В постели с призраком: фильм недели – «Багровый пик»

Universal Pictures
Мастер киновыдумки Гильермо дель Торо сделал красивый страшный готический фильм, каких не было давно

Придя вчера в первый день проката на «Багровый пик» голливудского мексиканца Гильермо дель Торо, я стал свидетелем социокультурного феномена. В зале было человек 25, что прилично для дневного сеанса в рабочий четверг. Но фокус в том, что кроме меня в зале находились одни женщины, причем в основном средних лет. Я не наблюдал такого никогда. В кино – во всем мире - ходит прежде всего молодежь. А уж на фильме дель Торо, последним хитом которого стал фантастический супербоевик «Тихоокеанский рубеж», основную аудиторию должны были составить киноманы мужского пола.

Привлекательность фильма для женщин, однако, не случайна. Как не случайно и то, что на две из трех главных ролей дель Торо позвал Миу Васиковску и Тома Хиддлстона – актеров из недавнего красивейшего философско-вампирского ужастика Джима Джармуша «Выживут только любовники». Другое дело, что изначально он намеревался снимать Бенедикта Камбербетча и Эмму Стоун.

О ЧЕМ ЭТО.

О юной девушке из Баффало начала XX века, начинающей писательнице, идеал которой не кто-нибудь, а автор «Франкенштейна» Мэри Шелли (что уже важно). Дважды в жизни ей являлся страшнющий черный скелет-призрак умершей от холеры матери. Оба раза эта мать, растворяясь в воздухе и выкрючивая невероятно длинные фаланги пальцев, говорила загробным голосом: «Остерегайся Багрового пика!»

Девушка увлеклась приезжим английским баронетом с волосами цвета воронового крыла. Баронет – изобретатель-самоучка. Он предлагает отцу девушки, деловому жесткому американцу из разряда селф-мейд, профинансировать создание его машины для добывания лучшей красной глины в мире, из которой получается самый крепкий кирпич. Залежи этой глины – в английском поместье баронета. Но американскому отцу, которому вот-вот стукнет 60, отчего-то крайне неприятны ни белоручка-баронет, ни – особенно – его сестра, в роли которой неузнаваемая, тоже с черными волосами дважды оскаровская номинантка Джессика Честейн.

Отец юной девушки нанимает частного сыщика, который обнаруживает про баронета и его сестру нечто, что заставляет их срочно покинуть Баффало. При этом отец – пусть с неприязнью – даже выписывает им солидный чек: для него важно, чтобы они убрались поскорее и оставили в покое его любимую дочь.

Но утром отца жестоко и кроваво убивают, когда он бреется в ванных помещениях своего любимого клуба для богачей.

Страшное потустороннее и кровавый натурализм, как в лучших фильмах дель Торо «Хребет дьявола» и «Лабиринт Фавна», соседствуют в «Багровом пике» очень естественно. Страшных эпизодов больше. Кровавых – поменьше.

При этом смерть отца все признают несчастным случаем – все, кроме влюбленного в его дочь умного врача-ученого, который затевает собственное расследование.

Между тем дочь вскоре-таки выходит замуж за обольстительного баронета и переезжает вместе с его сестрой в уединенный английский замок, где повсюду мерещатся совсем уже жуткие привидения. Во время приезда принимающий их слуга-старик на заявление хозяина, что тот приехал с женой, произносит загадочную фразу: «Да вы ведь уже давно женаты». А сестра баронета говорит не менее загадочное, когда видит собачку, подобранную новой женой брата у дверей замка и вроде бы ему незнакомую: «Ты ведь заверял меня, что она давно мертва». Дрожь, аж жуть. В замке вдобавок холодно, мрачно, но на стенах почему-то полно бабочек. Из-за пробивающейся из-под земли красной глины вода в кранах и снег зимой окрашены в цвет крови. Героиню поят странно горьким чаем, от которого потом болит живот. Еще: есть похожий на клетку лифт, на котором героине не советуют спускаться в подвал, фактически шахту для добывания глины, про которую начинаешь подозревать, что это комната Синей Бороды (это не спойлер, потому что все не совсем так).

Вдруг героиня слышит, что из-за кровавого снега этот замок и именуют Багровым пиком, от знакомства с которым ее и предостерегал кошмарный черный призрак ее матери.

ЧТО В ЭТОМ ХОРОШЕГО.

Это, конечно, перфекционистский фильм, где каждый кадр выверен как работа фотохудожника.

«Багровый пик» не детская страшилка. Это экранная стилизация классических тем готического романа (пик развития которого пришелся на столетие от середины XVIII до середины XIX веков). Готический роман сочиняли прежде всего писатели-женщины. Ужасы соседствуют там с романтикой, а непременные составляющие действия – мрачные старинные замки, семейные проклятия, привидения, но при этом и любовные отношения юной героини (а в готическом романе, в отличие от традиционного, главным героем непременно является женщина, причем умная и юная) с этаким прОклятым поэтом.

Поэтому к готическим романам иногда относят не только откровенно мистические типа «Франкенштейна» Мэри Шелли, но и некоторые из тех, что принято считать классическими женскими: «Грозовой перевал» Эмили Бронте, «Гордость и предубеждение» Джейн Остин. Дель Торо признает, что во время написания сценария они с соавтором Мэттью Роббинсом держали в уме и Бронте, и Остин.

СТРАННОСТИ. Между тем дель Торо явно преувеличивает в режиссерских комментариях свои заслуги, когда утверждает, будто сделал первый готический фильм в киноистории за последние тридцать лет. Для меня очевидно, что на него сильно повлиял Тим Бёртон с «Сонной лощиной», сделанной в 1999 году. Эту работу резонно отнести к готической, хотя формально вроде бы и не вполне. А уж по части красоты и выдумки Бёртон явно победил дель Торо: дель Торо – его явный последователь, а красота «Сонной лощины» заимствована из классической голландской и фламандской живописи.

Потому, вероятно, на сеанс, где я присутствовал, и пришли одни женщины. Они явились не за ужасами – за романтикой и мелодрамой, поверив в рекламные ролики и официальный постер фильма. Поверили они им не зря – надеюсь, многое из желанного они в фильме нашли.

Стоит добавить и то, что в «Багровом пике», как и в «Сонной лощине», главному герою (тут – героине) стоит принять как данное существование потусторонего мира – только тогда они обретают возможность распутать всю детективную интригу.

Дель Торо невольно признает и другой более или менее современный источник вдохновения. Назвав свой фильм «Багровый пик» - Crimson Peak, он явно адресует кинознатоков к сериалу Дэвида Линча Twin Peaks, который безусловно можно отнести к готическому кинороману нового поколения.

Главная же, увы, проблема: когда у дель Торо все начинает проясняться (в последние сорок минут), смотреть фильм становится не страшно и не слишком интересно. Но это не отменяет достоинств его начала и середины, когда попросту оторопь берет.

НАШ ВАРИАНТ РЕКЛАМНОГО СЛОГАНА. В одном старом сыром темном замке был страшный-престрашный подвал.

Новости партнеров