Forbes
$65.41
71.82
DJIA17400.75
NASD4708.00
RTS893.11
ММВБ1854.85
Мария Абакумова Мария Абакумова
редактор Forbes 
Поделиться
0
0

Гнутся шведы: как русский бизнесмен выбил из IKEA 25 млрд рублей

Гнутся шведы: как русский бизнесмен выбил из IKEA 25 млрд рублей
фото Лори
Константин Пономарев уже отсудил у шведской корпорации рекордную сумму и требует еще 36 млрд рублей. Что это — авантюра или прагматичный расчет?

Нумерация офисов в стихийном бизнес-центре, в который превратилось серое здание института «Проектмашдеталь» в промзоне на Звездном бульваре Москвы, начинается с трехзначной цифры. Это важно. Охранник на входе терпеливо объясняет, что офиса номер 18 в бизнес-центре нет и никогда не было. Впрочем, сам вопрос стражей в черной униформе не удивляет. «Приходили уже, спрашивали — и из прокуратуры, и из ФСБ даже», — откровенничает вызванный охранниками человек в деловом костюме, представитель владельца здания.

Почему силовики интересовались несуществующим офисом на Звездном бульваре? Дело в том, что именно по этому адресу до ликвидации была зарегистрирована компания «Системы автономного энергоснабжения» (САЭ), на счета которой в один из ноябрьских дней 2010 года упала гигантская сумма 25 млрд рублей. Платила деньги компания «ИКЕА Мос». Генеральным директором и владельцем САЭ был малоизвестный бизнесмен Константин Пономарев.

С чем можно сравнить эту сумму? Например, за торговый центр «Галерея» на Лиговском проспекте фонд недвижимости Morgan Stanley заплатил около $1 млрд. Это была крупнейшая сделка за всю историю рынка коммерческой недвижимости Санкт-Петербурга. А выручка самой «ИКЕА Мос», которая владела 11 гигантскими комплексами «Мега» по всей России, составляла в 2010 году всего 17,5 млрд рублей (данные СПАРК Интерфакс). Чтобы расплатиться с 39-летним Пономаревым, компания — основной владелец ООО «ИКЕА Мос» — сделала дополнительный имущественный вклад в уставный капитал ООО. Этих денег компании хватило бы, чтобы построить пять моллов «Мега».

Почему несгибаемые шведы, закаленные более чем десятилетней борьбой с российскими бюрократами и заработавшие имидж аскетичных и рациональных бизнесменов, заплатили такие деньги владельцу небольшой компании с основным активом в пару сотен передвижных дизельных электростанций, стоимость которых едва превышала $100 млн? И почему Пономарев требует с ИКЕА еще 36 млрд рублей?

Первый последний клиент

Мы беседуем с Константином Пономаревым в его загородном доме в престижном поселке. У ворот высокого забора дежурят охранники, во дворе припарковано несколько дорогих машин, но кабинет хозяина дома больше напоминает библиотеку — книжные полки от пола до потолка аккуратно заставлены собраниями сочинений в хороших изданиях.

«Так получилось, что «ИКЕА Мос» была у меня первым клиентом в этом бизнесе, — рассказывает Пономарев историю своих взаимоотношений со шведской компанией. — Шведы стали и последним клиентом».

Как возник бизнес по сдаче в аренду дизель-генераторов? Свою карьеру Пономарев начал в аудиторской компании Ernst & Young, потом стал партнером Джемисона Файерстоуна, сооснователя консалтинговой фирмы «Файерстоун Данкен», известной сегодня благодаря тому, что в ней работал Сергей Магнитский, а среди ее клиентов был фонд Билла Браудера. С партнером Пономарев поссорился в конце 1996 года. Файерстоун обвинял Пономарева в выводе из фирмы $1 млн, но потом сам был фигурантом расследования.

Другой знакомый иностранец привлек Пономарева инвестором в бизнес, связанный с поставками строительной техники, так бывший аудитор стал заниматься в том числе сдачей в аренду дизельных генераторов. Позже это стало его основным бизнесом (с иностранцем Пономарев расстался в 2003 году и продолжил работать сам).

Передвижные дизельные электростанции (ДЭС), в состав которых входят дизель-генераторы, — это устройства, которые позволяют девелоперам обеспечить электричеством строительную площадку до того, как решены все вопросы с присоединением к стационарным электрическим сетям. Киловатт-час электроэнергии, которая вырабатывается ДЭС, в среднем в 4–5 раз дороже, чем электричество электроподстанции, объясняет директор отдела управления недвижимостью CBRE Дмитрий Свешников. Так что это всегда временное решение. По логике застройщики заинтересованы в скорейшем подключении к сети. Кроме того, дизель-генераторы используются в качестве резервного источника питания на случай аварии. Эти железные кабинки выглядят как строительные бытовки или контейнеры и перевозятся на грузовиках.

По словам Константина Пономарева, к 2006 году его компания занимала больше 20% этого рынка, хотя он оговаривается, что детальных исследований не проводилось. «ИКЕА Мос» же в 2000-х годах была крупнейшим владельцем коммерческой недвижимости и строила большие торговые центры площадью свыше 120 000 кв. м. В российских условиях это было рискованным решением.

Первый генеральный директор IKEA Russia Леннарт Дальгрен в своей книге «Вопреки абсурду: как я покорял Россию, а она меня» вспоминал, что для строительства одного только магазина IKEA требовалось свыше 300 разрешений, причем часто правила вступали в противоречия друг с другом.

Получить разрешение на присоединения к электросетям тоже было непросто. Поэтому «ИКЕА Мос» часто арендовала дизель-генераторы. «ИКЕА всегда было критически важно заранее знать дату открытия очередной «Меги», — рассказывает Константин Пономарев, — чтобы сообщить ее арендаторам и собрать с них предоплату. На многих объектах они соблюдали эту дату при помощи наших ДЭС».

Компании, связанные с Пономаревым, действительно сдавали «ИКЕА Мос» в аренду небольшое количество дизельных электростанций еще в 2005 году, признает Семен Шевченко, адвокат из коллегии адвокатов «Монастырский, Зюба, Степанов и партнеры», представляющий интересы «ИКЕА Мос» в российских судах. Но предположить, что общение с этим контрагентом обернется многомиллиардными потерями, не мог тогда никто.

Питерский затык

Торгово-развлекательный центр «Мега-Дыбенко» в Санкт-Петербурге расположен на огромном пустыре прямо возле кольцевой автодороги. Первое, что бросается в глаза, когда приезжаешь сюда, — массивные градирни ТЭЦ, расположенной неподалеку. Казалось бы, проблем с электричеством здесь быть не должно. Однако подключить к сетям питерские моллы «Мега-Дыбенко» и «Мега-Парнас» оказалось для ИКЕА сложнее, чем в любом другом городе.

Первый магазин IKEA на Ленинградском шоссе в подмосковных Химках открылся 22 марта 2000 года, первые моллы «Мега-Теплый Стан» и «Мега-Химки» заработали в Московской области в 2002 и 2004 годах. А в Петербурге дело не ладилось, несмотря на то что переговоры с местными властями начались раньше, чем с руководством Москвы и Московской области. «Все пробуксовывало на этапе обсуждения стоимости подведения коммуникаций, в частности электричества и газа», — писал в своей книге Дальгрен.

К 2005 году шведы открыли в северной столице деревообрабатывающий завод «Сведвуд» и первый магазин IKEA. В 2005 году они нашли площадки в области, и началось наконец строительство сразу двух мегамоллов, «Мега-Дыбенко» и «Мега-Парнас». Предполагалось, что каждый объект потребует примерно $250 млн инвестиций, но реальные траты оказались гораздо выше.

К концу 2006 года, когда оба молла по планам должны были открыться, договор с «Ленэнерго» на техническое присоединение к сетям у «ИКЕА Мос» был подписан только по одной площадке — «Мега-Дыбенко». Само присоединение, впрочем, еще не состоялось — подрядчик не успевал достроить подстанцию «Кудрово».

Переговоры с энергетиками по «Мега-Парнасу» начались в 2005 году, но «Ленэнерго» выдвинуло сложные технические условия — нужно было не только построить подстанцию, но и согласовать свои действия на площадке с ФСК и другими государственными органами. Большую часть условий удалось выполнить только в 2007 году, договор с энергетиками подписали лишь в октябре 2007 года, через год после открытия молла. «Из-за того что работы не были завершены подрядчиком к запланированной дате открытия «Мега-Парнас», мы были вынуждены арендовать дизельные генераторы для временного энергоснабжения», — передал письменный ответ на вопрос Forbes председатель совета директоров «ИКЕА Мос» Джон Расмуссен. В «Ленэнерго» отказались от комментариев, объяснив, что с тех пор в компании сменилось руководство и никто ничего не знает.

Руководство сменилось и в самой «ИКЕА Мос». Леннарт Дальгрен, восемь лет возглавлявший компанию, уступил свой пост Перу Кауфману летом 2006 года. Как раз тогда стало ясно, что электроэнергия от «Ленэнерго» не поступит ни на один из питерских моллов. «ИКЕА Мос» пришлось пойти на беспрецедентный шаг: уже открывшиеся торговые центры снабжались электричеством исключительно от дизель-генераторов. Тендер на сдачу в аренду этих генераторов выиграла компания ООО «ИСМ» Константина Пономарева.

Энергия без границ

Судебные тяжбы Пономарева и шведской компании тянутся с 2008 года, и сегодня в деле уже сотни томов — целая гора документов, в которых стороны готовы оспаривать каждый шаг противника, обвинять друг друга в недобросовестности и ловить на противоречиях. Вот и тот тендер представители «ИКЕА Мос» считают нечестным: сотрудник, которому была поручена эта работа, принял от претендентов три комплекта документов. Но два из них, по версии шведов, были связаны с Константином Пономаревым, то есть подрядчик соревновался сам с собой. Позже сотрудник уволился. Пономарев утверждает, что никто из конкурентов не мог поставить нужное количество станций в срок. Нужно было, по его словам, 112 электростанций мощностью около 80 000 кВт. «У нас было 160–170 больших промышленных дизельных электростанций совокупной мощностью порядка 130 МВт, — говорит он. — Это равно 10% мощности Богучанской ГЭС — 1332 МВт».

В октябре 2006 года менеджер проекта питерских моллов Бо Ардевалл и замдиректора «ИКЕА Мос» по недвижимости Ульф Петтерссон подписали с ООО «ИСМ» Константина Пономарева два договора аренды генераторов по двум площадкам.

Эти договоры и допсоглашения к ним, заключенные в 2007–2008 годах, производят впечатление тщательно спланированной шахматной партии, которую вел и выиграл бизнесмен Пономарев и проиграл менеджмент «ИКЕА Мос». «К сожалению, в силу их [договоров] сложной структуры было практически невозможно изначально определить окончательную стоимость услуг», — комментирует председатель совета директоров «ИКЕА Мос» Джон Расмуссен.

Что он имеет в виду? Во-первых, ни в одном из договоров не было указано, сколько именно дизель-генераторов берет в аренду «ИКЕА Мос». Было ясно только, что ИСМ должен обеспечить суммарную резервную мощность генераторов не менее 12 500 киловольт-ампер (кВА) для «Меги-Парнас» и не менее 4000 киловольт-ампер для «Меги-Дыбенко». Верхнего предела не существовало. Во-вторых, стоимость аренды рассчитывалась исходя из 1 кВА резервной мощности в сутки. То есть ИКЕА должна была платить за любой взятый в аренду генератор независимо от того, работает он или нет. И чем больше генераторов, тем больше платить.

Первые же допсоглашения к каждому договору увеличили необходимый минимум на 8000 кВА — до 20 500 для «Меги-Парнас» и 12 000 для более крупной «Меги-Дыбенко». Эти же соглашения устанавливали цену аренды: 112,5 рублей за 1 кВА резервной мощности в сутки.

Сколько генераторов привез на площадки возле КАД на севере и востоке Санкт-Петербурга Константин Пономарев к 1 января 2007 года? Forbes сделал подсчеты, опираясь на акты сдачи-приемки дизель-генераторов, подписанные  инженерами «ИКЕА Мос». Число электростанций не было постоянным, какие-то привозились, какие-то увозились, наработав тысячи моточасов. Но если сопоставить даты, цифры мощности и инвентаризационные номера, указанные в актах, можно составить себе представление о том, сколько ДЭС находились на той или иной площадке в каждый момент времени.

