Бизнес на эмоциях | Forbes.ru
сюжеты
$56.41
68.96
ММВБ2257.89
BRENT69.61
RTS1261.09
GOLD1335.32

Бизнес на эмоциях

читайте также
+20404 просмотров за суткиМиллиардер Олег Бойко рассказал, что делает людей счастливыми +28 просмотров за суткиЖурнал об успехе и для успешных людей. 15 миллиардеров поздравили Forbes со 100-летием +915 просмотров за суткиСекреты миллиардеров. Зачем Олег Бойко по ночам включает диктофон +2 просмотров за суткиМиллиардер Олег Бойко инвестирует в финтех $150 млн Удачная комбинация: государство окончательно монополизирует лотерейный рынок Как миллиардер Олег Бойко строит бизнес по микрофинансированию Как торговать на бирже: советы состоятельных трейдеров Олег Бойко: «Кино — вещь до конца не просчитываемая» Миссия выполнима: зачем миллиардер Бойко тратит миллионы на параспорт Как стать миллиардером: «внутренний дятел» и другие необходимые качества Время микробанкиров: почему бизнесмен Дымов вложил $3 млн в сервис Moneyman Эра «новых русских»: портреты первого десятилетия российского бизнеса Как не превратить партнерство в конфликт интересов На Центральном ипподроме вновь открыт тотализатор. Фоторепортаж Чего хотят участники списка Forbes от власти? Предвыборная программа бизнеса Предприниматели о бизнесе: самые яркие цитаты 2011 года Российские бизнесмены отдыхают в Юрмале 33 российских паралимпийца собрали больше медалей, чем 175 олимпийцев Плавильный котел Патентованные миллиардеры

Бизнес на эмоциях

Иван Просветов Forbes Contributor
Президент холдинга Finstar Олег Бойко прошел путь от кооператора, торговавшего компьютерами, до участника списка богатейших россиян с состоянием $1 млрд. По просьбе Forbes он вспоминает лихие 1990-е и коварные 2000-е

Я всегда относился к бизнесу как к игре. Мне никогда не хотелось добиться каких-то экстраординарных результатов; просто было интересно испробовать новые возможности и варианты самореализации. Я пришел в бизнес позже многих, когда какие-то ходы были уже понятны. В конце 1980-х мало кто не торговал компьютерами (на компьютеризацию в СССР были выделены огромные деньги), и я занялся ровно тем же самым, просто что-то делал по-своему. Честно говоря, лично у меня были сомнения, что все это всерьез и надолго. Казалось, сейчас выявят всех самых активных, возьмут на заметку и — в худшем случае — изолируют от общества. Поэтому я долго сомневался, что делать дальше, и по сути пропустил первые два года первоначального накопления капитала в стране.

Только когда бывшие кооперативы начали превращаться во что-то крупное и серьезное, появились первые чековые фонды («Менатеп», «Альфа-Капитал» и другие), я поверил, что пришло время частного предпринимательства. Примерно в 1992 году зародился будущий олигархический кружок. Я общался со всеми его участниками, с кем-то начинал совместный бизнес. Но и тогда бизнес оставался для меня неким развлечением. Поэтому я не участвовал в приватизации и залоговых аукционах — у меня никогда не было даже в мыслях задачи «охватить весь этот мир». Когда все операции еще координировались между основными игроками (таких было максимум десять) и устраивались совместные совещания о том, кто какие объекты хочет приватизировать, я отказался от участия в любых проектах. Решил, что буду лучше заниматься финансовым бизнесом — он мне интереснее.

Конечно, это было захватывающее и возбуждающее время, но меня не покидало ощущение гротеска, буффонады. Как так, вчерашние совсем еще молодые люди вдруг оказались на самом верху? Я думал, это не более чем странный изгиб судьбы, прихоть переломной эпохи. Хотя на самом деле все предприниматели первой волны, которых вынесло наверх, не были случайными людьми. У каждого можно было чему-то поучиться (кстати, почти все они — так или иначе, там или здесь — до сих пор на плаву). В 1993 году Владимир Гусинский, Александр Смоленский и я учредили первую частную телекомпанию — НТВ. Гусинский отличался агрессивным темпераментом и умением вовлекать людей в свою орбиту, Смоленский убеждал логикой. Для меня было примером их умение выстраивать, поддерживать и развивать нужные связи.

