Д’Артаньяны XXI века | Forbes.ru
сюжеты
$58.77
69.14
ММВБ2143.99
BRENT63.26
RTS1148.27
GOLD1256.54

Д’Артаньяны XXI века

читайте также
Большой велобизнес: на чем и как зарабатывает «Джиро д’Италия»? Европа плюс: в чем велоспорт эффективнее «Зенита» и СКА От Трампа до «Катюши»: карьера велогонщика Вячеслава Екимова +5 просмотров за суткиОт берега до берега: финансисты из России пересекли США на велосипедах Пелотон банкира: Почему Олег Тиньков уходит из большого велоспорта +33 просмотров за суткиОлег Тиньков: "Я такой — пришел, увидел, победил" Сердитые парни: зачем бизнесмены участвуют в велогонках Колесная тяга Колесная тяга: велосипед для миллиардера Лэнс Армстронг Inc.: как в карьере великого велогонщика переплелись бизнес и спорт Танцуют все: что ищут бизнесмены на паркете Танцуют все С крылом за спиной: самый простой способ оторваться от земли Под крылом Путешествие в каменный век Книжный капитал Море по колено Театр одного энергетика Британский спорт на русских кортах Самые нелюбимые спортсмены 2012 года
#велоспорт 03.09.2013 00:00

Д’Артаньяны XXI века

фото Lee Collier
Как два русских бизнесмена за сутки доехали из Лондона до Парижа на велосипедах.

Чтобы добраться из Великобритании в континентальную Европу, требуется всего 2 часа 15 минут и один билет на Eurostar. Можно еще воспользоваться паромом, который за 3 часа доставит вас из английского Дувра во французский Кале. Но для самых экстремальных путешественников организаторы марафона «London 2 Paris 24» придумали иной маршрут — всего за 24 часа они предлагают проехать 280 миль (450 км) на велосипеде. 

Велогонка «London 2 Paris 24» проводится с 2010 года. Ее главная цель — сбор средств для благотворительного общества Scope по поддержке людей с ограниченными возможностями. Помимо регистрационного взноса £99 каждый участник вносит £1200 собственных или спонсорских денег. В этом году в гонке участвовали 246 человек из Англии, Франции, Польши и двое русских. 

Forbes расспросил московских ресторатора и финансиста, как они стали первыми русскими участниками «London 2 Paris 24» и за что получили прозвища Crazy Moscow. 

Руслан Раджапов, 44 года 

Основатель, владелец и СЕО сети ресторанов Correa’s. Чистое время в «London 2 Paris 24» — 22 часа 43 минуты, 41-е место в общем зачете.

У меня есть правило: ежегодно участвовать в одном большом соревновании, парочке средних и множестве мелких. Прошлой осенью, попав в рассылку профессиональной велосипедной команды Sigma, я получил приглашение на «London 2 Paris 24». Организаторы очень предусмотрительно называют этот марафон не соревнованием, а испытанием на выносливость. Решение об участии я принял мгновенно и озаботился поиском партнера. 

Можно выбрать два варианта участия в «London 2 Paris 24» — ехать в реле, то есть посменно с другим партнером, либо проехать всю дистанцию самому на велосипеде. Я выбрал самостоятельную гонку, но попросил у организаторов разрешения набрать собственную команду. Все мои знакомые спортсмены-любители с энтузиазмом откликнулись на приглашение, и все, кроме Юры Белонощенко, нашли причины, чтобы не участвовать в нем в 2013 году. Так прошлой осенью мы договорились с Юрой, что будем вместе готовиться, и заплатили регистрационный и благотворительный взносы. 

Не могу не отметить суперпрофессиональное сопровождение марафона.  Каждую неделю я получал рекомендации от организаторов по тренировке, а также приглашения на групповые занятия в Лондоне. А в день старта девушки, выдававшие номера участникам, удивились нашей национальности, — мы стали первыми участниками из России. 

У меня был план подготовки  — проезжать на велосипеде (на улице или дома
на тренажере) не менее 700 км в месяц. План я не выполнил. Более всего накатал в июне — 500 км. А за неделю до старта мы наконец-то встретились с Юрой в Лужниках,  надо было подготовиться к поездке в организованной группе — пелотоне. Это как в фигурном катании — партнеры должны заранее прочувствовать друг друга.  Задумали держаться в пелотоне,  чтобы иметь возможность не самостоятельно бороться с сопротивлением воздуха, а ехать в «мешке» с разряженным воздухом. Когда ты находишься в созданной телами велосипедистов аэродинамической трубе, ехать процентов на двадцать легче. В этом и заключается принцип пелотона — велосипедисты держатся группой, а лидеры меняются, чтобы у каждого была возможность «отдохнуть». 

Незадолго до дня старта организаторы прислали список допоборудования. Там, например, значился звонок, без которого по территории Франции не имеет права передвигаться ни один велосипедист. А еще обязателен фонарь для езды по ночной трассе. Я взял из дома самый простой фонарик, Юра купил мощную фару на руль. «Ну круто, теперь мы знаем, кто ночью будет ехать впереди», — заметил я. Что касается питания, то организаторы сделали самый настоящий пятизведочный кейтеринг. На каждом пит-стопе (техническая остановка «помыться-поесть-отдохнуть») были свежайшие сэндвичи, чипсы, три-четыре вида изотонических напитков,  вода, фрукты.  Их можно было съесть во время остановки либо набрать с собой.  В общем, организаторы сделали все, чтобы участники марафона не только доехали до конца, но и получили удовольствие от такого экстремального путешествия. 

Чтобы выделяться из толпы и не терять друг друга из вида, Юра купил нам одинаковые майки от Paul Smith красного цвета. В Лондоне выяснилось, что еще человек 70 решили выделиться именно красными майками. Самыми заметными стали два англичанина, которые нарядились во фраки и белые рубашки с запонками, в таком виде они проехали все 24 часа гонки. 

Тренер советовал первые 150 км, проходившие по территории Англии, сильно не напрягаться, ехать с нормальной скоростью, чтобы сберечь силы на вторую половину марафона. У меня вообще в любом соревновании главный девиз — «финишировать на своих ногах и не обделаться». Так и здесь, мы с Юрой договорились, что будем правильно распределять силы по всей дистанции, постараемся удержаться в лидирующем пелотоне и финишировать в первой тридцатке. В итоге все получилось ровно наоборот. Наш режим гонки получился суперэкстремальным. 

Старт состоялся в Гринвич-парке в 12 часов дня, и мы чуть не опоздали. Юра скачивал из интернета карты местности, и мы стартовали 245-м и 246-м по счету из 248 участников марафона. 

Гонку разделили на восемь этапов по 50-60 км каждый, между ними пит-стопы. Время на остановку не регламентировали, подразумевая, что каждый участник марафона решает сам — остановиться или ехать без «дозаправки». Единственное, что мы знали точно: участники лидирующего пелотона (его возглавлял профессиональный велосипедист) намерены тратить на пит-стопы не более 2–3 минут. Быть с лидером удобно еще и потому, что не надо следить за направлением.

Первый этап был коротким, мы даже испугаться не успели — 30 км. Без проблем ехали в лидирующем пелотоне, а на пит-стопе замешкались, и далее группа уехала без нас. Остались с Юркой вдвоем, ориентир по дороге потеряли, знали лишь, что где-то там впереди Париж, а направление надо искать по розовым стрелкам на черном фоне, которые расставили предусмотрительные организаторы. 

Две минуты опоздания на выезде эквиваленты 30 минутам, которые потребуются, чтобы догнать лидирующий пелотон. И если нормальная средняя скорость в этой гонке 28–30 км/ч, то догоняющий вынужден разгоняться до 40–42 км/ч и, соответственно, тратить больше сил. А это ведь только первая половина гонки! 

Со второго пит-стопа мы выехали с лидерами. Но впереди начались горки и подъемы. Это уже потом мы подсчитали, что суммарный подъем по всей дистанции составил 4000 м над уровнем моря, а это ни много ни мало почти высота Монблана (4810 м. — Forbes). На первом же подъеме Юра «выпал» из первого пелотона, я остался с ним. Потом на каком-то из подъемов он уехал вперед, а у меня соскочила цепь. Это на равнинной дороге можно поправить цепь на ходу, на горке же пришлось останавливаться. В итоге отстали от лидера и вдвоем «сражались» с воздухом. 

