03.12.2011 00:00

Земля Паганеля

Игорь Сердюк Forbes Contributor
Рэндалл Грэм — калифорнийский винодел, который прославился вопреки правилам бизнеса

В начале восьми
десятых, придумывая себе прозвище «ронский рейнджер» (Rhone Ranger), американский винодел Рэндалл Грэм обыгрывал образ одинокого рейнджера (Lone Ranger) из старых фильмов. Но уже тогда он был гораздо больше похож на Паганеля из романа Жюля Верна, чем на романтического героя-одиночку. С годами это сходство усилилось. Теперь он носит круглые очки, собирает длинные волосы в хвост и рассеянно ошибается.

Это было время, когда обитатели Штатов лишь начинали отвыкать от крепких и очень сладких вин, которые они, как и мы, называли портвейном, и переходили на полусухой зинфандель, который они почему-то называли белым. Поэтому любой, кто брался рассуждать о сортовых и терруарных особенностях, выглядел эпатажным эксцентриком. Такую славу Рэндалл Грэм и заработал — о нем стали говорить и писать как об эксцентричном калифорнийском виноделе, который творит необъяснимые чудачества, но производит при этом великолепные вина.

Когда в молодости Рэндалл Грэм увлекся вином, то сначала ему показалось, что весь мир вслед за ним должен полюбить калифорнийское пино нуар. Его небольшое хозяйство Bonny Doon расправило паруса и взяло курс на новые — пробургундские — горизонты калифорнийского виноделия. Но спустя несколько лет Рэндалл Грэм понял, что счастье находится где-то не там, и вместо Бургундии он провозгласил утерянным раем Долину Роны. Сам он взял на себя миссию «ронского рейнджера» и пустился в крестовый поход на отвоевание виноградников Калифорнии у неверных, сторонников каберне и мерло. Воображаемая яхта, которой он указывал путь, теперь искала обетованную землю для ронских сортов — гренаша, шираза и вионье.

Флотилия Паганеля тем временем разрасталась. Ему начинали завидовать виноделы. В его честь имя Rhoneranger присвоили новому астероиду. Он начал писать в прессе, его очерки стали популярны. Этикетки его вин излучали иронию, вина подкупали яркостью аромата и доступностью цен. В 2006 году объем продаж Bonny Doon достиг 5 млн бутылок — неплохой результат для эксцентричного философа, около 20 лет тому назад решившего попробовать себя в качестве винодела.

Однако туманный берег, который Рэндалл Грэм называл подлинным калифорнийским терруаром (уникальной территорией), по-прежнему терялся вдали. Вина, которые приносили наибольшую прибыль, стали ему казаться просто коммерческими. «Я говорил о терруаре, но я не делал того, к чему призывал других. И я захотел наконец соответствовать своим принципам», — рассказывал Грэм в одном из интервью.

И тогда Рэндалл Грэм решил сбросить балласт. Он продал или свернул выпуск вин-бестселлеров, таких как Big House, Pacific Rim, Old Telegram, Clos de Gilroy, а все производство перенес на бутиковую винодельню с рестораном в городе Санта-Крус. Усилием воли он сократил объем своего бизнеса более чем в 10 раз — с 450 000 до 35 000 ящиков вина в год. Вдохнул побольше воздуха и задумался о новом пути.

Он решил, что сделать калифорнийское вино по-настоящему терруарным, то есть заключающим в себе гений места и соль земли, можно лишь породнив лозу с землей с самого начала, с рождения, — посадив в землю не французские саженцы, а семена. И не создавая тепличных условий — не поливая и не удобряя. Теперь он называл себя Rhone Deranger — «ронским бузотером», как бы признаваясь в ошибках молодости.

Человек, знакомый с основами ампелографии (наука о разновидностях сортов винограда. — Forbes), вероятно признал бы профнепригодным винодела, решившего вырастить виноградник не из саженцев, а из семечек. Даже в случае большого везения ему придется ждать первого урожая не 3–4 года, а 6–8 лет, постоянно неся непредвиденные потери и не зная, чего ждать на следующий день. До Рэндалла Грэма на подобное путешествие в винном мире никто не отваживался. Но его это не останавливает — он уже нашел участок и для начала запустил туда коз: пора уничтожать сорняки и удобрять землю.

Новости партнеров