В то время все новые бизнес-возможности, по сути дела, давало государство, и оно же их полностью регулировало. Поэтому кто был с государством в диалоге, кто умел координировать свои интересы с интересами власти, тот держал руку на пульсе и мог проникать туда, где возникала сверхприбыль. Не могу сказать, что мне нравились интриги, но, если вступаешь в игру, нужно придерживаться правил и пользоваться возможностями. Иначе нет смысла играть. Главное — никого не обманывать.

Приватизация прошла, рыночные отношения в общем и целом сформировались — и начался иной этап с иными условиями. Кризис 1998 года многое скорректировал. Я к тому времени вышел из банковского бизнеса и в конце 1990-х вместе с Александром Абрамовым создал «Евразхолдинг» — мы скупили долги нескольких металлургических предприятий и «конвертировали» их в контрольные пакеты акций.

Партнерство с Абрамовым сильно поменяло мои взгляды на бизнес. Абрамов — человек бесконечно терпеливый и толерантный даже к проявлениям агрессивности со стороны партнеров и контрагентов. Он старался избегать конфликтов с кем бы то ни было и всегда умудрялся находить компромиссы. Работая с ним, я понял, что компромиссы, а не агрессия — самое серьезное оружие в бизнесе. Агрессия хороша, когда ты явно сильнее остальных, причем и ты это знаешь, и другие. В России в то время на волне постприватизации разыгрывались гораздо более сложные комбинации, чем на первых этапах. Количество разных конкурентов, интересантов и людей, от которых зависели сделки с участием государства, выросло многократно. Игра стала многомерной, было очень сложно понять, откуда может нагрянуть опасность. Серьезные сделки заключались без адекватного юридического обеспечения, и риски поведения твоих контрагентов были самыми существенными рисками. Выстроить такие отношения, которые сведут эти риски к минимуму, — это была самая сложная задача, с которой Абрамов, на мой взгляд, гениально справился.

Я был гораздо жестче, агрессивнее по своей природе. Меня очень раздражали люди, которые пытались меня обойти, обмануть или как-то использовать. Которые за моей спиной нарушали обязательства, вели интригу и при этом продолжали весело обниматься и глядеть в глаза. Такие ситуации я мгновенно превращал в скандал. А потом отучился, потому что понял: терпеливость — едва ли не самое главное в бизнесе. Терпеливость, дипломатичность, искусство компромиссов и умение вести многомерную игру. Любое яркое достижение в бизнесе основано на том, что кто-то смог организовать некое количество дееспособных людей с понятной для всех целью. Любой большой проект — это совокупность внешних и внутренних участников (менеджеров и сотрудников, партнеров и контрагентов). И если с ними не отстроены отношения, если они не мотивированы вести дело именно с тобой, в конечном счете ничто не срастется. Любые крупные дела — это прежде всего эмоциональное лидерство и коммуникации. Умение мотивировать людей, создавать вокруг себя такую среду, чтобы им было интересно с тобой работать и общаться. Люди в таком случае становятся твоими союзниками независимо от того, контрагенты они, представители власти или даже конкуренты. Потому что человек в конечном счете живет ради эмоций.

С некоторых пор я сформулировал свою теорию поведения: любой человеческий поступок направлен на получение эмоций. Самых простых — таких как утоление жажды — и сложных, относящихся к удовлетворенности жизнью. Одному хочется власти и влиятельности, другому — творческой реализации, третьему — материального комфорта. Вспоминаю Гусинского или Березовского — они делали бизнес «на взводе», в состоянии перманентной борьбы или даже войны, потому что им нравилось такое состояние души. Я по-прежнему воспринимаю бизнес как игру.

Возможно, мой интерес к эмоциям в будущем станет моим главным хобби. Я сейчас занимаюсь непростой темой: что и как составляет человеческое счастье, ощущение полноты и удовлетворения в жизни. Готовлю глобальную концепцию — выводы из наблюдений за успешными и счастливыми людьми, синтез самых подтвержденных технологий и методов достижения удовлетворенности жизнью. Конечным результатом, скорее всего, будет некий обучающий курс, система тренингов. Мне совсем не близки те школы психологического оздоровления, которые пытаются увести людей из реальности куда-то «на облачко», в нирвану. Я считаю, что человек — существо созидающее. А предпринимательство — это один из многих способов проявить себя.

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться