Империя кончается в Центральной Азии? | Forbes.ru
сюжеты
$56.72
69.3
ММВБ2286.33
BRENT68.78
RTS1270.92
GOLD1331.94

Империя кончается в Центральной Азии?

читайте также
+37 просмотров за суткиВосточный ветер. Быть ли торговой войне между Китаем и США +74 просмотров за суткиНовые санкции, выборы в России и высокие дивиденды. Что ждет инвестора в 2018 году +49 просмотров за суткиНет роста без реформ. Что будет с экономикой России в 2018 году +26 просмотров за суткиМятежная Каталония. Как выборы загнали вопрос о независимости в тупик +30 просмотров за суткиИллюзии по Трампу. Почему американо-российские отношения обречены на кризис +23 просмотров за суткиНефтяной гигант, китайский Apple и соперник Uber. Самые ожидаемые IPO в 2018 году +26 просмотров за суткиВ 2018 году россияне будут больше зарабатывать и больше тратить +38 просмотров за суткиЭкономика хэштегов: не верьте прогнозам в твиттере +28 просмотров за суткиМирное небо. Как Египет оправляется от удара по туристическому бизнесу Имперские амбиции. Ядерная сделка США с Ираном должна пройти по-хорошему или никак +11 просмотров за суткиДень одураченных. Саакашвили вышел на свободу, но остался в заложниках +4 просмотров за суткиГлава Совета Европы призвал к отмене антироссийских санкций Удар в спину. Почему Путин два года не мог простить Эрдогана История о свержении Мугабе. Почему переворот невозможен даже в Африке Почти стабильный: экономисты прогнозируют ослабление рубля на 2,5% в год +14 просмотров за суткиАгрегаторы на блокчейне. Какие сервисы потеснят Uber и AirBnB Призрачное сотрудничество. Почему в БРИКС почти не осталось смысла Как Россия стала подлинно глобальной державой и почему не стоит этому радоваться Запах пороха на бирже. Как рынки реагировали на военные конфликты? Северная Корея: как крушение социализма сказывается на экономике тоталитарного государства Золотое время для золота. Почему цена унции может расти?

Империя кончается в Центральной Азии?

Федор Лукьянов Forbes Contributor
Одновременно с решением проблемы мигрантов России придется взять на себя часть ответсвенности за экономическую ситуацию у них на родине. фото ИТАР-ТАСС
России придется искать новые способы 
помогать южным соседям.

Известно высказывание Збигнева Бжезинского: Россия остается империей, только если в сферу ее влияния входит Украина. Спустя почти 20 лет степень будущей «имперскости» России определяется в другой части мира — в Центральной Азии. 

Когда в Беловежской Пуще республики — учредительницы Советского Союза решили его распустить, руководителей Средней Азии просто поставили перед фактом. Далее судьба государств складывалась драматично — от гражданских войн и переворотов в Таджикистане и Киргизии до становления восточной деспотии в Туркмении. Но считалось само собой разумеющимся, что эти страны остаются в сфере влияния и интересов Москвы. Сами государства, естественно, стремились диверсифицировать связи, но Россия оставалась константой: прочие партнеры могут приходить и уходить, а Кремль всегда начеку.

Но вот в 2010 году Россия не использовала возможность утвердить свою доминирующую роль в Центральной Азии, когда воздержалась от вмешательства в кровавые беспорядки на юге Киргизии. Набирающий обороты с 2009 года проект Евразийского экономического союза в первую очередь нацелен на Украину, а вовсе не на просторы Евразии. Наконец, в России все громче звучат предложения отгородиться от центральноазиатских соседей, вводя ограничения на трудовую миграцию — вплоть до визового режима. Тема мигрантов, типичная для большинства европейских стран, становится политически значимой и в России. Поднимают ее не только националисты, но и высокопоставленные чиновники, такие как московский мэр Сергей Собянин и вице-премьер Дмитрий Рогозин.

Мотивация понятна: неуверенность населения в завтрашнем дне ведет к тому, что вина возлагается на «пришлых». А заодно постепенно слабеют имперские чувства, и стремление вернуть утраченные территории, характерное для первой фазы после распада СССР, уступает место расчету: надо ли это, а если да, то какой ценой?

Политика в отношении Центральной Азии станет индикатором того, как будет меняться взгляд России на ее международную роль. Здешние страны стоят на пороге перемен: последствия смены правящих поколений в Узбекистане и Таджикистане непредсказуемы. Велик риск распространения нестабильности из соседнего Афганистана. Москве предстоит сформулировать для себя, готова ли она — с учетом внутренних настроений — брать ответственность за эту часть бывшего СССР, или зона ее жизненных интересов ограничивается Казахстаном? 

Однозначного ответа нет, причем фатальные издержки и опасности возможны при любом решении. Уход России из Центральной Азии означает не приход туда конкурирующей великой державы, а лишь то, что страны здесь останутся предоставленными сами себе в условиях растущей внешней и внутренней нестабильности. Полноформатное имперское вмешательство практически невероятно — население его не поддержит, да и добиться чего-либо, как показывает практика американских интервенций, не удается. 

Как ни экстравагантно прозвучала из  уст главы Госнаркоконтроля Виктора Иванова идея создания госкорпорации по Центральной Азии, дабы обеспечить развитие на местах и сократить приток мигрантов в Россию (зная особенности наших госкорпораций, можно представить, во что это выродится), само направление мысли правильное. России необходимо найти способ улучшения ситуации там без прямого вовлечения. Решение этой задачи станет тестом на зрелость России как региональной державы нового, постимперского типа. 

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться