Правило «железной бабушки»

Игорь Сердюк Forbes Contributor
фото Diomedia
Итальянский винодел узнал секрет своего мастерства еще в детстве.

О своей бабушке гений винного маркетинга Анджело Гайя вспоминает как о человеке железной воли — той неколебимой воли, которую может воспитать жизнь в горах. Бабушка Анджело Гайи, Клотильда Рей, была родом из горного края — французской Савойи. Дедушка же родился по другую сторону Альп — в итальянском Пьемонте.

Анджело Гайя всегда говорил, что именно бабушка заложила в традицию семьи бескомпромиссное отношение

к качеству. «Если уж делать вино, то не крестьянское, — не уставала она внушать своему мужу. — Вино надо делать для тех, кто не скупится платить за свои удовольствия». Но кроме этого правила у Клотильды Рей было еще одно — и его Анджело Гайя запомнил как главное правило своей «железной бабушки».

Оно состояло всего из двух французских глаголов: faire и savoir, делать и знать. Однако комбинации этих двух слов во французском обрастают дополнительным смыслом. К тому же Клотильда Рей всегда выстраивала их по порядку: savoir — savoir faire — savoir faire faire — faire savoir.

Если savoir — это «знать», то savoir faire по-французски — не просто «знать», а «уметь». Словосочетание это давно приобрело смысл существительного и обозначает «мастерство ремесленника». Между знанием и мастерством Клотильда Рей всегда видела разницу. Со временем постиг ее и Анджело Гайя.

Следующий шаг — от уметь до научить. Собственно faire faire по-французски — заставить делать, а savoir faire faire — уметь заставить, и, вероятно, именно этот прямой смысл французского выражения был ближе к мысли Клотильды Рей. Однако Анджело Гайя вырос уже в другое время и в другой стране, поэтому его трактовка звучит гораздо мягче: уметь научить. Но умением научить и умением заставить работать в равной степени отличались и сама Клотильда Рей, и ее благодарные потомки: сын Джованни и внук Анджело. Сейчас Анджело Гайя учит премудростям винной науки своих двух уже повзрослевших дочерей и пока еще юного сына. Если прислушаться к тому, как он об этом рассказывает, то понимаешь, что он делает все, чтобы они не воспринимали обучение как принуждение.

Наконец, последний пункт правила Клотильды Рей гласит faire savoir. В переводе с французского это значит «дать знать», «сообщить», а в интерпретации Анджело Гайи — скорее «поделиться знанием». Человек, добившийся для итальянских вин всемирного признания в высшем эшелоне качества, хорошо усвоил эту часть бабушкиного завета. Но для того, чтобы убедить знатоков в качестве итальянских вин, Гайе пришлось объездить весь мир.

Сегодня выступление Гайи на пресс-конференции больше похоже на лекцию нобелевского лауреата. Его собственная биография и карьера уже давно расписаны в деталях, поэтому, выступая перед благодарной аудиторией, он позволяет себе говорить на отвлеченные темы. Суть его выступлений в последние годы сводилась к защите маленьких производителей и апологетике локальных традиций. Так, объясняя, почему он не хотел бы, вопреки спросу, наращивать производство, Анджело Гайя называл Италию страной артизанального (местного) виноделия, а залог ее будущего он усматривал в выживании лучших ремесленников.

И вот, рассказывая о своем опыте, он возвышается до патетики проповедника, а переходя к «творческим планам», вдруг становится кротким и переводит разговор на детей: «Меня часто спрашивают, нет ли у меня желания где бы то ни было еще, кроме Италии, производить вино и где именно я хотел бы это делать. Да, такое желание есть, хотя мне уже 72 года и я передаю дела детям. Я полон сил, но больше не могу подбрасывать уголь им в топку. Если они захотят расширить бизнес, это будет уже их решение».

Однако Анджело Гайя не был бы самим собой, если бы остановился на этих словах. Как бы рассуждая «чисто теоретически», он говорит, что в связи с глобальным потеплением было бы очень полезно изучить опыт виноделов Израиля, которым удалось создать вина высокого качества на виноградниках, окруженных пустыней. А еще было бы исключительно интересно создать вино в тех краях, где затеряна легендарная Шамбала...

Интересно, это нам, очарованным слушателям, или детям, как продолжателям семейного дела, оставляет он в ненаписанном завещании эти романтические фантазии?

Новости партнеров