Женщина 
и сметь

Игорь Порошин Forbes Contributor
Почему Владимир Путин не похож на Маргарет Тэтчер.

После смерти Маргарет Тэтчер многие в Англии не смогли выдавить из себя «Покойся с миром». Бывшего премьер-министра хоронили с почетом, это была одна из самых дорогих церемоний в истории Британии. Похороны стоили £3,5 млн, но даже Россия проявила больше милости к умершему политическому последователю Тэтчер в России, Егору Гайдару. Его похороны не сопровождал такой мощный хор проклятий. То, что написал в своем твиттере не очень великий, но очень популярный благодаря своим меморандумам в социальных сетях (больше 2 млн фолловеров) английский футболист Джоуи Бартон, весьма показательно: «Если рай существует, то старая ведьма не должна там оказаться». В сущности, дистанция между «старой ведьмой» и «железной леди» — комплиментарным прозвищем Тэтчер, рожденным в СССР и ставшим всемирным, — не так уж велика.

Маргарет Тэтчер не умела нравиться людям. Придя к власти, она первым делом стала передавать убыточные госактивы в частное управление, а то, чем никто не хотел управлять, закрывала. В Англии царствовали профсоюзы. Забастовки были самым популярным национальным спортом. Но вместо того чтобы договариваться с профсоюзами, как ее предшественники, Тэтчер увеличила расходы на полицию, чтобы быстро и эффективно разгонять демонстрации.

Без Тэтчер мы не узнали бы режиссера Дэнни Бойла («Миллионер из трущоб»), его Trainspotting — это шотландская безнадега, которую, согласно Джоуи Бартону и всем тем, кто разделяет его взгляды, создала именно Тэтчер своими безжалостными реформами. Один из самых впечатляющих образов в британском кино — Альберт Спика из «Повара, вора, его жены и ее любовника» — тоже был бы невозможен без Маргарет Тэтчер. Я всегда думал, что Альберт Спика — чудовище из чудовищ, — всего лишь порождение фантазии режиссера и сценариста Питера Гринуэя. Но один англичанин быстро меня убедил в том, что дух этого монстра вышел из земли, британской земли. Вор Альберт Спика — это гнойный прыщ тэтчеровских реформ, побратим самых неистовых строителей капитализма России 1990-х — буквально new english, «новый английский». Тэтчер верила, что предприимчивость спасет Англию.

Английский кинорежиссер Питер Гринуэй верит, что спасение мира — в культуре. Предприимчивость, дух наживы противостоят культуре. Поэтому Гринуэй в финале казнит «нового английского» Альберта Спику, возможно, самым запоминающимся в истории кино образом. Он заставляет его перед смертью съесть свою жертву, любовника его жены — библиотекаря. По библиотекарям, условно говоря, реформы Тэтчер нанесли сокрушающий удар. Она сделала с образовательными институциями то же самое, что с заводами и фабриками, — пустила их в открытое конкурентное плавание. А того, кто утонул, и не жалко. Вот почему британская интеллигенция ненавидит Тэтчер даже больше, чем шахтеры.

Тэтчер спасли аргентинцы. Посмотрев очередную сводку новостей из Англии со статистикой безработицы и хроникой очередной забастовки, они решили, что самое время забрать маленькие и довольно бессмысленные Фолклендские острова. Тэтчер двинула к Фолклендам флот, всыпала аргентинцам, и это очень понравилось английскому народу, который устал терпеть поражения на колониальных фронтах.

Это стало классическим примером того, как использовать внешнюю войну для ведения войны внутренней. Но я убежден, что Маргарет Тэтчер начала войну не из хитрости, а как раз от ее отсутствия, повинуясь аффекту, считая поведение аргентинцев низким. Она не была политиком в современном понимании. Она государственный деятель, настоящий монарх при живой королеве.

Тэтчер приняла Великобританию едва ли не беднейшим государством Западной Европы, если не считать Испанию и Португалию, а сегодня в прогнозе Citibank на 2050-й год в первой десятке стран по объему валового продукта значится только одна европейская страна. Это Великобритания. Нет сомнения, что такой взгляд на экономическое будущее мира был бы невозможен без Тэтчер. На посмертном, метафизическом суде Маргарет Тэтчер звучат и будут звучать очень разные голоса — и Джоуи Бартон в качестве обвинителя, и Егор Гайдар в качестве защитника. Неуместно и нелепо, пожалуй, только то, что было сказано некоторыми в связи со смертью Тэтчер в России. Дескать, она похожа на Владимира Путина. Ну или он на нее. Из одного материала сделаны — из железа.

Пусть даже оба они сделаны из одного материала, между ними есть два различия, не дающих возможности говорить об их родстве. Маргарет Тэтчер не любила угождать народу. Она вообще не понимала, где народ начинается, а где заканчивается. Она довольно прямолинейно делила мир на тех, кто работает, и тех, кто бездельничает. А у Путина нет проблем с тем, чтобы отделить народ от ненарода, и он очень хорошо знает, что народу нравится. И второе: Тэтчер не сажала в тюрьму панков за то, что они поют про нее песни. А они еще как пели.

Новости партнеров