Родина самостийных миллиардеров

Илья Жегулев Forbes Contributor
фото Марии Плешковой для Forbes
Почему Днепропетровская область, «бизнес-центр» Украины, оказалась самым спокойным русскоязычным регионом.

Глава аппарата правительства Днепропетровской области, украинский патриот Геннадий Олегович Корбан и другой украинский патриот и вице-губернатор Борис Альбертович Филатов склонились над листом А3: они пытаются разобраться в украинских названиях разных ведомств на схеме полномочий правительства региона. На глазах корреспондента Forbes распределяются полномочия и утверждается структура власти.

— А почему это тебе достается? — на чистом русском спрашивает Филатов, тыкая пальцем в один из сложносочиненных украинских властных институтов. — Он же все равно по всем вопросам ко мне бегает.

— Да мне его не надо, забирай себе, — добродушно соглашается Корбан и шариковой ручкой делает стрелочку на листе в сторону Филатова.

Звонит телефон. «Я так понимаю, там руководитель вопрос ставит, там начинаются праймериз, есть опорные точки, которые нам интересны, ты понимаешь, о чем я говорю — Корбан отходит к окну. — Ты там на скайп выходи, я скажу, какие районы. Надо помочь, да, — повысив тон, говорит Корбан. — Избрать… Кого надо». (Разговор состоялся в преддверии назначенных на май президентских выборов на Украине.)

Опять звонок — кто-то на линии просит поделиться бензином (военным в последние дни не хватало топлива). «Вы мне сейчас бросаете SMS, что им нужно в каком объеме — марка и количество, я своим пересылаю, и они отпускают», — распоряжается Корбан и ставит айфон на вибрацию.

По налоговой статистике за 2014 год, в Днепропетровске зарегистрировано 240 миллионеров, то есть людей с годовым доходом более 1 млн гривен. В пересчете на 1000 жителей это даже больше, чем в Киеве. Днепропетровск считается неофициальной бизнес-столицей Украины, и теперь предприниматели окончательно взяли власть в области.

Кабинет в аппарате правительства больше похож на переговорную в бизнес-офисе. На стенах нет обычных для чиновников портретов президентов. Нет и телефонов с вертушками. Все время без стука заходят какие-то люди, видно, что здесь никто не оберегает покой чиновников. Да и Корбан с Филатовым мало напоминают госслужащих.

В мирной жизни Геннадий Корбан и Борис Филатов — давние друзья и партнеры по медиапроектам «Главред» и УНИАН, в которых у них миноритарная доля. В январе этого года Корбан вместе с Филатовым покинули Украину, после того как Филатов сказал что-то нелестное об администрации президента Януковича, а Корбан на огромном экране, расположенном в принадлежащем ему ТЦ «Плаза», включил «Пятый канал». «Пятый канал», кстати, и сейчас вещает в центре Днепропетровска.

Совладелец компании «Славутич-Капитал» с состоянием $153 млн Корбан входит в сотню богатейший украинцев по версии Forbes. Кроме торговых центров в Днепропетровске он также владеет миноритарными пакетами в десятках предприятий. Украинские СМИ неоднократно причисляли его к миноритарным собственникам группы «Приват» Игоря Коломойского, ныне губернатора Днепропетровской области, сам Корбан владение долей в «Привате» отрицает.

Русскоязычный регион Украины, управляемый посаженным из Киева олигархом, не скрывающим иудейского вероисповедания, — казалось бы, что еще можно придумать для подготовки народного бунта против новых украинских властей? Но почему-то именно Днепропетровская область оказалась самой спокойной на юго-востоке Украины. В отличие от соседних областей, где вспыхивают массовые беспорядки и формируются альтернативные структуры власти, в Днепропетровске прошла всего лишь одна манифестация. И та закончилась мирно — после переговоров

с Филатовым, отвечающим за внутреннюю политику, люди разошлись и более не собирались. По недавнему опросу, проведенному Киевским международным институтом социологии, 84% жителей области категорически против присоединения ее к России. Это на 13% больше, чем в среднем по Украине.

Прогуливаясь по городу, трудно поверить, что всего в ста километрах украинские военные пытаются взять под контроль куски распадающейся территории государства. А в Днепропетровске в дорогих ресторанах на набережной барышни пьют коктейли, на улице идет бойкая торговля, а на входе в администрацию нет контроля — у корреспондента Forbes даже паспорта не спросили. Тихая гавань внутри бурлящей Украины. Как так получилось?