К 7 часам вечера мы доехали до Дувра — крайней точки Британии, на другой стороне пролива — французский Кале. Мы приехали в Дувр всего через 5 минут после первого пелотона, а потом еще минут 40 ждали остальных участников гонки. Там я даже успел принять душ. Еще одна фишка от организаторов: на каждом пит-стопе ты мог воспользоваться личным рюкзаком, который везли на машине. Если участнику марафона требовалось доставить рюкзак до следующего пит-стопа, то следовало переложить рюкзак из одной машины организатора в другую. Если не переложил — это знак организатору, что рюкзак не нужен, что можно его везти на финиш в Париже. Так, по недосмотру, Юрин рюкзак уехал сразу в Париж. 

До французского берега предстояло добираться на обычном пароме три часа вместе с местными жителями — молодыми людьми, устроившими на пароме дискотеку. Так что хоть немного поспать нам так и не удалось. Во Францию приехали около полуночи. Следующие 5–6 часов предстояло крутить педали в кромешной темноте. Организаторы выдали каждому светоотражающие браслеты на ногу, проверили наличие фонарей и только тогда отпустили на продолжение гонки.

Здесь на старте я снова потерял Юру. Так расстроился, что мои крики «Юра, Юра!» стала повторять вся компания из 248 человек. Один парень даже предложил: «Ну хочешь, я буду твоим Юрой в следующие полсуток?» Когда со старта уехали уже более 70 человек, я не выдержал и уехал без Юры и без группы. Так, конечно, поступать было неверно. У меня плохое зрение, марафон я ехал в линзах и больших велосипедных очках. И вот в темноте случилась еще одна неприятность: выпала линза из одного глаза. Я остался один, да еще с невидящим глазом… 

В 2–3 часа ночи стало дико клонить в сон. Даже если глаза оставались открытыми, сон накрывал, как одеяло, с головой. Один велосипедист из нашего пелотона упал в кювет — или заснул, или потерял сознание. На наши вопросительные взгляды отвечал: «Все о’кей, я только недолго полежу». В итоге он выбыл из гонки. Мне же помог крайне некомфортный способ: каждые 5–7 минут я лил себе на голову воду. При температуре воздуха 16–18 градусов (а во время движения и все 10 градусов) было дико холодно, но зато я смог продержаться до рассвета. Юра потом рассказывал, что у него даже случилась галлюцинация: показалось, что у впереди едущего гонщика на голове выросла маковка, как на соборе Василия Блаженного. 

Еще через 35 км Юра меня догнал. Но каждый раз, когда мы доезжали до пит-стопа, лидирующий пелотон уже уезжал, мы отставали от него уже на 5–10 минут. Решили так: «Наш поезд ушел, лидера не догоним. Больше не лихачим, но по мере сил догоняем другие пелотоны». Я рассчитал: чтобы удержаться в заявленных 24 часах, надо было ехать со средней скоростью 26 км/ч. Но с учетом горок скорость менялась: по равнине надо было ехать 38–40 км/ч, с горки — 50–55 км/ч, в горку — как получится. Так и ехали до 10 часов утра, когда до Парижа оставалось менее 100 км. За 85 км от финиша мы догнали двух сильных велосипедистов, они неохотно разрешили встать к ним в пелотон. Но на одной из горок Юра от нас отстал, махнул мне рукой, типа езжай без меня. 

Я потом обогнал и этих ребят и на последнем пит-стопе (до Парижа 45 км) рассчитал, что могу еще подождать Юру, в норматив точно укладываюсь. Однако прошло 5, 10, 15 минут, Юра не приехал, и я въехал в Париж один. Когда увидел вершину Эйфелевой башни, сердце забилось. Ведь там был уже финиш. Во Франции очень уважительно относятся к велосипедистам. А тут еще была и мощная поддержка со стороны жителей — за нас болели, нам кричали и подбадривали. Я уже думал не о правилах дорожного движения, а о том, что обидно будет проколоть шину на мостовой, вымощенной булыжниками. Но еще около часа — и я на финише! Прямо под самой Эйфелевой башней! С момента старта в Лондоне прошло «всего» 23 часа 33 минуты. Мы к тому моменту не спали уже 30 часов.

А в следующую минуту я увидел Юру, который шел ко мне пешком! Он меня обогнал и финишировал за 4 минуты до меня. Удивлению, конечно, не было предела. Потом мы догадались: организаторы, чтобы дать возможность отстающим велосипедистам уложиться в норматив 24 часа, переставили стрелки и закрыли последний пит-стоп для отстающих. Тот самый, где я прождал Юру минут 20. 

Потом уже были душ (очередное спасибо организаторам), награждение, коллективное распитие шампанского и торжественный ужин для участников марафона вечером. 

Мы это сделали! И хотя мы не попали в тридцатку лидеров, но преодолели этот путь менее чем за сутки. Кстати, из 248 участников марафона до финиша доехали 209 человек и только 109 из них выполнили норматив 24 часа. 

Как доехать до финиша. Советы гендиректора УК «Уралсиб»Юрия Белонощенко 

Чистое время в «London 2 Paris 24» — 22 часа 39 минут, 37-е место в общем зачете.

1. Не манкируйте тренировками, даже если уверены в своей физической форме. До старта на «London 2 Paris 24» мой тренер рекомендовал накатать суммарно 700 км в месяц, а проехал я меньше половины. Итог — удачный финиш под Эйфелевой башней и масса сожалений: многих трудностей на трассе можно было бы избежать.  

2.Проверяйте технику перед началом гонки, но не меняйте оборудование. Я всегда проверяю у механика свой велосипед, ставлю новую резину, но в этот раз я еще и поменял обмотку на руле. И если раньше у меня была нефирменная упругая обмотка, то для «London 2 Paris 24» я поставил фирменную и жесткую. Итог — жуткая боль в кистях рук, которыми я 24 часа контролировал тормозные рукоятки. Еще неделю после окончания  гонки я не мог выполнить элементарных вещей — застегнуть пуговицы на рубашке, положить еду в тарелку, вставить карточку в банкомат. 

3. Соблюдайте правила питания. Все марафонцы знают, что на завтрак следует употребить углеводы и закончить его за 3 часа до начала гонки, но не все соблюдают режим во время самой гонки. На одном из вечерних пит-стопов я решил, что не голоден, и съел лишь кусочек арбуза. А ночью от появившегося чувства голода чуть не упал в обморок. Спасли проезжающие коллеги по веломарафону, поделившись со мной шоколадным батончиком. А ведь могли просто проехать мимо. 

4. Для каждого этапа гонки — свои способы передвижения. Мне, например, очень тяжело дались горные этапы, которых на этом маршруте оказалось множество. Руслан посоветовал лить воду на бедра, а еще рассказал про технику заезда на гору: перед подъемом нужно далеко отодвинуться на задний край сиденья, упереться в руль и крутить ногами как на водном велосипеде, опуская пятку вниз. Я, будучи опытным триатлонистом, такого способа ранее не знал. 

5. Рискуйте не собственной жизнью, а техникой. На этапе в Англии на затяжном спуске с горы мы сильно разогнались, чтобы догнать лидирующий пелотон, а после горы случился резкий закрытый поворот. Не рассчитав радиус поворота, я понял, что меня выносит на встречную полосу. У меня было два пути: вылететь на встречку со скоростью 60 км/ч и потом уже тормозить либо нажать на тормоз, упасть в повороте и, может быть, повредить себя или велосипед. В результате я вылетел на встречку и стал благодарить мироздание, что там не оказалось машин. После в голове крутилась только одна мысль: «Ну не идиот ли я?»

6. Соблюдайте правила дорожного движения. Для «London 2 Paris 24» ни в Англии, ни во Франции не перекрывали дорожное движение, поэтому мы ехали среди машин и пешеходов. В Париже, в районе Елисейских Полей, множество пешеходных переходов и, соответственно, светофоров. Чтобы сэкономить время, ехал на красный — пока пешие люди доходили до середины перехода, я успевал его пересечь с возгласом «Pardon!» Пешеходы меня понимали. 

7. Всегда помните, что мысль «Я больше не могу» обязательно придет вам в голову во время гонки. Дождитесь ее, проживите, продумайте и… езжайте дальше. Физические способности человека в реальности намного больше, чем он сам о себе думает. Даже когда вам кажется, что вы дошли до абсолютного предела, знайте, что вы израсходовали лишь 40% своего физического потенциала. 

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться