Сделка года. Хороший. Плохой. Злой | Forbes.ru
сюжеты
$56.72
69.3
ММВБ2286.33
BRENT68.78
RTS1270.92
GOLD1331.94

Сделка года. Хороший. Плохой. Злой

читайте также

Сделка года. Хороший. Плохой. Злой

Ирина Малкова Forbes Contributor
Самой скандальной компанией года оказался «Уралкалий». Сулейману Керимову пришлось найти для него новых владельцев.

История покупки и продажи «Уралкалия» миллиардером Сулейманом Керимовым выглядит как классический вестерн. Все участники событий, в числе которых с десяток фигурантов списка Forbes и президент сопредельного государства, действуют по законам жанра — цинично и расчетливо. Все одержимы жаждой больших денег. Ближе к развязке сюжетные линии переплетаются в тугой клубок интересов, страстей и интриг. В конце любого вестерна главный злодей обычно погибает, а оставшиеся счастливо делят добычу. В случае с «Уралкалием» однозначно проигравшим пока выглядит президент Белоруссии Александр Лукашенко. Победителями в погоне за условное «золото» выходят основатель «Онэксима» Михаил Прохоров и владелец «Уралхима» Дмитрий Мазепин, которые выкупают «Уралкалий» у Керимова. Но какие эпизоды этого вестерна остались за кадром?

 

«Когда надо стрелять — стреляй, а не болтай»

Эту фразу, убивая чрезмерно болтливого врага, говорит Туко, «злой» из культового спагетти-вестерна Серджио Леоне «Хороший, плохой, злой». Золотое правило — и для бизнеса тоже. Владелец «Нафты Москва» Сулейман Керимов (№20 в списке Forbes, состояние — $7,1 млрд) тоже не любит терять время — на due diligence, консультантов и работу с бумагами. «Сделаем сделку, а там разберемся — вот его принцип», — рассказывает знакомый Керимова. Операцию по покупке контрольного пакета «Уралкалия» в 2010 году Керимов провел молниеносно, и она оказалась очень удачной. 

Владелец «Уралкалия» Дмитрий Рыболовлев готов был продать компанию не дешевле $10 млрд (около $6,3 млрд за его пакет) и уже договорился о цене с хозяином «Интерроса» Владимиром Потаниным, началось оформление сделки. Керимов перебил предложение Потанина, перечислил Рыболовлеву аванс — $150 млн — и тем самым заблокировал все дальнейшие переговоры. Если бы сделка сорвалась, Рыболовлеву пришлось бы вернуть Керимову вдвое больше. Возможно,  чтобы не пришлось потом выставлять оферту миноритариям «Уралкалия»,  Керимов привлек к сделке партнеров — Александра Несиса и Филарета Гальчева — и договорился о кредитах для всех в ВТБ. Рыболовлева он убедил взять в оплату части акций «Уралкалия» свои апартаменты в гостинице «Москва» и здание «Военторга». Эти активы были оценены для сделки «в какие-то безумные деньги», вспоминает знакомый с Керимовым предприниматель,  сказалась страсть Рыболовлева к дорогой недвижимости (за эти покупки Рыболовлев заслужил звание Forbes Style 2013 года,  см.  стр.  87). По данным Forbes, оценка двух объектов составила около $700 млн, в итоге своих денег за «Уралкалий» Керимов положил всего несколько сотен миллионов. «Это просто гениальная сделка была», — восхищается давний знакомый миллиардера. 

Дальше также руками партнеров, Зелимхана Муцоева и Анатолия Скурова, Керимов покупает контрольный пакет в конкурирующем с «Уралкалием» «Сильвините», обе компании объединяются, а владелец «Нафты» становится крупнейшим акционером второго в мире производителя калийных удобрений и одной из самых рентабельных компаний России (маржа по EBITDA в 2012 году — 71%). Но это лишь завязка сюжета. 

 

 «В мире два сорта людей: у одних веревка на шее, другие ее отстреливают»

«Хороший» и «плохой» делали бизнес на том, что один рисковал быть повешенным, а второй — получал вознаграждение за его голову и затем спасал партнера, перебивая точным выстрелом веревку, которая затягивалась на его шее. В бизнесе петля может затянуться на шее любого.

К сентябрю 2013 года «Уралкалий» снова был выставлен на продажу.  Керимов имел достаточно причин, чтобы расстаться с компанией.

Конфликт вокруг «Уралкалия» тлел с декабря 2012 года, когда Александр Лукашенко отменил монополию на экспорт хлористого калия «Белорусской калийной компании» (БКК). БКК была совместным трейдером «Уралкалия» и местного «Беларуськалия». На олигопольном по сути рынке (его второй участник — трейдер Canpotex — объединяет североамериканских производителей калия) на долю БКК приходилось около 40% мировой торговли. Много лет БКК и Canpotex управляли рынком, работая на поддержание высоких цен на свою продукцию. 

Демарш Лукашенко беспокоил не только «Уралкалий», но и его инвесторов. «Аналитики, фонды, все на протяжении полугода спрашивали нас, что будет с картелем и ценами», — говорит источник, близкий к «Уралкалию». Керимов лично дважды ездил к Лукашенко. «Никакого давления не было, он вежливо и очень корректно просил о восстановлении статус-кво и возвращении к совместной торговле», — утверждает собеседник Forbes. По версии Лукашенко, Керимов в то же время вынашивал коварные планы купить «Беларуськалий» и даже якобы предлагал белорусскому президенту взятку в $5 млрд. Наконец, обе стороны обвиняли друг друга в торговле на экспорт в обход БКК.

В конце июля «Уралкалий» нанес партнеру удар сокрушительной силы: объявил, что выходит из БКК и меняет сбытовую стратегию — отныне компания собиралась ориентироваться не на поддержание высоких цен, а на рост объема продаж. «Возможно, это самая глупая вещь, которую я когда-либо видел» — такой была реакция на действия «Уралкалия» Билла Дойла, руководителя крупнейшего в мире производителя калия канадской Potash Corp, чьи акции рухнули на 23% на следующий день после заявления российской компании. Но менеджмент «Уралкалия» во главе с его гендиректором Владиславом Баумгертнером уверял, что со своей низкой по сравнению с конкурентами себестоимостью компания может позволить себе эти игры. 

Для калийного рынка с его устоявшимися правилами все это означало настоящую бойню. Инвесторы ударились в панику — в день объявления «Уралкалия» о новой стратегии стоимость всех мировых производителей суммарно потеряла невероятные $20 млрд. 

Керимов не мог не просчитать это заранее. Сразу после обвала котировок инвестбанкиры, трейдеры и управляющие фондами обсуждали просочившуюся на рынок информацию о том, как Керимов сыграл на падении калийного сектора. В пересказе участников рынка, с которыми пообщался Forbes, картина выглядела примерно так: незадолго до объявления «Уралкалия» структуры Керимова купили у Сбербанка пут-опционы на акции калийных компаний, которые тот приобрел у нескольких западных банков. Когда котировки рухнули, опционы «заработали» и Керимов смог продать бумаги по ранее зафиксированной более высокой цене. 

Историю с опционами подтвердил и чиновник российского правительства. По его словам, Керимов заработал на этих сделках несколько сотен миллионов долларов, но история вызвала резкое недовольство руководителя Сбербанка Германа Грефа. Дело в том, что иностранные банкиры, с которыми имел дело «Сбер», получили повод обратиться к западным регуляторам, которые могли заподозрить участников этих операций в инсайдерской торговле. Один из собеседников Forbes рассказал, что по запросу Goldman Sachs европейский регулятор через российский ЦБ запрашивал в компании документы, касающиеся решений о новой сбытовой политике. Все материалы были предоставлены, но ведется ли по этому поводу расследование, неясно. Пресс-служба Сбербанка отказалась от комментариев, запросы Forbes в «Нафту», ЦБ, Goldman Sachs, «Уралкалий» и регуляторам (американской SEC, британской FCA и европейской ESMA) также остались без ответа. Источник, близкий к «Нафте», утверждает, что никаких расследований нет, а участники рынка отлично знали о риске распада БКК — аналитики полгода предупреждали об этом в своих отчетах. 

 

«В мире два сорта людей, мой друг: те, у кого револьвер заряжен, и те, кто копает. Ты копаешь»

«Хороший» герой Клинта Иствуда в развязке все того же вестерна передразнивает «злого», в револьвере которого не осталось пуль. В ситуации с «Уралкалием» безоружным оказался гендиректор компании Владислав Баумгертнер. 

После выхода «Уралкалия» из БКК у «Беларуськалия», от поступлений которого сильно зависит весь республиканский бюджет, начались проблемы со сбытом, компания остановила часть мощностей. Лукашенко был в ярости. В августе приглашенный на переговоры в Минск Баумгертнер был арестован белорусским КГБ. Взяв заложника, Лукашенко потребовал смены главного акционера «Уралкалия» и посоветовал Владимиру Путину отправить Керимова за решетку. Сами белорусские власти начали добиваться включения Керимова в списки разыскиваемых Интерполом. 

Из Кремля на Керимова не давили, говорит знакомый предпринимателя, но и поддержки не оказали. По его версии, выставить компанию на продажу ее основного совладельца заставили, главным образом, собственные финансовые трудности — кредиты, которые брались на покупку «Уралкалия» под залог его же акций. 

Деньги на скупку бумаг Керимов и его партнеры занимали в Сбербанке и ВТБ. Общий размер этих кредитов и структура долга неизвестны: многие партнеры Керимова уже вышли из капитала «Уралкалия», структуры самого Керимова частично участвовали в покупке их долей. По оценке Forbes, действующие акционеры «Уралкалия» должны были занять в банках на приобретение акций компании более $4 млрд. 

Один из претендентов на «Уралкалий» подтвердил, что общий долг основных совладельцев компании составляет около $4,5 млрд. В 2013 году Керимов мог участвовать в финансировании еще одной крупной сделки ($3,6 млрд) — по выкупу у Прохорова 38% акций Polyus Gold. По словам собеседника Forbes, именно размером обязательств Керимова объясняется высокая цена, которую он запросил за «Уралкалий». Бизнесмен готов был продать свою долю, исходя из оценки всей компании в $19,5–20 млрд. Средняя капитализация компании на LSE в ноябре была $15,3 млрд. Но торговаться покупателям было бесполезно, утверждает собеседник Forbes: «У нас сложилось понимание, что Керимов в западне, ему никак нельзя продавать компанию дешевле, потому что иначе он не покроет всех своих обязательств». «Актив продается, потому что за него платят хорошую цену», — говорит на это источник в «Нафте».

«Если работаешь, чтобы жить, зачем убиваться на работе?»

Еще одну цитату из фильма Леоне вполне можно соотнести с одним из будущих владельцев «Уралкалия». 

На момент подготовки журнала в печать «Онэксим» Михаила Прохорова (№10, $13 млрд) объявил, что покупает у Керимова 21,75% акций «Уралкалия». Еще 20% готовится приобрести «Уралхим» Дмитрия Мазепина (№33, $3,2 млрд). Около 12% акций «Уралкалия» Мазепину продадут партнеры Керимова, Гальчев и Скуров. Владелец оставшихся 8% не раскрывается. Это партнеры Керимова, говорит источник в «Нафте».  

Прохоров и Мазепин не пересекались раньше по бизнесу, разговаривать с Forbes о будущем партнерстве оба отказались. «Все участники вашего списка миллиардеров отлично знают друг друга, — говорит бизнесмен из первой сотни рейтинга Forbes. — Миша [Прохоров] вряд ли собирается всерьез управлять этой компанией, и на его месте я бы тоже нашел условного Диму [Мазепина], который разбирается в отрасли и мог бы взять оперативное руководство на себя». Менеджеры «Уралхима» объявили, впрочем, что Мазепин и Прохоров действуют независимо.

Желающих сразиться за «Уралкалий» было более чем достаточно — покупкой компании интересовались как минимум семь участников списка Forbes. Одним из первых претендентов был бывший руководитель Госстроя Владимир Коган (№111, $950 млн). После ухода с госслужбы он очень хотел попасть в большой бизнес. Но в Кремле, где скандал вокруг «Уралкалия» вызывал раздражение, решили усложнить потенциальным покупателям задачу. «Путин распорядился, что госбанки не должны финансировать сделку целиком, чтобы покупатель был в состоянии частично покрыть расходы самостоятельно», — рассказал Forbes один из высокопоставленных чиновников. Коган не смог решить проблему с деньгами, утверждает близкий к «Уралкалию» источник. 

В числе претендентов был и тандем совладельца АФК «Система» Владимира Евтушенкова (№ 23, $6,7 млрд) и основателя «Русснефти» Михаила Гуцериева (N34, $3 млрд). «Миша [Гуцериев] очень хотел сделать эту сделку — у него свой калийный проект
в Белоруссии, доверительные отношения с Лукашенко», — говорит знакомый предпринимателя. Но Евтушенков посчитал, что Керимов просит слишком много, и не был готов покупать «любой ценой». 

Прохоров — комфортный для Керимова покупатель: они были партнерами по компании Polyus Gold, а в 2010 году даже собирались вместе выкупать у Рыболовлева «Уралкалий».  И у Прохорова нет проблем с деньгами: он единственный, кто мог бы оплатить сделку без кредитов.  Будет ли «Онэксим» занимать на «Уралкалий»,  представитель компании не комментирует.

 Если параметры сделки не изменятся, с учетом казначейского пакета акций Прохоров и Мазепин получат контроль над компанией. «И что с того? — барабанит пальцами по столу один из несостоявшихся покупателей. — Это такая иллюзия, что «Уралкалий» — конфетка в золотой упаковке, но все совсем не так». Покупка может обернуться билетом на новую войну с Лукашенко, и сейчас нет предпосылок к тому, что капитализация компании поднимается до $20 млрд в перспективе нескольких лет, перечисляет собеседник Forbes. «Значит, первое время новым собственникам придется работать на ошибки бывшего владельца и его менеджмента», — говорит он. Аналитики Сбербанка считают, что восстановление картеля с Белоруссией может произойти уже до конца 2013 года и цены на калий поползут вверх. Но, по мнению экспертов, эти ожидания уже отражены в капитализации компании, а прогнозная цена акций «Уралкалия» на 22% меньше текущих котировок.

Но в бизнесе, как и в кинематографе, большую роль играет фактор неожиданности. Купив «Уралкалий», Прохоров может попробовать собрать крупный пакет акций одного из подешевевших иностранных конкурентов и начать переговоры о глобальном альянсе, рассказывал Forbes близкий знакомый предпринимателя. Близкий к правительству источник не исключает, что при определенных обстоятельствах можно повторить и попытку купить «Беларуськалий». 

Это уже совсем другие перспективы. О них, кажется, догадывается и Керимов. По крайней мере после всех сделок он собирается оставить за собой около 5% акций «Уралкалия», говорит один из собеседников Forbes. Так что в 2014 году у этого вестерна вполне может появиться сиквел.

— При участии Ивана Васильева

Закрыть
Уведомление в браузере
Будь в курсе самого главного.
Новости и идеи для бизнеса -
не чаще двух раз в день.
Подписаться