Камасутра для неокрепшего мозга: 7 победителей Каннского кинофестиваля

Кому и за что достались главные призы 66-го Каннского кинофестиваля

Этот Спилберг, этот поставщик голливудских блокбастеров, каждый новый из которых становится все нелепее, в воскресенье заставил снять шляпу всех синефилов по обе стороны океана. Его решение, принятое совместно с судейской командой прошедшего Каннского фестиваля, присудить «Золотую пальмовую ветвь» фильму Абдельлатифа Кешиша «Жизнь Адель» не только верное с точки зрения оценки художественных достоинств картины, но и вполне смелое. Любовь двух девушек-лесбиянок, показанная столь откровенно, что неокрепшим мозгом может восприняться как новая Камасутра, была вручена в тот именно день, когда Париж шумно протестовал против принятого во Франции закона о легализации однополых браков — на митинг протеста вышло порядка полумиллиона человек.

Случайность? Совпадение? Да что вы, на таких планетарно раскрученных действах, как Каннский фестиваль, случайностей и совпадений не бывает. Здесь не вручают призы ради декларации политических кредо, но именно здесь, на разнеженном Лазурном берегу, рождаются новые художественные и политические тренды.

Искусство не может быть вне политики: оно откликается на нее, оно противостоит ей, оно рождает политические и социальные тенденции. Как вчера, когда во время речи Кешиша со сцены о любви, о свободе выбора и уважении к личности в Париже продолжались аресты протестующих и телеэкраны делились пополам — слева говорил Кешиш, справа вязали манифестантов.

Отдельно отметим, что ни одна главная награда — ни «Золотая пальмовая ветвь», ни Гран-при, ни приз за режиссуру и спецприз жюри — не ушла к чисто европейскому фильму. Кешиш — хоть и гражданин Франции, но все-таки выходец из Туниса. Здесь, практически в центре Европы, стремительное дряхление Европы чувствуется острее, чем где бы то ни было. Здесь безжалостно обнажается пустота, овладевшая европейским кино: его внимание сосредоточилось на Фрейде («Джимми П.» Арно Деплешена), поисках половой идентичности и экспериментах с собственным телом («Молода и прекрасна» Франсуа Озона»), подражании великим кинорежиссерам (псевдофеллиниевщина «Великой красоты» Паоло Соррентино), тоске по форме при отсутствии внятного содержания («Только Бог простит» Николаса Рефна).

Зато крепчает Восток и Латинская Америка — не зря приз за режиссуру ушел мексиканцу (Амат Эскаланте за «Эли»), «пальму» за сценарий взял китаец (Цзян Чжан Ке за сценарий к фильму «Прикосновение греха»), спецприз жюри достался японцу (Хирокадзу Коре-еда за ленту «Что отец, что сын»). Ну а вторая по значимости награда Гран-при улетела за океан к неувядающим братьям Коэнам («Внутри Льюина Дэвиса»). Уставшей Европе остается все это лишь печально фиксировать…

Подробнее о победителях последнего Каннского кинофестиваля — в нашей галерее.

Новости партнеров