Учеба и работа в Корее: чем Сеул заманивает зарубежных специалистов
Центральная библиотека университета Кенхи / Getty Images

Учеба и работа в Корее: чем Сеул заманивает зарубежных специалистов

Софья Капалина Forbes Contributor
Центральная библиотека университета Кенхи Getty Images
Корейские корпорации создают для экспатов исключительные условия труда, в то время как государство готово покрыть все расходы на образование и проживание студентов из-за рубежа

В 2016 году правительство Республики Корея объявило об инвестировании $66 млрд в новые сферы экономики. В 2018-м все больше российских бизнесменов отправляют детей на учебу в корейские вузы, российские специалисты ищут работу в Корее. Корейское экономическое чудо, пристроившись в хвост к феномену масскультуры, k-pop, стремительно завоевывает мир, и самые смелые и прагматичные иностранцы уже едут в этом пелотоне.

К-pop и халлю

В 2012 году южнокорейский певец PSY выложил на YouTube клип Gangnam Style — за первые два месяца он набрал более миллиарда просмотров; в июле 2018-го цифра превысила 3,1 млрд. Так k-pop стал глобальным феноменом. Еще в начале 2010-х культурная экспансия Южной Кореи распространилась на Восточную Азию. Корейские знаменитости постоянно поддерживают связь с фанатами в социальных сетях, создавая эффект тесного контакта и семейной близости. Огромное количество фанатов со всего мира приезжает на концерты любимых k-pop групп. Например, цены на билеты на бойзбенд BTS начинаются от $500 и раскупаются за один день. Рост популярности корейских артистов за рубежом увеличивает интерес к стране в целом, к корейскому языку, образованию, туризму.

За масскультурой неотступно следуют товары «кретивной индустрии» — косметика, электроника. По данным креативного агентства КОССА (Korea Creative Content Agency), в 2012 году экспорт корейской культуры (популярная музыка, дорамы, фильмы, игры) достиг $4,6 млрд, в 2016-м — $6,3 млрд. Повышение экспорта в сфере культуры на $100 ведет к приросту экспорта высоких технологий на $412, сообщал корейский экономический портал biz.chosun.com в январе 2013 года. «Корейскую волну» (халлю) поддерживают государство и крупный бизнес, одновременно создавая внутри страны льготные условия для иностранцев. Универсальный способ хорошо адаптироваться в Республике Корея — окончить правильный университет.

Система образования

У корейской образовательной системы множество ступеней. Обучение начинается в 7 лет. Годы в Корее отсчитывают не с момента рождения, а с момента зачатия.

Так что 7-летний корейский ребенок — ровесник российскому 6-летнему. Обучение в начальной школе продолжается шесть лет. Затем три года — средняя школа. Это обязательное бесплатное образование. Следующая ступень — еще три года старшей школы — только платная. Считается, что свой самый важный выбор корейцы делают в 16–17 лет, когда поступают в старшую школу. Попасть в престижную школу принципиально важно: чем лучше школа, тем выше шанс сдать ЕГЭ (сунын) на самые высокие баллы и тем выше шанс попасть в престижный университет.

Таких университетов всего три в стране. По первым буквам своих названий они образуют слово SKY — Сеульский университет, университет Корё и Йонсе. У корейцев есть поговорка: «SKY — это дорога в небо», — пишет в книге «Корея и корейцы. О чем молчат путеводители» Олег Кирьяков. В Сеульском университете училась практически вся политическая элита Республики Корея. В глобальные корпорации Кореи, такие как Samsung, LG, Hyundai Motor, где минимальная зарплата $3700, принимают только выпускников SKY. Средний доход в Корее — $2500 в месяц, высокий начинается от $5000, то есть на стартовой позиции в глобальной корпорации работник сразу получает зарплату выше средней по рынку. Конкурс в университеты SKY — больше ста абитуриентов на место.

ЕГЭ — судный день корейского школьника. Страна сдает госэкзамен каждый год в третий четверг ноября. В этот день запрещены какие-либо громкие звуки в общественных местах, выключена реклама.

Аэропорт Сеула закрывается на 30 минут, чтобы школькники успели без помех прослушать задания теста на аудирование.

В день сдачи ЕГЭ именно эта новость становится главным инфоповодом всех СМИ.

К ЕГЭ готовятся с начальной школы. Почти все школьники занимаются дополнительно в специальных академиях, так называемых хагвонах. Занятия идут три дня в неделю, стоят в среднем $350–400 в месяц. По данным Washington Post, в 2014 году корейцы потратили на хагвоны около $20 млрд. В академиях дают углубленные знания английского, математики и корейского языка. Эти предметы принципиально важны для поступления в вуз, а без хорошего уровня иностранного языка поступить практически невозможно. Для тех, кто не успевает учиться в хагвоне, есть дополнительные курсы и репетиторы, которые помогают с домашним заданием в школе и в академии дополнительного образования. Если ребенок не справляется с нагрузкой, то родители, скорее всего, не только не пожалеют его, но наймут дополнительных преподавателей. На этот случай в Сеуле действует муниципальный закон, запрещающий давать уроки школьникам после 22 часов вечера. Но все равно, по статистике, две трети учеников старших классов спят меньше пяти часов в сутки.

Перемена в старшей школе в сеульском районе Чонногу

«Среди наших учеников есть такие, кто уже в 12 лет четко знает, чего хочет добиться в жизни. Более того, у них уже готов поэтапный план. Например, наш ученик-вундеркинд Чуан, мальчик из небогатой семьи, с раннего детства решил, что будет работать в ООН, и безостановочно шлифует свой английский, участвует в конкурсах ораторского мастерства», — рассказывает Лилиана Кан, создательница образовательной академии ToAt в Пусане. Видя такую высокую мотивацию ученика, Лилиана и ее муж, потомственный педагог, приняли решение дотировать обучение Чуана.

Успехи детей — в центре жизни родителей. «Если корейские мамы встречаются в кафе, то первой темой для разговоров будут успехи их детей в учебе,— рассказывает Лилиана Кан. — На какие занятия ходят, в какие англоязычные школы и университеты будут поступать. Все ревниво слушают друг друга и повторяют друг за другом. Конкурируют не только ученики в школе, но и их родители». Лилиана говорит, что их с мужем образовательной академии, открытой пять лет назад, не понадобилась реклама. Работает сарафанное радио, которое разносит по всей стране: 30 выпускников академии поступили в SKY и зарубежные вузы.Теперь ежегодный прирост учеников составляет 120%. Лилиана говорит, что страсть к обучению в Корее — семейная традиция. Детей из состоятельных семей мотивируют их родители, которые в свое время тоже упорно учились. Старшая школа и высшее образование в Корее платное и для корейцев, и для иностранцев. Год в Сеульском университете в зависимости от факультета стоит от $2500 до $6500 (самый дорогой – медицинский), в университете Йонсе цены начинаются от $3500.

Самые обеспеченные семьи отправляют детей получать образование за рубеж. Но место обязательно должно быть престижным и рейтинговым, ведь неизвестно куда корейская мать своего ребенка не отпустит. Хорошей репутацией в Корее пользуются Гарвард, Оксфорд и Кембридж.

Согласно статистическому отчету Министерства торговли США, Корея занимает третье место по количеству студентов, обучающихся в американских университетах.

Более 63 000 корейских студентов ежегодно приносят в бюджет Америки около $2,3 млрд.

16,7 % корейцев изучают бизнес и менеджмент, 11,9% — изобразительное и прикладное искусство, еще 11,9% — социальные науки. Помимо США корейские студенты учатся в Японии, Австралии, Великобритании и Канаде.

Высшее образование для иностранцев

Если в 2000 году в Корее обучалось 3954 студента-иностранца, то в 2017-м их число увеличилось в 30 раз — 123 850. Корейские университеты стремятся сделать свои программы максимально привлекательными для иностранных студентов: преподают магистерские курсы на английском, выплачивают стипендии.

  • Стипендия KGSP (Korean government scholarship), которую вручает Государственный институт международного образования при правительстве, покрывает не только стоимость обучения, но и расходы студента в Корее. Ежегодно 10 россиян получают такие стипендии, и конкурс высок.

«Я подавала на KGSP два раза, — рассказывает Теона Гогичаишвили. — В первый раз не получилось. Но моя учительница, кореянка, сказала: «Теона, у тебя отличный корейский, ты для них находка, подавай документы еще раз. И со второго раза меня взяли во все три университета. Так я оказалась в магистратуре по направлению «маркетинг в индустрии моды» в университете Йонсе». Помимо учебы в Йонсе нужно было работать в лаборатории и писать исследования для отчетности. По словам Теоны, совмещать учебу с работой в Корее очень тяжело. «У меня не было времени вообще. Я не то что не могла выпить кофе с друзьями, часто некогда было сходить в душ, — вспоминает Теона. — Но я получила от Кореи все, что хотела: стипендию, образование в лучшем университете и работу в одной из самых престижных компаний страны — LG». Теона говорит, что часто с благодарностью вспоминала слова своего дипломного руководителя на факультете философии МГУ им. Ломоносова, который учил студентов: «Относитесь ко всему критично, только так можно увидеть ситуацию объективно».

Ли Ен Ми, лектор института IMEI (International Mind Education Institute), окончивший филологический факультет РУДН, замечает, что российская система высшего образования гораздо гуманнее к студентам и в плане учебы, и в плане общения однокурсников. «В корейской системе все построено на конкуренции. Все так заняты, что ответ на вопрос соседа по парте воспринимается как услуга, которая требует ответного одолжения. В России безвозмездная помощь одногруппнику принята, морально это даже поощряется», — говорит Теона Гогичаишвили.

Работа в Южной Корее

Профессия и место работы означают социальный статус и соответствующий уровень жизни корейца. Большинство выпускников вузов стремятся поступить на государственную службу или устроиться в крупную корпорацию. Помимо государственных чиновников самыми уважаемыми и высокооплачиваемыми специалистами считаются юристы, врачи (особенно ценятся дантисты, окулисты и хирурги) и ученые. Минимальная стартовая зарплата для них — $5000–10 000, со временем она может вырасти до $30 000–50 000.

Основной поток корейских выпускников устремляется в крупные компании. В тройке лучших — те самые Samsung, LG, Hyundai Motor. Прием на работу для корейцев и иностранцев различается. Но и тем и другим приходится долго ждать. Например, от момента подачи резюме до зачисления на работу в LG у Теоны Гогичаишвили ушло полгода.

  • Заполнить резюме на сайте компании можно лишь два раза в году, в марте и в сентябре, когда компании вывешивают список вакансий.

К резюме нужно приложить красочную презентацию, рассказ о себе.

Если CV одобрили, пригласят на экзамен. К этому экзамену, где вопросы по истории и философии чередуются с математическими задачами, корейцы готовятся с первых курсов уни- верситета. Существуют специальные репетиторы, которые натаскивают на сдачу экзамена при поступлении на работу. Иностранцам сдавать его необязательно. Зато обязателен психологический тест и минимум три собеседования с заданиями.

Лояльнее других к иностранцам относится Samsung. Инженеров нанимают по упрощенной схеме с одним собеседованием. Иностранным инженерам необязательно знать корейский — все рабочие вопросы решаются на английском, а новичкам компания оплачивает 10-недельный языковой интенсив.

Инженер Александр Лимонов начал работать в Корее в 2001 году, сразу после окончания Уральского технического университета. По его мнению, иностранные сотрудники в корейских компаниях чувствуют себя комфортнее, чем корейцы. Им предоставляют бесплатное жилье, бесплатную медицинскую страховку, раз в год оплачивают авиабилеты для всей семьи, платят за образование детей, прикрепляют помощников, которые решают бытовые проблемы и могут, например, вызвать сантехника, записать на прием к врачу.

Корейские компании очень заинтересованы в экспатах.

Иностранцы отличаются более креативным подходом к решению задач. К тому же иностранцы подписывают бумаги: все, что создано на территории Республики Корея, принадлежит Корее. Зато, как говорит Александр: «В Samsung ты работаешь с передовыми технологиями, которые на твоих глазах превращаются в продукты. Сотовые телефоны и камеры, которые я делал, уже продаются на рынке. Это очень приятное чувство: видеть результат своего труда, понимать, что ты вносишь вклад в развитие». Ли Ен Мин замечает: в тех компаниях, где работают иностранцы, сама структура работы отличается от традиционно корейской, но Александр Лимонов считает, что дух конкуренции у корейцев в крови и это не всегда идет на пользу делу. «В Samsung сильна внутренняя конкуренция. Например, бывает так, что несколько команд разрабатывают один и тот же продукт. В финале устраивают конкурс, выбирают лучший вариант, который внедряют. На мой взгляд, если бы все эти команды работали вместе, можно было бы добиться больших успехов». Хотя иностранный сотрудник обычно воспринимается как редкий и ценный специалист, он тоже должен встраиваться в иерархию.

Иерархия, традиции и корпоративная культура

Корейское общество выстроено по вертикали. Иерархия заложена доминировавшим в стране с XV по XX век конфуцианством, разделявшим общество на четыре социальных класса. После Второй мировой войны и корейской гражданской войны в стране вместе с миссионерами появилось христианство. Но иерархия никуда не исчезла.

Регламентировано общение с вышестоящими по должности, со старшими по возрасту. Например, в университете ты не можешь отказаться от задания профессора или изменить тему научной работы. То же происходит на работе: «Есть непосредственный начальник. Его слово — закон. Даже если решение начальника неправильное, заявлять об этом вслух нельзя, — рассказывает Александр. — Для себя я выработал такую методику. Я создаю презентацию с объяснением, рассказываю, почему я так думаю. Тогда эксперты на совещании принимают решение».

Иностранным специалистам важно соблюдать правила общения. Например, к физическим контактам в Корее до сих пор не привыкли: не стоит обнимать коллег при встрече, советует Ли Ен Мин. А в речи действуют три уровня обращения на «вы», три уровня выражения почтительности.

Очень развита корпоративная культура, которая регламентирует все, от рабочего графика до внешнего вида подчиненных.

  • Must have — дорогие костюмы и рубашки с длинным рукавом в любую жару, идеально белые зубы и маникюр и у мужчин, и у женщин.

После работы принято неформально общаться с коллегами. Корпорация выделяет начальнику отдельный бюджет на походы с подчиненными в бары за жареным мясом и соджу (корейской водкой). Отказываться от участия в таком корпоративе не принято. Обычно вечер разделяется на две части: сначала все идут в ресторан, а после отправляются в караоке. Петь корейцы любят и умеют. Если руководитель предлагал выпить за ужином, сотрудникам до недавнего времени считалось неприличным отказываться. «Сейчас начальникам в Samsung официально запрещено спаивать подчиненных, — рассказывает Александр Лимонов. — Раньше было принято раз в неделю или раз в две недели ходить всей командой в ресторан. Причем считалось, что одного ресторана недостаточно, шли в бар, пили пиво, потом в караоке, потом в ночной клуб. Это называлось «первая, вторая, третья стадия». Сейчас компания запретила «стадии». Если команда идет в ресторан, то без продолжения банкета, и по домам расходятся не позднее 9 часов вечера».

Точно так же устроена система в университетах — младшекурсник не может отказать старшему студенту, если тот хочет организовать попойку, но всегда может попросить оплатить его часть счета.

По мнению Лилианы Кан, в иерархической структуре очень много полезного. Например, строго соблюдается возрастная иерархия «хубе-сомбе», старший-младший. «Я заканчиваю PhD в Сеульском университете по специальности «политика и международные от- ношения», где училась вся элита страны. По иерархическим правилам старшие выпускники могут оказывать протекцию младшим. Поэтому, когда слышат, что я из Сеульского университета, меня воспринимают как часть этой социальной среды».

Уважение к коллегам подчеркивают обращением. Друг друга принято называть по должности, добавляя к ней фамилию. Например, секретарь Ким. И по-прежнему в ходу поклоны. Тут главное не переусердствовать: поклон на 90 градусов делают только президенту.

Новости партнеров