенного «по живому», за 20 лет в полной мере так и не адаптировались к самостоятельному существованию. То есть первые две составляющие плана Монне, касающиеся цели и средств, реализуемы. Ключевым, однако, является третий компонент — политическое равноправие.

Учредители ЕОУС (Франция, Германия, Италия и вместе взятый Бенилюкс) были общностями сопоставимого экономического и политического калибра — они могли на паритетных основах обсуждать делегирование полномочий. Процесс все равно был крайне сложным, но спасала возможность гибкого баланса. Сближение на постсоветском пространстве с участием России предполагает гигантскую асимметрию с угрозой поглощения. Так, развитие Союзного государства России и Белоруссии полностью застопорилось в начале 2000-х годов, когда Владимир Путин, отложив в сторону риторику о братстве и дружбе, предложил Александру Лукашенко «честную» интеграцию пропорционально размеру ВВП — 97 к трем. Поэтому либо все потенциальные партнеры будут искать противовесы на стороне, либо Москве придется пойти на серьезное самоограничение, поступившись сиюминутными преимуществами ради долгосрочных перспектив воссоздания единого пространства. До недавнего времени Россия такой готовности не демонстрировала, сейчас, правда, ситуация начинает меняться. Например, Таможенный союз, если он заработает в полную силу, потребует явных уступок партнерам.

Еще одной проблемой является тот факт, что в Западной Европе к моменту начала интеграции сложился геополитический статус-кво, гарантом которого выступали Соединенные Штаты. На постсоветском пространстве в этой роли выступать может только сама Россия, но как раз она пока окончательно не определилась с отношением к существующему положению вещей. Тем не менее новый подход необходим. Перемены на глобальной арене демонстрируют: помогать постсоветским странам особенно некому, у всех хватает куда более важных забот. Москва, не найдя верного тона и правильной стратегии, вполне может не справиться с функцией интегратора. Однако пострадают от этого не только амбиции России, но и стабильность всего евразийского пространства, от которой зависит и мир XXI века.

 

Автор — главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться