Спортивный хронометраж: как будут фиксировать рекорды в Сочи-2014

Бараев Тимур Forbes Contributor
Эволюция спортивного хронографа позволяет добиться «тысячной» точности

Время — главнейшая составляющая спорта. Недаром в девизе олимпийского движения «Быстрее, выше, сильнее!» на первый план вынесен «хронометрический» критерий.

Компания, отвечающая за хронометраж, должна не только обладать совершенным и безотказным оборудованием, способным фиксировать результаты в жару, дождь и морозы. Она должна помнить все рекорды, сравнивать их с текущими результатами, систематизировать и передавать судьям и болельщикам. Хронометрист — летописец спорта. На такую роль могут претендовать только лучшие часовые дома с историей. И в этом смысле швейцарская Omega — одна из самых достойных кандидатур. В Сочи Omega в 26-й раз будет выполнять функции официального хронометриста Олимпийских игр. От спонсоров и других партнеров хронометрист отличается тем, что компания не платит, а получает деньги за работу на Олимпиаде. Omega дебютировала в этом качестве еще в 1932 году в Лос-Анджелесе, и с тех пор Международный Олимпийский комитет доверяет ей ответственную работу.

Как бы ни воспевались древнегреческие олимпиады, маккавейские или горские игры, сабантуи и сурхарбаны, профессиональный спорт очень молод. Зародился он менее 150 лет тому назад, в конце XIX века. И надо сказать, что всем очень повезло, что идеей проведения всемирных спортивных игр заразился великий романтик французский барон Пьер де Кубертен, а не какой-нибудь (при всем глубочайшем уважении) грузинский князь или скандинавский конунг. Все же Париж в ту пору считался центром мироздания. И только уважаемому целым Парижем — а значит, и остальным миром — барону удалось уговорить 241 человека из 14 стран собраться в 1896 году в Афинах на первые современные Олимпийские игры.

Дело в том, что в то время спорт считался праздной забавой бездельников. А спортсменами назывались разве что жокеи, лучших из которых селекционировали, как породистых щенков, чуть ли не силком скрещивая разнополых представителей наиболее заслуженных династий. В общем, уважаемые часовые компании не поддерживали спорт и на все просьбы спортсменов разработать для них приборы для измерения результатов не реагировали. В светлое будущее спорта поверила только одна компания — Longines. Именно она выпустила в 1889 году первый профессиональный хронограф Longines 19СН c 30-минутным счетчиком, который засекал результаты с точностью до 1/5 секунды. Первые олимпийские рекорды были зафиксированы именно с его помощью.

Популярность спорта росла. Именно в это время было образовано большинство великих европейских спортивных и футбольных клубов и обществ. Longines неплохо заработала и получила средства для разработки новых спортивных хронографов-хронометров. На базе калибра 19СН вскоре были созданы механизмы, способные измерять результаты с точностью до 1/10 секунды. Последний секундомер понравился не только спортсменам, но и физикам и военным, которые могли определять расстояние до цели с помощью телеметрической шкалы. Обсерватории Невшателя, Кью, Женевы и Вашингтона удостоили этот секундомер грамот. До 1928 года он собрал на всевозможных конкурсах и выставках в общей сложности 28 золотых медалей и 10 гран-при. Конструкторы компании за это время улучшили его с помощью функции fly-back, а также создали двустороннюю версию.

Порванная лента

Но уже очень скоро выяснилось, что даже хороший секундомер не может обеспечить фиксацию точных результатов. В те времена во время легкоатлетических забегов каждому судье поручался определенный спортсмен, и хронометрист должен был нажать кнопку «стоп», как только его подопечный пересечет финишную черту. У молодых рефери с реакцией было все в порядке, а старички с артрозными запястьями порой тормозили. Экспериментальным путем специалисты Longines установили, что иногда разброс в результатах составлял +/– 0,3 секунды — просто временная пропасть для спорта. Тогда Longines (уже в 1912 году) разработала революционную электромеханическую систему спортивного хронометража под названием «Порванная нить». Как только один из стартующих атлетов разрывал грудью нить, электрический сигнал активировал хронограф на финише. Останавливался отсчет времени забега, когда спортсмены разрывали грудью финишную ленточку. Кстати, эта традиция сохранилась до сих пор: на финише марафонских дистанций спортсмены грудью обрывают ленту, которую им вручают в качестве трофея.

Объективность хронометража повысилась, но хлопот у организаторов прибавилось, ведь для фиксации результатов восьми участников забега требовалось восемь хронографов и восемь нитей или ленточек. К тому же некоторые участники жаловались, что, мол, я пересек черту, а эластичная лента порвалась только спустя два метра. Но эти жалобы оставались без внимания. Более того, в несколько видоизмененном виде эта простая и надежная система существует и сейчас.

В 1932 году к спортивному хронометражу самым активным образом подключилась дружественная Longines компания Omega. Она стала официальным хронометристом Олимпиады в Лос-Анджелесе, предоставив для фиксации результатов 30 высокоточных хронографов, которые прошли официальную сертификацию в обсерватории города Невшатель. Именно благодаря исключительной точности этих устройств Комитет по организации Олимпийских игр остановил свой выбор на компании Omega, которая успешно исполнила роль хронометриста и заслуженно провела и берлинские Олимпийские игры 1936 года.

Луч света

И все же было понятно, что время механических секундомеров-хронометров уходит. Например, даже если человек реагировал на стартовую отмашку идеально, то целых 0,2 мгновения к результату могло прибавить колесо баланса секундомера. Дело в том, что секундная стрелка механического секундомера может стронуться с места, только когда колесо баланса совершит полный цикл полуколебания, то есть запаздывание может достигать 1/4 секунды.

Специалисты Longines еще в 1937 году разработали систему, в которой роль стартовой и финишной ленточек выполнял световой луч между фотоэлементами. Но Вторая мировая война помешала внедрить ее. Апробировали ее только в 1945 году на первенстве швейцарских вооруженных сил в Кран-Монтане. В итоге на обеих Олимпиадах 1952 года финишная ленточка использовалась, но уже только как символ победы, поскольку в спорте началась эра электроники. Именно с тех пор люди получили возможность узнавать свои результаты с точностью до сотой доли секунды.

Но настоящим прорывом стала совместная разработка специалистов Longines и Omega 1949 года под названием Chronocamera. Прерывая на старте световой луч, спортсмен активизировал кварцевый цифровой секундомер с пятью дисками, которые отсчитывали часы, минуты, секунды, десятые доли секунды и, наконец, сотые. Прерывание светового луча телами спортсменов на финише не только останавливало хронограф, но и заставляло срабатывать вспышку и затвор фотоаппарата, который фиксировал показания дисков. После финиша судьям требовалось 10 секунд для проявки снимков, и только затем объявлялся официальный победитель. Сверхточную хронокамеру тут же приняли на вооружение международные федерации автоспорта и легкой атлетики. Тут надо сказать, что легкоатлеты оказались упертыми консерваторами. Они до сих пор измеряют забеги с точностью до 1/100 секунды, хотя уже на первом легкоатлетическом чемпионате Европы в закрытых помещениях в Дортмунде в 1966 году для регистрации времени в беге применяется электронный секундомер, измеряющий время до тысячной доли секунды. Но потом результат округляется до сотой. Ничего не поделаешь — традиция.

Памятное фото

Создав в 1951 году первый в истории фотофинишный аппарат, компания Longines назвала его Photogines (от слов «фото» и «Лонжин»). В основе Photogines была Chronocamera, к которой приделали стереофотоаппарат. Сама «Хронокамера» по-прежнему снимала диски хронографа, синхронно с ней срабатывал затвор установленного на финишной черте фотоаппарата. И ничего лучшего вплоть до мюнхенской Олимпиады 1972 года не было создано. В Мюнхене же решили хронометрировать все дисциплины электроникой и создать единую электронную базу.

Этому технологическому прорыву способствовала конкуренция. Дело в том, что с 1964 года к спортивному хронометражу подключился могучий японский концерн Seiko, взявший на себя роль хронометриста летней Олимпиады в Токио-64 и зимней в Саппоро-72. Японцы превзошли швейцарцев во многом, потому что ни одна швейцарская компания не могла в одиночку противостоять гиганту, вооруженному новейшими технологиями. В начале 1970-х швейцарцы решили объединить усилия, технологические наработки и ноу-хау в концерне Swiss Timing. Главный вклад, конечно же, внесли Omega и Longines, но вскоре к ним подтянулась компания Heuer (нынешняя TAG Heuer) и другие.

На триумфальной для сборной СССР мюнхенской Олимпиаде работал швейцарский сверхточный кварцевый хронограф, суточная погрешность хода которого составляла 0,00 (!) секунды. Этот хронограф стал частью новой фотофинишной системы Chronocinegines. Другой ее частью была 16-миллиметровая кинокамера Bolex-Paillard, которая снимала финиширующих со скоростью 100 кадров в секунду. Наш великий спринтер Валерий Борзов, последний белый в истории легкой атлетики, обогнавший сильнейших чернокожих спортсменов, выиграл престижную стометровку с большим запасом, и для выявления победителя Chronocinegines не потребовался. Но в трудном случае оператор просто вынул бы кассету с пленкой, вставил ее в фотомашину, проявляющую, промывающую и закрепляющую пленку за минуту, и еще через несколько секунд назвал бы имя победителя.

Эта совершенная система (в модернизированном виде) обслуживает Олимпийские игры и чемпионаты мира до сих пор. Например, сейчас вместо 16-миллиметровой камеры используется 35-миллиметровая, выдающая изображение потрясающего качества, к тому же преобразующая все недвижимые объекты (поверхность беговой дорожки) в вертикальные линии. На основе Chronocinegines создана система Chronotypogines для хронометрирования соревнующихся в скорости «солистов» из горнолыжного спорта. Как только спортсмен прерывает луч света, специальное устройство проштамповывает на кадре его результат. А новейшие интерактивные терминалы реагируют на выстрел стартового пистолета, самостоятельно за мгновение фиксируют результат, выявляют победителя и призеров, составляют протокол соревнования с именами и странами участников, передают его в судейский комитет и на табло вместе с цветным цифровым изображением.

На пределе возможностей

Ныне Swiss Timing, Seiko и концентрирующаяся на автоспорте компания TAG Heuer мирно поделили виды спорта и соревнования разных уровней. Японцы разработали прекрасную систему для легкой атлетики, в чем мы могли убедиться во время летнего чемпионата мира в Москве. За Swiss Timing — Олимпийские игры, соревнования по плаванию, горнолыжному и водному спорту, а также почти все автогонки. TAG Heuer щедро поделилась со Swiss Timing технологиями хронометража для «Формулы-1», и нынешняя система хронометража и телеметрии вполне устраивает всех ее участников. А вот сама TAG Heuer двинулась в прямом и переносном смысле дальше. Она разработала и предложила «Формуле-1» новую систему, способную фиксировать результаты с точностью до 1/10 000 секунды. Но «формульные» власти, обычно столь восприимчивые ко всему новому, неожиданно решили остаться в пределах привычной «тысячной» точности. Тогда TAG Heuer договорилась с могучей американской серией автогонок IRL и ныне развивает и апробирует свои передовые технологии за океаном.

TAG Heuer на правильном пути. Человечество уже вплотную подошло к лимиту своих физических возможностей. И новые рекорды уже не помогают устанавливать даже беговые дорожки из чудесных каучуковых составов, способные ускорять отталкивание стоп от поверхности. А значит, надо идти вглубь времени и начинать измерять рекорды с большей точностью. Надоела же стрелкам ситуация, когда сразу несколько финалистов набирают одинаковое количество очков. Вот они и поделили центральную часть мишени на десять секторов. И как же сразу интересно стало!

Новости партнеров