Получается, что 1 января вокруг «Меги-Дыбенко» было 38 ДЭС суммарной мощностью почти 30 000 кВА, а на площадке «Меги-Парнас» — 42 электростанции примерно той же мощности. То есть генераторов завезли в одном случае в 2,5 раза, а в другом на треть больше, чем предполагал указанный в договоре минимум.  Если бы он же был и максимумом, шведы заплатили бы в январе 14 млн рублей аренды за генераторы на Дыбенко и 71 млн на Парнасе. В итоге же Пономарев мог выручить по 100 млн рублей с каждой площадки.

Сколько же электростанций действительно были нужны «Мегам», чтобы обеспечивать всем необходимым арендаторов и посетителей? Когда оба молла все-таки подключились к сетям «Ленэнерго», каждый получил 22 000 кВА мощности по второй категории надежности.

На первое время хватило бы 6000 кВА, считает сегодня адвокат ИКЕА Семен Шевченко.  Именно столько ИКЕА попросила у Петербургской сбытовой компании после подключения к «Ленэнерго», несмотря на то что было зарезервировано больше мощностей.

Константин Пономарев

«Мега-Парнас» проработала на моих генераторах четыре года, — утверждает Константин Пономарев, — и за все это время ИКЕА предъявляла нам претензии только в связи с нехваткой мощностей, а не в связи с избытком».

На протяжении 2007 года Пономарев докупал дизель-генераторы у других поставщиков и привозил их к торговым центрам «ИКЕА Мос». Чем больше, тем лучше — ведь заработок зависит от суммы резервных мощностей ДЭС, которые скапливаются на участке.

Генерация долгов

Дизельные генераторы потребляют топливо. По самым приблизительным подсчетам (точно посчитать нельзя, потому что все электростанции имеют разный расход топлива), на оплату солярки приходится 60–70% общих затрат арендатора ДЭС. Еще по 15–20% уходит на оплату аренды и технического сопровождения станций, то есть работу техников.

В первоначальной версии договоров «ИКЕА Мос» и ИСМ оговаривалась стоимость топлива $0,861 за литр. Сколько шведская компания будет платить за горючее, зависело от того, сколько израсходуют, производя электричество, электростанции. Но  в марте 2007 года Ульф Петтерссон подписал новое допсоглашение: цена литра дизельного топлива снижалась на 11%, зато топливо, аренда и техобслуживание включались в единый тариф. Казалось бы, очень просто: «ИКЕА Мос» стала платить 190 рублей за 1 кВА резервной мощности.

«Шведам показалось, что солярку начали воровать, и они решили переложить ответственность на меня», — разводит руками Пономарев.

По состоянию на 1 августа 2007 года на обеих площадках работало, по нашим подсчетам, 67 ДЭС мощностью 64 195 кВА. В месяц они могли стоить 378 млн рублей.

Суммы встревожили менеджеров в головной IKEA, в сентябре из Швеции в Санкт-Петербург был послан инженер Стаффан Германссон. Как он сам рассказал впоследствии в интервью «Деловому Петербургу», в его задачу входило разобраться с электроснабжением и понять, почему оно обходится так дорого. Германссон посчитал, что «ИКЕА Мос» платит за генераторы в среднем $11 млн в месяц, в то время как рыночная цена не превышает $3 млн.

Страницы12
Поделиться
0
0
Загрузка...

Рассылка Forbes.
Каждую неделю только самое важное и интересное.

Самое читаемое
Рамблер/Новости
Опрос
Что для вас лично является одной из главных актуальных тем современности?
Проголосовало 7689 человек

Forbes сегодня

27 июня, понедельник
Forbes 07/2016

Оформите подписку на журнал Forbes.

Подписаться
Закрыть

Сообщение об ошибке

Вы считаете, что в тексте:
есть ошибка? Тогда нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке".

Вы можете также оставить свой комментарий к ошибке, он будет отправлен вместе с сообщением.