Земля обетованная

Офис раввина Шмуэля Каминецкого находится на 18-м этаже самого большого в мире еврейского общинного центра. Огромный комплекс «Менора» напоминает лестницу в небо или пьедестал, каждая ступень которого — здание, одно выше другого.

Из кабинета раввина есть выход на смотровую площадку. «Вот там была центральная синагога, — показывает ребе район новой застройки. — Дом остался, он теперь внутри современной застройки, его реконструировали». Район, где прячется здание синагоги, застроил один из самых богатых жителей Днепропетровска и один из спонсоров еврейской общины Вадим Ермолаев (№55 в списке украинского Forbes, $190 млн). Его строительная компания называется первой буквой семитских алфавитов — «Алеф». «Вот там, ниже красного дома, живут религиозные евреи. А вообще евреи в городе живут везде», — улыбается Каминецкий.

Днепропетровск (изначально Екатеринослав) обязан своим рождением самому грандиозному в российской истории путешествию императрицы Екатерины II по случаю взятия Крыма. Продюсировал поездку граф Потемкин, который организовал церемонию закладки камня нового собора и нового города на горе, недалеко от нынешнего ресторана «Маяк». На презентации нового города, закусывая черной икрой, французский посол граф Сегюр процедил: «В Екатеринославе мы видели начало города, который не будет обитаем, начало церкви, в которой никогда не будет службы; место, избранное для Екатеринослава, безводное».

Развивался новый город поначалу действительно только за счет бюджета, в Екатеринославе строились лишь убыточные госпредприятия. Однако Екатерина решила учредить в новом городе особую зону для проживания евреев, и дело пошло. Здесь появились чугунолитейный завод, суконная фабрика и прочие атрибуты развитой экономики, построенные представителями иудейской общины, которых к началу XX века было уже больше трети населения.

Автомобиль Bentley красиво вписывается в парковку у синагоги, и водитель с готовностью рассказывает корреспонденту Forbes, как пройти в храм. Уже в восемь утра в главной синагоге на утренней молитве аншлаг. Вот совладелец компании производителя полуфабрикатов из индейки «Ахдус» (в переводе с иврита — «единство») Артур Золотаревский надевает тфилин. Вот замначальника штаба Национальной защиты Днепропетровской области Максим Дубовский стращает всех рассказами о русских диверсантах в городе. Синагога здесь больше напоминает бизнес-клуб по интересам. Никто не мешает обсуждать дела, а после молитвы в одном из расположенных здесь кошерных ресторанов можно решать бизнес-вопросы.

Еврейская тема в Днепропетровске звучит совершенно естественно. «Это клуб, в котором все объединены духовной идеей, — рассказывает об общине совладелец сети супермаркетов VARUS, днепропетровец Руслан Шостак. — Я не хожу в него, но все друзья мои, которые туда ходят, рассказывают, что действительно микроклимат там достаточно комфортный». По словам Шостака, раввин иногда выступает гарантом крупных сделок. «Редко, но такое бывает. Раввин помогает всем участникам клуба чем может. Все к нему обращаются. Он такой глобальный GR-директор всей еврейской бизнес-общины».

Сейчас, если верить статистике, евреев в городе почти не осталось — по последней переписи, всего 0,4% (даже в Москве, согласно переписи 2010 года, больше — 0,46%). Однако еврейская община очень влиятельна. И это никого не раздражает. Но только ли еврейская предприимчивость сделала Днепропетровск бизнес-столицей Украины, по количеству созданных здесь крупных компаний опередившей даже Киев?

Игры престолов: город элит

О промышленном городке Днепродзержинске неподалеку от Днепропетровска никто бы и не слышал, если бы в нем не родился Леонид Брежнев. Памятник генсеку до сих пор стоит в Днепродзержинске (в отличие от перевезенного в музей памятника Ленину).

Такое отношение вполне обоснованно. В кадровой политике Брежнев придерживался старого советского принципа — доверять только своим. Днепропетровск при Брежневе был как Питер путинской эпохи — генсек вытягивал наверх всех, с кем успел познакомиться и подружиться до того, как начал руководить страной. С Днепропетровского металлургического завода Брежнев рекрутировал Николая Тихонова, ставшего председателем совета министров, оттуда же приехал Николай Щелоков, которого Брежнев позвал возглавлять МВД. Первого секретаря ЦК Украины Владимира Щербицкого Брежнев выписал из Днепродзержинска.

Но и сейчас влияние днепропетровской элиты на украинскую политику трудно переоценить. Исполняющий обязанности президента, недавно вышедшая из тюрьмы бывший премьер и глава оппозиции, двое из первой тройки богатейших украинцев — все они выросли в Днепропетровске.

В этом сыграл роль другой уроженец города, ныне предпочитающий оставаться в стороне от политических и бизнес-процессов. Гендиректор «Южмаша» Леонид Кучма сыграл роль экспортера днепропетровской элиты в независимой Украине.

До 1987 года Днепропетровск был закрытым для иностранцев городом, кузницей важнейших видов вооружений. На местном «Южмаше» выпускали ракеты-носители «Циклон» и «Космос», а также боевые ракетные комплексы «Молодец» и «Воевода», больше известный по классификации НАТО как «Сатана». До 1991 года каждая третья межконтинентальная баллистическая ракета на вооружении РВСН СССР была выпущена в Днепропетровске.

В середине 1990-х, став вторым президентом Украины, Леонид Кучма запустил карьеру многих участников украинского списка Forbes. В начале 1990-х молодой кандидат наук Виктор Пинчук (ныне №2 в списке украинского Forbes, $3,8 млрд), промышлявший перепродажей труб, арендовал на шестом этаже местного Трубного института пол-этажа. А вторую половину арендовала его знакомая, которая занималась торговлей бензином, — Юлия Тимошенко. Соседство выросло в компанию «Содружество» — вместе Пинчук и Тимошенко занимались экспортом российского и туркменского газа на Украину. В 1997 году Пинчук стал встречаться с дочкой президента Еленой, официально они зарегистрировали отношения через пять лет. Еще до брака Пинчук контролировал Новомосковский трубный завод, Нижнеднепровский трубопрокатный завод и Никопольский завод ферросплавов, а после брака в 2004 году Пинчук приобрел с другим миллиардером Ринатом Ахметовым (ныне самый богатый украинец) «Криворожсталь». Но к тому времени его бывший партнер Юлия Тимошенко выросла в серьезного политика, и добрые отношения Пинчука с тестем стали одним из главных обвинений Кучмы в «семейном» подходе к экономической политике. Отнять «Криворожсталь» у Тимошенко получилось с приходом «оранжевых», но Пинчук остался на плаву. В 2012 году он построил и запустил первый современный металлургический завод на Украине — инвестиции, $700 млн, пошли в родной Днепропетровск.

Пинчук — главный олигарх в регионе? Нет, не так. В Днепропетровске нет одного хозяина-олигарха. Миллионеры и другие предприниматели прекрасно существуют в этой среде, ресурсов хватает на всех. «Что такое Украина? — рассуждает Корбан. — Это экспорт металлургии, химии и чуть-чуть машиностроения. Металлургия — это уголь, электроэнергия, ферросплавы, это руда, и это перерабатывающие заводы. Все это есть в Днепропетровской области. В отличие от Донецка, где эта цепочка разорвана».

В упадке остается только главный бренд советского Днепропетровска — завод «Южмаш». После распада СССР и завершения гонки вооружений «Южмаш» потерял огромную долю военных заказов: чтобы выжить, завод выпускал зонты и велосипеды. Еще тяжелее дался развод с Россией, решившей свернуть сотрудничество с Украиной в ракетной и аэрокосмической сфере. «Мы очень сильно завязаны на Украину в плане военно-космического сотрудничества, но в связи с политической ситуацией и позицией НАТО вынуждены искать пути отхода — передислоцируем заказы в Россию, Белоруссию и даже Китай, — объясняет Forbes крупный российский чиновник, связанный с ОПК. — Как мы можем им доверять, если их элита давно живет и работает в США». По его словам, отказ от сотрудничества был обоюдный. Экс-президент Виктор Ющенко просил руководство завода максимально дистанцироваться от России. Сделать это непросто, поскольку 70% металла и комплектующих для ракет «Южмаш» закупает в России и Россия приносила предприятию до 85% экспортной выручки.

Несмотря на то что в 2013 году Государственное космическое агентство Украины и Федеральное космическое агентство России подписали меморандум о взаимопонимании, «Южмаш» старается ориентироваться больше на запад, чем на восток. В 2013 году европейское космическое агентство (ЕSА) запустило ракету-носитель Vega, а США запустили две ракеты-носителя Antares — часть их движущей системы и первой ступени были изготовлены в Днепропетровске. Еще два ступени отправлены в США для запуска Antares в 2014 году. Однако западных заказов заводу не хватает.

Бизнес-губернатор

Самый заметный представитель днепропетровской элиты — основатель группы компаний «Приват» и крупнейшего в стране Приватбанка Игорь Коломойский (№3 в списке украинского Forbes, $2,4 млрд). Выпускник Днепропетровского металлургического института Коломойский в конце 1980-х начинал бизнес с торговли оргтехникой, которую вместе с друзьями возил из Москвы. В 1992 году с партнером Геннадием Боголюбовым он основал Приватбанк. Ваучерная приватизация превратила Коломойского в олигарха — он собрал 2,3% всех ваучеров в стране и обменял их на акции двух заводов и двух ГОКов. На этом не остановился. Сейчас интересы Коломойского простираются от нефтехимии до ферросплавов, от горнолыжных курортов до авиаперевозок (в его собственности днепропетровский аэропорт). Самым ценным его активом является крупнейший в стране Приватбанк (активы — $24 млрд, капитал — $2,8 млрд, по данным МСФО на сентябрь 2013-го). Помимо денег Коломойского интересуют футбол и религия. Он вице-президент Федерации футбола Украины и глава Европейского еврейского союза.

После победы «евромайдана» в январе 2014-го, в ситуации полного управленческого коллапса Коломойский сам предложил свою кандидатуру на пост губернатора. «Это раньше губернатору надо было договариваться с элитами, — говорит Корбан. — Теперь мы и есть элита». В прессе не раз упоминалось, что Коломойский, как и Пинчук, изначально поддержал «евромайдан» — по крайней мере информационные ресурсы обоих с самого начала освещали митинги протеста весьма лояльно.

Став губернатором, Коломойский с ходу пообещал две вещи: не заниматься бизнесом и разговаривать на украинском. На первой своей пресс-конференции 3 марта Коломойский на чистом русском заявил, что Владимир Путин «неадекватен и полностью сошел с ума». Путин в долгу не остался и окрестил Коломойского «уникальным проходимцем» и «прохвостом», сумевшим обмануть даже Романа Абрамовича. После этого бизнес у Коломойского в России закончился. Депутаты Госдумы от КПРФ попросили Генпрокуратуру проверить российскую «дочку» Приватбанка — Москомприватбанк (активы 56 млрд рублей и вклады 40 млрд рублей) на причастность к финансированию терроризма. Чуть позже Банк России ввел в банке временную администрацию, а затем запустил процедуру его санации. Приватбанку пришлось продать российскую «дочку» Бинбанку за 6 млрд рублей, но затем проблемы начались в Крыму — ЦБ приостановил деятельность отделений банка, а прокуратура добивается ареста имущества.

Если на бизнес Коломойского Москве удается давить, то с регионом возникли проблемы. Русскоязычная Днепропетровская область осталась самым лояльным новым властям регионом Украины. Коломойский удерживает ситуацию под контролем: по улицам разъезжают автомобили с «жевто-блакитными» флагами, люди записываются в добровольцы для защиты региона от «зеленых человечков». На улицах Днепропетровска появились билборды: «$10 000 за москаля» с логотипом Приватбанка. Как разбираются с недовольными? В ответ на манифестацию против появления представителей «Правого сектора» в военных частях области вице-губернатор Филатов вызвал группу активистов и предложил им поездить по военным частям с инспекцией — проверить, есть ли там «бандеровцы». С коммунистами же разговаривал сам Коломойский. Как рассказывают свидетели, он умело козырял цитатами из Маркса и в конце концов убедил их, что область двигается в правильном направлении. Удалось ли ему убедить в том же русских инвесторов и бизнес?

Ничего личного

Фирменный поезд Москва — Днепропетровск сбавляет скорость перед станцией Казачья Лопань. Это уже Украина — граница осталась в двух километрах позади. В вагон входят пограничники. Обстановка нервная. «Цель визита? С кем встречаетесь? Есть приглашение? Место пребывания? — пограничник забрасывает корреспондентов Forbes Павла Седакова и Артема Голощапова вопросами. — Сколько денег с собой везете? Есть выписка из

банка?»

После получасового допроса репортеров сажают на проходящий поезд до Белгорода, выдав копию отказа в пересечении границы из-за «неподтвержденной цели поездки» и «недостаточного финансового обеспечения». Журналистское удостоверение ситуацию только усугубило. «Теперь мы вам на три года въезд закроем», — обрадовались пограничники. Под таким предлогом в тот день сняли десяток пассажиров — мужчин от 18 до 50 лет. «Украина — дорогая страна, — объясняет капитан, сканируя паспорта, и, смягчившись, добавляет: — Просто сейчас не самое лучшее время, чтобы ездить в Украину».

И не самое лучшее время, чтобы инвестировать в Днепропетровск? Корреспондент Forbes Илья Жегулев, долетевший до города на самолете на следующий день, задает этот вопрос главе аппарата местного правительства Корбану. Тот отводит глаза и ничего не отвечает. Находится его коллега Филатов: «Мы ждем, когда поедут люди из России. Думаю, что оттуда любые думающие образованные люди сюда побегут. Ждем, чтобы они побежали не в США, не в Лондон, не во Францию, а на Украину».

Все предкризисные годы присутствие русского бизнеса было особенно заметно в Днепропетровске. Ритейловые сети — главные бизнес-«интервенты» на Украину той поры. «О’Кей» «Арбат престиж», «Евросеть», «Пятерочка», «Перекресток» — кто тут только не пытался начать бизнес. Но, как рассказывает владелец ритейловой сети VARUS Шостак, российский менеджмент столкнулся с проблемами. «Основная ошибка россиян — неверные представления об украинском рынке. Россиянам кажется, что Украина по ментальности и доходности такая же, как Россия. Но это не так. Маржинальность бизнеса здесь намного ниже, поэтому надо концентрироваться на работе с операционными издержками и фокусироваться на деталях». Недавно компания VARUS Шостака купила все магазины сети «Перекресток». Группа компаний X5 начала продавать бизнес с лета прошлого года. Совладелец VARUS

в покупке видит только плюсы — днепропетровцы вышли на киевский ритейловый рынок. До конца июля заново откроются 13 магазинов площадью 12 000 кв. м — уже под брендом VARUS. Месяцем раньше VARUS купил магазины уходящей сети SPAR.

«На Украине практикуется и приветствуется сплошь и рядом работа с серыми и черными деньгами, а для нас, как для открытой компании, это не приемлемо, — объясняет решение компании источник в X5. — Кроме того, гораздо ниже платежеспособность населения».

Одна из самых громких историй проникновения русского бизнеса на Украину стала широко известна благодаря комментарию Владимира Путина, рассказавшего об «обмане» Романа Абрамовича Коломойским. В 2007 году Коломойский стал совладельцем Evraz Group, продав ей металлургические активы на Украине за $1 млрд и 9,72% акций группы. Теперь у Evraz Group, совладельцами которой являются российские миллиардеры Роман Абрамович и Александр Абрамов, 99,25% акций ГОК «Сухая балка», 95,57% акций Днепропетровского металлургического завода им. Петровского, 93,74% акций коксохимического завода «Баглейкокс», 98,65% акций «Днепрококса» и 93,83% акций Днепродзержинского коксохимического завода, а также 50% Южного ГОКа (четвертый по размерам железорудный ГОК на Украине).

После истории с Мосприватбанком несколько политиков на Украине призвали к симметричным действиям по отношению к собственности российских компаний. Однако, как говорит Корбан, «никто ничего отнимать не собирается». Он утверждает, что Evraz чувствует себя комфортно в Днепропетровской области. Политическая ситуация не оказывает влияния на производственную деятельность украинских активов «Евраза», — заявили Forbes в пресс-службе компании.

Тем не менее известный российский бизнесмен, член списка Forbes говорит, что после присоединения Крыма и эскалации кризиса на юго-востоке Украины ответные действия по национализации российских активов на Украине «выглядят почти неизбежными». Но добавляет, что в первую очередь это затронет российские государственные компании. Частники пока могут подождать.

— При участии Павла Седакова и украинских пограничников

Новости партнеров